- Я люблю тебя..
- И я..
- Ты еще не знаешь, что такое любовь.
- Нет, я знаю...Только скажи мне, как она начинается?
- Я люблю тебя давно. Мне кажется, я родился с этой любовью..
- Как странно. Ведь меня тогда еще не было на свете.
- Все равно я уже любил тебя...
- И я пришла. Ведь это было чудо. А мы могли бы не встретиться.
- Нет-нет! Этого не могло быть, я бы все равно нашел тебя!
- Никогда не встретиться...Как страшно! Поцелуй меня скорее. Как тогда...
- А что, если ты рассердишься?
- Я не рассержусь. Только не очень долго, а то у меня разорвется сердце...
Сердце, сердце...Откуда оно взялось, это сердце? Его как будто не было до сих пор, а теперь оно бьется и замирает, как на качелях.
- Эгей! Динка! Динка!..
Нет, они не слышат. В волосах Динки звенят луговые колокольчики, на губах ее чистый, как родниковая вода, сладкий, сладкий поцелуй. Так не целуются дети, потому что они еще не научились; так не целуются взрослые, потому что они давно разучились; так не целуются брат с сестрой, потому что у них не бьется сердце. Так целуются те, кто впервые открыл чудо любви...
Парадокс, но легкая неуверенность мужчины рядом с женщиной – самый лучший комплимент для нее. Уверенность мужчины она воспримет как безразличие: если она ему интересна, он априори не может быть спокойным.
— Чего вы добиваетесь, мой кесарь?! — спросила не сдержавшись.
Ответ был до крайности прямолинеен:
— Тебя.
Язвительно усмехнувшись, поинтересовалась:
— В каком качестве?
— Странный вопрос, — язвительнее в разы ответил Араэден. — Особенно если учесть, что его задает жена, обращаясь к мужу.
Ад – это воспоминания, страшные пополам со сладкими, горькие пополам с радостными
Наша дружба проверена временем, и она круглосуточная, прямо как аптека, в которой работает Таня
– плохой человек пошел смотреть плохую пьесу с другими плохими людьми.
Дети — это не щит от любых невзгод в их мире.
- УСНИ, ДА НЕ ВОСХРАПИ! - с выражением сказал Карл. -ИБО ВОСХРАПЕВ, ТЫ РАЗБУДИШЬ СОСЕДА СВОЕГО!
Иногда достаточно не вмешиваться в процесс неизбежного падения человека.
...на земле честность — враг счастья. Верьте словам: честность убьет какое угодно счастье.
"Не бывает безвыходных ситуаций. Бывает, что не хватает средств или решение, которое нужно принять, слишком неприятное."
Все, что я о ней узнала, можно свести к трем пунктам.
Во-первых, ее зовут Кармилла.
Во-вторых, она принадлежит к древнему и знатному роду.
В-третьих, ее родина находится где-то на западе.
Очень давно я прочитала фразу, что сложно не принять решение. Наоборот, решение мы принимаем практически моментально, а вот принять это решение, примирится с ним, сложно.
Нельзя держать друга при себе, если это заставляет его страдать.
Таковы неписаные житейские правила: если приняла дорогой подарок от мужчины, он имеет право рассчитывать на благосклонность с твоей стороны.
– Господь с тобой! Мы денег не берем!
– Что ж, – говорю, – желаю вам здоровья!
За все добро расплатимся добром,
За всю любовь расплатимся любовью…
Как известно, общие проблемы объединяют даже врагов
«Будучи сверхчувствительным, вы испытываете потребность в том, чтобы нравиться самому себе таким, какой вы есть. Кроме того, вам нужно перестроить окружающую действительность так, чтобы она по возможности не утомляла вас и удовлетворяла ваши потребности. В результате такой работы многие проблемы решатся сами собой, вы обретете гармонию с окружающим миром, у вас появится достаточно сил и желания, чтобы поддерживать необходимый уровень социальных контактов».
Для всякого, кто сколько-нибудь смыслит в детях, ясно, что мы рождаемся на свет беспомощными. Даниэль Дефо. «Молль Фландерс»
Я бесконечно благодарен Вам только за то, что Вы существуете.
Мне до сих пор интересно слушать рассказы людей, никогда не сидевших на скамье подсудимых, про американские тюрьмы. Как правило, они бывали в пенитенциарных учреждениях по программам какого-нибудь западного фонда.
– Все вы врете, Мария! Мы-то видели, своими глазами, как там хорошо! – возмущаются они, не предпринимая даже малейших усилий напрячь мозг и подумать, что реальную жизнь в тюрьме им никто никогда не покажет.
Не в кости играет Бог со Вселенной; он играет в неописуемо сложную игру, которую сам и придумал. С точки зрения всех прочих игроков (то есть просто -- всех), это все равно что играть в крайне запутанную разновидность покера при неограниченных ставках в абсолютно темной комнате перевернутыми картами, причем с Крупье, который не объяснил вам правил и все время загадочно улыбается.
Признание Джеймса эхом отдавалось в моем сознании, словно слова глупой надоедливой песни, которая отказывалась уходить из головы. Ты постеснялся бы петь ее на людях, но она вцепилась в твой разум мертвой хваткой, прокручиваясь в голове снова и снова до тех пор, пока не сведет тебя с ума.
– Бабуль, а лошади к чему снятся?
– Ко лжи, – прозвучал ответ.
– Не поняла?
– А что тут непонятного? Ложь или услышишь, или узнаешь. Других вариантов нет.
Он так сильно стиснул мою талию руками, что я даже дернулась.
— Эй, погоди, не надо так! Где твой шелковый шнурок?!
— У меня есть шелковый галстук, — предложил Вадим, ослабляя узел на нем.
— Дорогой? — спросила я, проводя пальцами по вышитой монограмме В.Р.
— Чудовищно. Ручная работа, подарок на двадцатилетие моей компании.
— Тогда можешь меня им задушить, не стыдно, — разрешила я. — Так, стоп. Что значит двадцатилетие? Тебе вообще сколько лет?
— Тридцать восемь, — пожал плечами Вадим.
— Фигаааа, ты хорошо сохранился. Особенно мозгами.
— Уж кто бы говорил, — пробормотал Вадим. — Только соберешься эротично придушить понравившуюся девушку, а она сбегает на качели. Чувствую себя педофилом.