Если парень говорит: «Мне не важно, как ты выглядишь», не нужно расплываться в улыбке. Нужно внимательно посмотреть на его лицо и запомнить это выражение. Именно с таким выражением лица он будет тебе врать всю оставшуюся жизнь.
Может, гадает она...может, ключ не в том, чтобы избавиться от безумия. Может, надо просто найти кого-то столь же потерянного и сломленного, кто всё поймёт
– У мужчины нет признаков лишения девственности, кроме его наглой, довольной рожи…
– Антон, это ведь не кукла, погнавшаяся за удовольствием. Так? Я просто уверен, что девочка не глупа, иначе она не стала бы ждать столько лет.
– Чего ждать? – все еще не понимал, о чем идет речь.
– Сказки. И счастья. Она ведь привлекательна, – остановил сына, попытавшегося это подтвердить. – Можешь не говорить, я и сам знаю. Наверняка ждала того, кто окажется особенным, непохожим на всех других мужчин, встречающихся в ее жизни. И сочла тебя именно таким: достойным. Ты ЭТО понимаешь?
Таня шла в своё отделение и думала о том, что не имеет морального права оперировать человека, которого ненавидит всей душой. ...
... Если есть Бог и Он наказал Журавлёву, то почему заодно и Таню? За какие грехи?
Кое-что невозможно забыть никогда.
Старшеклассник, он никогда не обижал малышню. Для него эти ребята были словно клещи в матрасе. Они существуют, но ты не видишь их.
Хочешь быть лучшей, делай своё дела на ноздрях!
Печальные события вытягивают из человека всю силу, и ноги от них делаются шаткими. До полудня я печатал в дневнике про все, что произошло. Потом уселся в размышлительном кресле, глазел из окна и думал о Феликсе, рассказчике историй без настоящего слушателя, о немом Свене с глазами, похожими на ванну для божьей коровки, и о Софии, которую окружало так много серого чувства.
Считать, будто жировая ткань откладывается из-за потребления жиров, так же глупо, как думать, будто от поедания зеленых овощей человек зеленеет.
Риан обнял, прижимая к себе. – Рэн, ты с нами? И в мое затуманенное его прикосновениями сознание достучалась мысль, что мы не одни в холле. – Третьим или свечку подержать?
...И я жду его… Да-да, жду! Каждый день, каждую минуту жду, только это какое-то странное ожидание. Жду без всякой надежды, жду, будто бы не придавая значения его будущему приходу… Отличительное свойство этого ожидания – его протяженность и постоянство. Словно оно – неотъемлемая часть моих мыслей и моей жизни.
. Говорят, только мужчины любят глазами. Ошибаются.
Я эстет и тоже искала себе суженого по внешности.
Женя оказался в моем вкусе: высокий, симпатичный, накачанный блондин. Словно только сошел с обложки журнала. Подруги предупреждали, что красивые мужчины – для всех. Такими придется делиться.
Не верила, а зря.
Наливное яблочко из райского сада оказалось с гнильцой и червями внутри.
– Это улыбка фортуны.
– Скорее – оскал…
Надо было – тщетные слова. О том, чего не было. Слова из параллельного мира. Из другого измерения.
Иногда мы сталкиваемся с неприятностями только потому, что представляем мир таким, каким рисуем его в нашем воображении, а не таким, какой он есть на самом деле.
Мозг — грифельная доска. Выпивка — тряпка для стирания.
Сочинителям всегда хотелось трагедий и страстей. А сами небось отказались бы от такого счастья.
Как бы я хотела, чтобы это я умерла. Но что толку хотеть. Хотеть никогда не помогает.
-Ну, как свидание? - интересуются пацаны у Пети.
- Все круто было. Только Дашка больная оказалась. Ни с того, ни с сего глаза у нее закрылись, она медленно так ко мне наклоняется. Ну, думаю, щас в обморок грохнется. И- бац ее по щеке, в чувства привожу...
- А она?
- А она очухалась и в глаз мне. Потом во второй, потом клок волос вырвала! Чокнутая, короче...
Да уж, загадочные создания женщины. В глазах одно, в душе - другое, в мыслях - третье, в слух - четвертное.
Никогда не ставьте всё на одну карту, какой бы верной она ни была!
М-да. Ты-то, перфекционист, иностранец и дипломированный маг, может, и побоишься. Но почему все забывают про русское «авось»? Я вот не удивилась бы, если б этот ненормальный убийца понадеялся именно на него. Мы раздолбаи и разгильдяи в душе, и никакое «окно в Европу», прорубленное Петром Первым, нас от этого не избавляет. Скорее уж все, кто имел счастье пожить среди нас, перенимают эти качества.
— Художественный факультет? — спросил он меня, оглядывая мутным взглядом.
— Как это вы догадались? — я восхищенно сложил руки на груди.
— Только ваша братия смотрит так, словно мерки снимает, правда, всегда не слишком понятно, для чего: или чтобы в картину поместился, или чтобы с размером гроба не ошибиться.
кожура не скажет какова мякоть под ней.