Я поцеловал Полину, и мне захотелось большего. Чтобы её глаза смотрели только на меня, чтобы мысли были обо мне, чтобы её тело желало только меня. Но больше всего я хотел её сердце, потому что уже тогда понимал: её любовь излечит меня. Любовь излечивает вообще от всего. Она даже из чудовища может сделать вполне…
В давние годы здесь каждый просыпался рано, потому что дел полно, а часов в сутках не так уж много. Теперь просыпаются рано, потому что дел все еще полно и не так уж много осталось лет.
Кто не подготовился к делу, тот подготовился к провалу.
— Большое все равно что маленькое, его просто больше.
Чтение полицейских отчетов с точки зрения того, что полиция вам лжет, — удивительно эффективный подход.
Впереди показывается крошечная деревянная автостанция, она тоже работает, если один автобус в день туда и обратно считать работой.
— Я бы даже обрадовалась взломщику. Хоть кто-то бы навестил.
Я, помню, промокнула губы, прежде чем отвечать, — как иногда показывают по телевизору. Это придает вам умный вид, сами попробуйте.
Пустыню нельзя покорить, можно только стараться не нарушать ее гармонию.
В мире было много ужасных и отвратительных вещей, но самой большой подлостью Оливия всегда считала предательство, потому что предать могли только друзья и близкие. Раны, нанесенные врагами и чужими людьми, со временем заживали и переставали напоминать о себе; раны же, нанесенные теми, кого ты любил и кому доверял, продолжали кровоточить до конца твоих дней.
- Мы на войне. Здесь нет ничего нормального. Будешь вести себя нормально - тебя убьют.
Он её семнадцать лет ждал, он был уверен, что эта ночь всё изменит. Но он ошибся. Это были три бокала шампанского.
— Кто говорит, что он видит это место таким, каким видим его мы? — Люди видят то, что хотят. В этом отношении они очень упрямы... то есть настойчивы.
– Нет страшнее одиночества, чем одиночество в толпе.
— Скажи, а ты всегда такая?
— Какая?
Он задумался, очевидно подбирая слово, а потом охарактеризовал:
— Колючая.
— Нет. Только по пятницам. — Ответила, продолжая изучать листья над собой.
— Сегодня суббота.
— Да? Точно. Значит и по субботам тоже.
— Вер, ты уходишь уже? — спросил, наклонившись ко мне.
— Да. Отметилась и хватит.
— Может, давай еще немного побудем, а потом сбежим вместе?
— Куда? — спросила, чисто ради развлечения.
— Ну… — протянул, туманно. — Придумаем. В гости не хочешь меня пригласить?
— А как же жена?
Короткая пауза и прекрасный ответ:
— За это не переживай. Мы практически в разводе. У каждого давно своя личная жизнь.
«Интересно, а она об этом знает?» — мелькнуло в голове, заставив скептически усмехнуться. Какими же мерзкими бывают мужики, мама дорогая! В том, что он врет — даже не сомневалась. Захотелось бабу с татуировками попробовать? Или в вечном поиске той, у которой не вдоль, а поперек?
И, вообще: мужчины не должны размякать и увлекаться романтикой! Портрет истинного воина стоит писать короткими, но выразительными мазками: хмур, угрюм, вонюч, волосат, слегка пьян и слов любви не знающий.
— Но ты ведь никогда не хотел этого. Бракосочетания. Бедная твоя матушка совсем отчаялась, так что представляю, сколько прекрасных девушек прошло перед твоим придирчивым взглядом. — Такой как ты не было. Она вздернула бровь и скептически хмыкнула: — Никто не находил трупы раньше тебя?
"Стена" научила меня тому, что мир - это сложная связная вещь, и его осмысление возможно лишь тогда, когда ты получаешь опыт и преобразуешь его. А поэзия и есть работа опыта и осмысления. Поэзия всегда живет в связке с памятью и забвением: с тех самых пор, когда Гомер начал перечислять корабли, а Симонид назвал имена…
Не бывает плохих или хороших сил, бывают плохие или хорошие люди.
– Опустите меня на землю. Это неприлично.
– Мы женаты. У нас нет неприличных поз.
Отпрянул так, будто увидел призрака нелюбимого дедушки, который проедал внуку плешь при жизни.
Всегда самые большие проблемы начинаются вот с этого легкомысленного “а давайте..."
Женщина, способная хорошо обеспечить саму себя — это что-то за гранью фантастики для жителей их деревни. Вот пьющего безработного мужа на себе тащить, да ребенка воспитывать — как нефиг делать.
— Девочка, хочу тебе напомнить: этот человек поступил с тобой, как не все поступают с животными. А ты продолжаешь переживать? Радоваться должна бы…
— А я — не животное. Потому и не радуюсь.