Класс делится пополам невидимой линией – она проходит поперек, и люди пересекают ее только по приказу учителей. Девочки делятся на настоящих девочек (Тереза Муллетт) и муляжи (Эстель Грин). Еще есть я. Мальчики делятся на настоящих мальчиков (Саймон Силверсон), зверей (Дэн Смит) и ненастоящих мальчиков (Нирупам Сингх).…
Ему надоело беспокоиться напрасно, и он отложил все тревоги на «потом, когда вырастет».
...В игре, даже самой наивной, проявляется общность интересов и равноправие; исчезают границы, иерархии и биографии. Игра — это пространство для всех и каждого.
— Оставим это как запасной план запасного плана самого запасного плана, — сдался фон Тилль.
Никогда не мечтала оказаться в центре международного скандала. Особенно если в толпе зевак зеленеет лицом матушка, а король недвусмысленно намекает лечение идиотизма нетрадиционными методами через палача.
Когда в такой нервной обстановке из-за твоей спины возникает некромант, ты меньше всего думаешь о снимках. В себя я пришла сидя верхом на каком-то гробу, настойчиво скребя каменную крышку, в надежде подвинуть покойника и затихариться.
Наивность, она как брага. Если чуть-чуть - то просто мир становится немного добрее и ярче, а если переборщить - проблем потом не оберешься.
Это вообще законно, быть таким красивым?
— Ой, да полно вам, — отмахнулся от слов Палмиса мэр. — Жену нужно выбирать головой, а не сердцем. Лишние страсти на семейном фронте — это пустое.
свадебный бизнес – это адский труд, помноженный на тонну лицемерия.
жажда порядка, она же как диктатура – тотальна и не терпит исключений.
— Вы какого года выпуска? — тут же прилетел мне вопрос, оглянуться не успела.
А вот теперь успела. Красивый мальчик в белой рубашке и очках, одиннадцатиклассник, видимо. Вопрос задал, правда, не мне, а моей груди. Но это ничего, в таком возрасте стоит даже на линолеум, ожидать, что он оценит мой изысканный стиль было бы преждевременно.
- Документы и видеофон верни, - я попыталась взять ситуацию под контроль. Хотя бы видимый.
- Твои документы на восстановлении, - с серьезным тоном просветил меня наг.
- В смысле? – я почувствовала себя дурочкой. Зато очень любимой. Хоть это успокаивало.
- Ты их порвала. И съесть пыталась. Мол, без них регистрировать брак никто не станет, - Охвайс сочувственно погладил меня по голове, пока я обтекала от новости, что не просто хищник, а еще и бумагоед.
Знаешь, можно сказать миллион фраз не раскрыв даже рта, а можно болтать без умолку и не произнести ни слова.
— Если это бредовый сон — я не хочу просыпаться.
— Не волнуйся. Я проснусь с тобой.
Но вынуждена сейчас лежа в теплой кровати с температурой, признаться себе самой — фраза «я сам решу все проблемы» — самая сексуальная, которую я когда-либо слышала.
— Спайк… мы что? Мы заблудились?!
— Не мели чепуху! Мы не заблудились! — возмущенно дернул башкой ящер и посмотрел в сторону практически идентичных холмов и камней. — Я просто потерял ориентир.
Когда Грон и Анна-Лиза удалились, настроение в гостиной Аркенов резко упало куда-то на уровень плинтуса, подумало, и перебралось в подвал. Еще подумало - и принялось закапываться в землю.
Рога у тебя были всегда… бараньи, а вот пресс у ленивой задницы — явление любопытное.
Анна-Лиза полосовала водяными плетями - со всего размаха, водяной смерч надвигался на орка, и тот принял единственно возможное решение.
Выскочил на балкон - и кажется, спрыгнул в сад. Воин не убегает - воин стратегически отступает на заранее подготовленные позиции!
Ей легко говорить. Она родилась в век технологий и развивалась вместе с ними. У Шерон такого преимущества не было. Она до сих пор помнила, как появились микроволновые печи. Тогда все еще удивлялись, как быстро, оказывается, можно испечь картофель. Пусть это был и не совсем тот печеный картофель, ведь его приготовили в…
Во-первых, кто не рискует, тот не пьет шампанского. Во-вторых, умение держать себя в руках - бесценный навык. Что бы с тобой ни происходило, о чем бы ты ни думал, что бы ни делал, где бы ни был и с кем бы ни трахался, какая-то часть тебя всегда должна держать ситуацию под контролем. Как этого добиться? Очень просто:…
Неприятности начались прямо с утра. В зеркале Кларисса явственно разглядела две новые морщинки...
Гош и сам любил на досуге посидеть в кресле с хорошей книжкой, всем авторам предпочитал Виктора Гюго – оно и жизненно, и возвышенно, и слезу прошибает. Да и дремлется на славу.
Орут и капризничают все дети. И все взрослые. Аминь.