- Итак, для начала мужа хочу, - сообщила я выловленной и скользкой сказочной героине,- дом... типа этого, ну и если можно, чтобы мой бывший спился с горя по мне любимой! - после чего решила полюбопытствовать у рыбины. - Ну как?
- Не хило, - раздалось за моей спиной.
А рыба... а что рыба? Пооткрывала пасть, пробуждая во мне неведомое ранее чувство жалости, и пришлось ее отпустить.
- Вы зачем рыбку терроризировали? - почему-то продолжая стоять за моей спиной, полюбопытствовал высокородный.
- Вам что, жалко?
каковы родители, таковы и дети.
Вероятно, он был прав: слова не так уж и важны, когда умеешь дать понять главное без всяких слов.
... чаще всего любовь - это война. Битва, в которой каждый хочет завладеть другим. Это ревность, собственничество, обладание, даже, на первый взгляд, в самых великодушных её проявлениях. И, как во всякой битве, в ней бывают жертвы. Всегда кто-то один любит больше, кто-то один страдает, а другой страдает, заставляя страдать.
Фантазии одиноких, неудовлетворённых баб о принцессах, героях и злодеях, где все красивы, нежны и любимы. Чтобы прочесть и вырваться на миг из унылой реальности. НА МИГ!!! Но почему этот миг стал для меня реальностью?
В жизни тебе нередко придется встречать людей, которые говорят правильные вещи. Но судить о людях все равно надо не по словам, а по поступкам.
Есть три вещи, над которыми ничто не властно: ветер, дующий с гор, солнце, плывущее по небу, и любовь, поселившаяся в сердце человека.
"Среди старинных мастеров только немец Гендель да Себастьян Бах обладали истинным гением". -(Бетховен).
Счастье или несчастье зависит от самого человека.
Куда бы я ни ушел, как бы далеко отсюда ни находился, часть меня всегда будет здесь, с теми, кого я люблю.
– Сильно скучала? – По твоей улице проехало шестьдесят четыре машины, из них девятнадцать зеленых.
Разгадка тайны в чем-то похожа на раскладывание пасьянса. Ляжет в нужное место нужная карта, и раскладывается дальше все как по маслу. Сообразишь верно, и вот у тебя в руках ниточка. Дальше только успевай доводы на неё нанизывать, словно бусины.
— Данила нынешний жених моей бывшей невесты, — представил он. — И мой будущий компаньон. Это даже хорошо, что вы, блистательная Люцинда, явились лично. Нам надо обсудить некоторые вопросы дальнейшего сотрудничества…
— Нынешний жених бывшей невесты… — демоница разом утратила интерес и головой покачала этак, с укоризной. — Как у людей всё сложно! Такие запутанные отношения…
Ведьма — тоже человек.
Даже под открытым небом свобода имеет пределы
Не хочу щеголять с животом на собственной свадьбе. Чертовы гормоны, глаза наполнились слезами от одной мысли о торжественном мероприятии. Внутри всё кричало: „Нет! Что ты делаешь, Лив? Прекрати!
— Груша, помнишь я ходил на мальчишник? Я тебе изменил, через две недели я женюсь по залёту. — Я тебе не верю. Ты не мог так поступить, — отрицающе трясёт головой, — ты этого не сделаешь. — Мог и сделаю, — крепче сжимаю запястья, которые она начинает вырывать. — Я тебя ненавижу, — из глаз Груши текут слёзы. — Тебе кажется. Я хочу, чтобы ты осталась со мной.
И это было счастье…
Настоящее, некрасивое, с соплями и слезами. То самое, которое не покупается и не заслуживается, а просто приходит, когда ты наконец-то перестаёшь врать.
«Рука, не трясись, прошу тебя». С тихим звуком моя валентинка проскользнула в щель. Вшу-у-ух. Обратной дороги нет. Или она станет моей девушкой. Или… Я не знаю, что будет со мной, если произойдет второе «или». Наверное, сердце разобьется на тысячи осколков.
Несмотря на большой нос и неказистый вид, аббат Ферран понравился Амелии с первого же раза. Её симпатия к нему ещё возросла, когда она увидела, что дона Жозефа принимает его без особой радости, несмотря на всеобщее уважение к его учёности. Дело в том, что, побеседовав с падре Ферраном несколько часов наедине, дона Жозефа решительно осудила его с высоты многолетнего святошеского опыта: – Он недостаточно требователен.
Мы способны страдать лишь постольку и тогда, поскольку и когда собираемся удариться головой о стену. В нас что-то перещелкивает, и мы бесцельно плывем новым маршрутом, не нанесенным на карту, без руля и ветрил. В конце же концов мы склонны к забвению.
... я думаю, правильные родители обязаны сделать две вещи - быть счастливыми и принимать своих детей такими, какие они есть.
Вся наша жизнь — это игра, и мы играем.
Видишь одно, а за ним тянется другое. Вспомнишь один проступок – и увидишь их все.
Под народной музыкой я разумею ту, которую по-настоящему любишь, которая цепляет. Греет в холод и светит во тьме. А чем дольше живёшь, тем холоднее вокруг и тем гуще тьма.