Неплохо бы отправиться в Париж! Знала, что это штамп и глупая мечта, для многих оборачивающаяся горьким разочарованием, и все равно хотела. С кем бы туда полететь…
это лишь творчество! У творчества нет законов. Нет порядка. А силы я беру от вдохновения. Это как волна, которая обрушивается на тебя девятым валом. Но потом наступает чувство приятной усталости.
На деле Ногути выразился куда прозаичнее. Он жестким, приказным тоном сказал, глядя мимо Кадзу:
– Все, больше я политикой не занимаюсь. Дважды в жизни бросал это дело. У меня были идеи, они важнее победы. Ты приложила много сил. Действительно приложила много сил, но теперь мы станем жить в уголке, потихоньку, только на пенсию. Как дед с бабкой.
Кадзу, опустив голову, кротко ответила:
– Да.
"Go on/' Helen said, "justify yourself." "It would take too long," he said. "One would have to
begin with the arguments for a God."
Рявкать надо учиться, иначе всю жизнь проживешь в роли серой мышки. А кошек вокруг мно-ого…
Стволы деревьев и густая хвоя были струнами арфы, по которым ударял день; а вверху одна за другой проплывали причудливые, неверные тени уходящего дня; когда они перевалили через гряду холмов и спустились в тень, в синюю чашу вечера, в тихий колодезь ночи, решетчатые врата заката затворились за ними.
«ведь и тростинка в русском потоке не напрасно мерно склоняется, шевелясь в струе, тоже и она отмечает, сколько прошло русской воды в общий поток».
— Цивилизация означает отсутствие голода и расцвет культуры повсеместно. Бифштексы и художественные журналы для всех. Первосортные белки для тела, третьесортные любовные романы для души. И все это в безопасном урбанистическом мире, где нет никакого риска и физической утомленности. В городке наподобие этого, например, можно прожить годы, не подозревая о том, что есть такая среда, как природная. Все вокруг сделано человеком, пунктуально и удобно. Но люди могут ощутить переизбыток удобств: им нужны острые ощущения, опасности и приключения. К чему они прибегают, чтобы их найти при таком положении вещей? К деланию денег, к политике, случайным войнам, спорту и, наконец, к половой любви. Большинство людей не могут стать финансистами или активными политиками, а война, когда она длится долго, — это уже чересчур. Самые изысканные и опасные виды спорта существуют только для богатых. Следовательно, секс — это единственное, что остается. При повышении уровня выработки материальных благ многообразие и значимость сексуальности повышается.
Не было в мире большего счастья для женщины, чем держать в руках своё продолжение, свою кровиночку. Бровки белёсые, носик кнопочкой, вихор светлых волос... Соня прошла эту дорогу, вымощенную непомерными страданиями. Заслужила своё счастье!
Большинство людей похожи на падающие листья; они носятся в воздухе, кружатся, но в конце концов падают на землю. Другие же -- немного их -- словно звезды; они движутся по определенному пути, никакой ветер не заставит их свернуть с него
Я устала. Я хочу есть. Я хочу спать…
Кстати, о еде. Мне хочется потребовать уголовного преследования для повара, который так вкусно готовит. Мое тело отвергает полезную пищу, а мозг думает только об одном… О пирожных.
Подойдя к стулу, повернувшись к ней спиной, подтянулся, затем взял рубашку, принялся одеваться.
От этой картины у Леры перехватило дыхание, фотомодели просто нервно курят в сторонке. Мышцы заиграли на его спине, крепкий торс притягивал к себе внимание, что может быть эротичнее накаченного парня с голым торсом в одних штанах.
- Спокойствие — не значит отсутствие желаний и смерть. Это всего лишь спокойствие.
— Я прожил двадцать два года наедине с самим собой. Я хочу узнать, чем живут люди, что ими движет. Я хочу испытать новые эмоции благодаря другим людям. Любовь, страсть, дружбу.— Это не так просто. Некоторые ждут всю свою жизнь и никогда по-настоящему не испытают этого. — Почему? — Потому что мы испорченный, сложный вид, склонный к саморазрушению, беспочвенным комплексам и уверенности в том, что за углом всегда есть что-то получше. Мы постоянно гонимся за воображаемыми пунктами назначения, думая, что что-то упускаем, и желая большего. Мы никогда не живем настоящим.
Наше повествование относится ко времени третьего года войны между Францией и Англией, боровшимися за власть над страной, которую не было суждено удержать в своих руках ни той, ни другой стороне.
«Жизнь – боль, а потом ты умираешь»
Если двое оказались в одной лодке, надо заботиться друг о друге.
- А теперь идите – учитесь хорошо! И мы пошли учиться. Но я сидел и плохо учился.
Я медленно сходила с ума,а этот процесс не терпел суеты.
Если кто-то крадет книги или не возвращает их, одолжив на время, пусть превратится книга в его руках в ползучего гада, и да хватит его удар, и да онемеют все его члены. И да будет он громко кричать, прося пощады, и да не будет мучениям его конца. И пусть книжные черви гложут его внутренности, а последним наказанием его станет вечная Геенна огненная.Надпись в библиотеке монастыря Сан-Педро в Барселоне
Он вдруг понял как утомительна жизнь, когда приходится заново прокладывать каждую тропинку и чуть не все время следить за своими
вышагивающими ногами.
Когда делать нечего, мысли убегают далеко-далеко - так далеко, что не уследишь.
Дети все бездомные, детдомовские за своих родителей держатся, любых, хоть наркоманов, хоть алкоголиков. Они не дураки, не наивные, им надо. Так надо. Потому что корни. Корни всем нужны… знать, откуда ты… как человек без корней? Дерево же не будет жить без корней, так и человек. А у меня их нет, представь. Вот за что держатся? Ничего нет. Ничего! День рождения свой не праздную, хрен знает, в какой день я родился. Записали, как записали. Не крещенный и креститься не буду, а вдруг я мусульманином должен быть. Глупости, думаешь, да? Не глупости. Не глупости. Суки, хоть бы бумажку положили, имя написали...
Хватит жалеть себя, Катя. Жизнь не кончается сегодня. Может быть, ты удивишься, но она не кончается и завтра...
— Милая моя, — уборщица в синем халате посторонилась, пропуская меня вниз, ее метелка вскинулась, отдавая честь. — Вот кабы я сорок лет назад деру от своего Васьки дала, глядишь, и состоялась бы как личность!