Человек — как роман: до самой последней страницы не знаешь, чем кончится. Иначе не стоило бы и читать....
– Ты любишь меня?
– Прежде, чем я отвечу – пистолет ведь остался в спальне, правда? Признаваться в любви под угрозой расстрела было бы слишком пошло.
«Воспоминания – или величайшая поэзия, когда они – воспоминания о живом счастье, или жгучая боль, когда они касаются засохших ран…» Обломов.
– Письма вы украли?
– Вот еще, – фыркнул министр. – Она сама мне их отдала. Очень радовалась при этом, что вы их прочтете. Дура, как есть дура. Ну да я всегда знал, что женщин боги мозгами обделили.
Чтобы не заклевали поборники нравственности всегда нужно идти на опережение.
Что мы, в сущности, знаем о других людях? В лучшем случае можем предполагать, что они похожи на нас.
Наши пацаны – это черти на полставки .
Хитрые добрячки, немного пакостники – чисто моя продукция!
Зато наша Лизочка…
Та , которую выторговал у жены отдельным договором…
Лизочка – это просто настоящий , матёрый черт с рыжим хвостиком – пальмочкой на голове.
Нет вещи выматывающей больше, чем жизнь без надежды или, хотя бы, смутной цели впереди.
Перспективы моей жизни продолжали радовать.
История — это вздор. История — это ничто, которое люди пишут ни о чем.— Что я такое?
После этого он механически помолился. В Мэтти была одна странность. Молиться у него получалось не лучше, чем летать.В Лондоне, к востоку от Собачьего острова, был район, который даже среди окрестных кварталов выделялся своей разношерстностью. Между прямоугольников воды, окруженных стенами, между пакгаузов, железнодорожных веток и мостовых кранов протянулись две улицы убогих домишек с приютившимися среди них двумя пабами и двумя лавками. Туши грузовых пароходов нависали над домами, в которых звучало столько же языков, сколько жило семей.
Утром никогда не хватает времени на сборы. Можно встать в семь утра, а можно в шесть. Но все равно — пяти минут не хватит.
Интересно, почему так происходит?
Противники избавили бы себя от множества хлопот, вручив мне меч и удрав без оглядки. Я преотлично зарежусь без посторонней помощи.
«Глупость часто принимают за сентиментальность».
— Они что, не понимают, насколько они уязвимы? — фыркнул он, когда мы миновали последний домик. — У них же нет совершенно никакой защиты. Любая магическая атака — и они окажутся беспомощны.— Возможно, для них это не самый больной вопрос, — намекнул я. — Им и без этого есть о чём беспокоиться. Например, как прокормить себя и семью. Боюсь, как раз этому тебя не учили.
Справедливость не имеет срока давности и рано или поздно она восторжествует.
Если противник силен или ты не знаешь, на что он способен, то старайся закончить бой как можно скорее. Не играй с ним.
Мама ведь всегда говорила, что счастье и радость — они внутри, и уж точно не должны зависеть от расположения всяких драконищ! И не важно, во что верить. Если веришь в саму себя — все будет хорошо. И вообще, в любой непонятной ситуации — мой голову и одевайся красиво!...
Бывает, однако, в жизни и так, что приходиться делать выбор между тем, чего ты хочешь, и тем, во что ты веришь.
короли издавали указы во все времена, а подданные во все времена изыскивали способы, как половчее их обойти.
День начался так себе. Будь моя воля, я бы попросила его выйти и зайти еще раз, проделав перед этим работу над ошибками.
C незапамятных времен почему-то случалось так, что многие из наилучших и способнейших философов, которые были истинными светочами науки в области теории, оказывались совершенно неспособными применять эти теории на практике.
"— За девушек! – провозглашает Стервятник и задумчиво нюхает свой стакан."
Страх — не показатель отсутствия храбрости. Только люди с особенными психическими расстройствами, психопаты, адреналиновые наркоманы и прочие интересные категории личностей не испытывают страха в принципе.
— Я человек дурных правил, и, боюсь, если мир станет жить, как мне хочется, очень забавный это будет мир.
Я думал о поразительной способности мира вмещать в себя такое количество жизней. По улицам ходили люди, обремененные тысячами проблем – финансами, отношениями, образованием. Обитатели этих мест влюблялись, женились, лечились от наркозависимости, учились кататься на коньках, приобретали бифокальные очки, готовились к экзаменам, примеряли одежду, ходили в парикмахерские и появлялись на свет. А в некоторых домах люди старели, болели и умирали, оставляя горевать своих родственников. Все это происходило постоянно и незаметно, и только это имело значение. Лишь смерть придает жизни весомость.