И зачем трудоголикам вообще жениться? Какая разница, где ему ночевать - дома или в офисе? Чтобы в редкое свободное время делать законных детей? А потом оскорбляться, что затосковавшая жена заводит себе любовника?
«За всё надо платить, – пришла в сознание трезвая мысль. – Хотел войти в высшее общество с голым задом и ничем не поступиться? Не вышло… Но даже хорошо, что этот разговор состоялся до свадьбы. Теперь ясно, какое место мне отвели в их жизни»
Мы—две при тянувшиеся противоположности. Она— контрастная гуашь, плотная текстура и яркие цвета. Я— воздушная акварель, с тонкими переходами и прозрачная.
Каждый день несет в себе частицу вечности.
...на стороне заговорщика – страх, подозрение, боязнь расплаты; на стороне государя – величие власти, друзья и вся мощь государства; так что если к этому присоединяется народное благоволение, то едва ли кто-нибудь осмелится составить заговор.
— Я думал, что только мне досталась пара, которая отказывается ею быть. Винил себя, обстоятельства, но Ольга… — его плечи задрожали от сдерживаемого смеха, — это у тебя такой характер. Ты даже умудрилась будучи Алитерой вампира, пить его кровь, вместо того чтобы делиться своей.
тебя, любезный племянник, прошу, будь чистосердечен, но знай, что не всегда и всякую истину говорить надобно. Будь благотворителен, но не расстроивай своего состояния. Будь трудолюбив и прилепляйся к учению, но не возмечтай о своей мудрости.
Мужик силен, если у него мозги работают. Так , сильный потянет воз сам , умный запряжет лошадь .
Бездумная человеческая жадность не знает границ между святостью и падением. Ступая на этот путь, человек обрекает себя на Великий грех перед человечеством в целом, у которого покровитель и защитник Всевышний. Нарушение заповедей никогда не проходит бесследно. В определенное время отрицательные поступки догонят грешного человека. Винить в этом Бога нельзя. Бог не наказывает, а предупреждает. В своих даяниях человек наказывает себя сам.
«Если у тебя есть человек, которому можно рассказать сны, ты не имеешь права считать себя одинокой.»
Живи и жить давай другим.
мы знаем себя достаточно хорошо для того, чтобы понимать: наш подлинный потенциал далеко превосходит те средние результаты, которых от нас ожидают.
Можно убежать от другого за двадцать тысяч километров. Можно поклясться никогда не произносить его имя. Можно радикальным образом удалить другого из своей жизни. Но все равно он неотступно будет следовать за тобой.
Я поудобнее перехватила корзину с ламелой и напомнила себе, что занимаюсь не благотворительностью, а совершаю выгодное капиталовложение. Взятка лучше штрафа, даже если она обходится дороже, потому что деньги — дело наживное, а моральное удовлетворение ведьмы бесценно.
– Каждому своё. Не все добьются успеха. Но ты должен помнить одно. Есть только два места. Первое, и все остальные.
Некоторые говорят, что жизнь - это способ упорядочить хаос, а я говорю - это упорядочение порядка, зарожденного в порядке!
Иногда достаточно одного слова человека, который верит в тебя, чтобы возвратить тебя миру.
— Это что, пиршественный зал? — спросил Крампус. — Или, быть может, таверна?
— Это бар, — сказал Чет. — Еще одна паршивая забегаловка.
— А что они празднуют?
Чет пожал плечами.
— Еще один день, прожитый на этой дерьмовой планете, так я думаю.
Крампус кивнул.
— Достойный повод для празднования.
"Аля писала письмо маме. Она очень старалась написать хорошо, но все шло шиворот-навыворот: буквы не слушались, падали, менялись местами и ни за что не хотели браться за руки, точно они все друг с другом перессорились. Ну, просто наказание!"
Любить – значит желать другому того, что считаешь за благо, и желать притом не ради себя, но ради того, кого любишь, и стараться по возможности доставить ему это благо.
... новая идея — это почти всегда только зернышко, отправной пункт. Может, она и хорошая, и ценная, но ее еще надо вынянчить. Надо ее развить. Обмозговать, повертеть и так и эдак, оглядеть со всех сторон, помучиться с нею, все сообразить и взвесить — и только тогда вылепишь из нее что-то полезное.
Любовь – она вроде леденца на палочке. Начнешь сосать – сладко, а потом – глядь, одна палочка осталась!
Отвести глаза - сдастся. смотреть - вызов.
Застой еще хуже регресса.
Нет, он отнюдь не был фашистом или монархистом, националистом или троцкистом, красным или белым, он в этом вообще ни черта не смыслил.
По происхождению он был из украинских крепостных, крестьянин-бедняк. По социальному положению – городской рабочий с долгим стажем. А по сути своей – самый простой,маленький, голодный,запуганный обыватель Страны Советов, которая ему – мачеха.