Его мечтой всегда было иметь свое дело. Не работу, не бизнес, а именно дело.
Димка разделял два понятия: бизнес и дело. Если первое, в его представлении – чистое зарабатывание денег, то дело – что-то, имеющее материальное воплощение. То есть если успешность бизнеса измеряется в сумме денег на счете, то успешность дела – в количестве созданных, построенных, разработанных вещей. Нужно подчеркнуть – вещей. А не кривых, косых поделок, которые такого звания просто не заслуживают.
Нужда, как известно, плохой советчик.
Власть — вообще такая вещь, которой никогда не бывает слишком…
Виктория Яковлевна, несмотря на происхождение, социальное положение и место работы, девушкой была не искушенной. Просто романтичной очень. Все ждала того единственного, чтобы как у мамы, как у сестры, как у Авроры. Чтобы так же все было. Чтобы влюбиться и не отдавать никому. Чтобы навсегда. Так что, колкая на язык и романтичная в душе, девушка Вика хранила девственность бережно и основательно. И, кажется, не зря.
Мы слышали, что русские – мастера игры, которую мы называем «русский гамбит», и мало кто их может в эту игру переиграть. Правила ее очень просты. Человек, с которым вы хотите встретиться в государственном учреждении, «вышел», «плохо себя почувствовал», «лег в больницу» или «его нет, он в отпуске». Это может продолжаться годами. А если вы переключитесь на другого человека, то он тоже внезапно окажется в отъезде, в больнице или в отпуске. Рассказывают, что одна венгерская делегация три месяца пыталась вручить какую-то (наверное, нежелательную) петицию сначала конкретному чиновнику, а потом – кому угодно. Но им это не удалось. Один американский профессор – блестящий ученый, умный и хороший человек, приехавший с идеей обмена студентами, – просидел в приемных несколько недель, и с ним тоже никто не встретился. Противостоять этому гамбиту невозможно. Против него вообще нет никакой защиты, единственный выход – расслабиться.
Каждый вопрос, рождающийся в человеке, получает свой ответ в то мгновение, когда он поставлен его духом.
В огне спадают все слова, мишура, декорации. В огне остается истинный человек, в мужественной силе его веры и правды. В огне остается последняя и вечная истина, какая только есть на свете, божественная истина о человеческом духе, попирающем саму смерть.
Сказки врут. И даже поцелуй принца не способен разбудить спящую красавицу, отравленную собственным ядом. Слишком сильная, чтобы позволить себе проявить слабость. И слишком слабая, чтобы найти в себе силы открыть ворота темницы и выйти на свет, осмелиться шагнуть на неизведанную тропу.
— Вы в последнее время совсем не говорите, много работаете. А когда я даю вам свободные часы, начинаете убираться в отделе. Здесь уже все сверкает чистотой. Мне последнее время неудобно привозить сюда покойников, все переживаю, что что-то запачкаю.
Ну и день у нас сегодня! Он мне «раздевайся», я ему «ложись»!
Иногда даже самое короткое расстояние под гнетом обстоятельств растягивалось до размера пропасти!
Нет противника страшнее, чем союзник-долбоёб.
Одно из главных качеств человека – умение ценить чужую работу»
Заклятие сломало мою прежнюю жизнь, но оно того стоило. Стоило того, чтобы вновь оказаться рядом с вами и узнать вас заново.
- Хельга, ты готова?
- Еще пять минут!
Ну это еще по-божески. Когда хоть какая-то из женщин была готова выйти в свет по первому зову мужчины? Ткните мне в нее пальцем, и я лично что-нибудь ей подарю!
Любовь страшная штука, Кей, она убивает даже гордость.
Детские светлые чувства похожи на белые пушистые облака, которые лишь иногда становились дождевыми тучами. Я была влюблена и просто радовалась всяким мелочам: увидеть предмет обожания, поймать взгляд, обсудить его поведение и повосхищаться достоинствами. Глядя на Аню, понимаю, что когда в любовь вмешиваются гормоны, физиология и больший спектр чувств, облачка закручиваются в черный ураган из которого сыплются молнии.
Лучший способ стать писательницей - писать.
Умеренное честолюбие развивает характер.
Когда дело касается детей, родителями руководят лишь инстинкт и надежда. И еще страх. Все законы и правила тут же забываются.
«…Я в точности такой же, как все: принимаю желаемое за действительное и вижу мир не таким, каков он на самом деле, а таким, каким мне хочется его видеть…»
И хитрец иногда сам себя перехитрить может.
С этого момента театр перестал принадлежать одному актеру, и теперь мы выступали дуэтом
"О сильном надежном плече рядом, о любви, и не обязательно оформленной по закону. Ведь чувства проходят, и лучше отпустить друг друга, чем жить рядом с нелюбимым или нелюбящим мужчиной"
Хорошо, когда все понятно: перед императором надо склониться, жену обнять, ребенка поцеловать перед сном, прекрасным ландшафтом восхититься. А что прикажете делать, если на вас с воплем «Дорогой ты мой!» бежит пирог с абрикосами? Смеяться? Плакать? Отстреливаться? Съесть его? Обнять? Или поскорей закрыться рукавом, чтоб в лицо не ляпнул? Хуже нет, чем встретиться с непонятным.