"Те, кто наделён красотой, пусть будут благодарны за неё и обратят её на пользу, как любой другой талант. Те же, кто её лишён, пусть не сетуют напрасно, а пробуют обойтись без неё."
Когда душа отравлена, ее лечат физическим воздействием и шампанским.
Я родилась в Париже от мужчины и женщины…
Часы досуга я посвящал чтению лучших авторов, прежних и современных, так как всегда запасался в дорогу книгами.
13 февраля 1692 года мои родственники поучаствовали в одном из самых радостных событий шотландской истории. Мы резали в составе других гостей клан Макдоналдов у них же на дому. Нас позвали в гости, мы пришли, а потом зарезали хозяев. За дело, конечно. Макдоналды были практически мятежниками, не хотели присягать новому королю, плюс мы им еще денег были должны. Как тут удержаться от того, чтобы, попив и поев, не вырезать хозяев к чертовой матери? Я и сейчас не удержался бы.
В семейном кругу часто вспоминаем это дело, одобрительно похлопывая друг друга по спинам. Мол, неплохо так погуляли тогда, а? – спрашиваем друг у друга. И сами же себе отвечаем: да какой там неплохо?! Отлично выступили!
Резня в Гленко, послужившая основой для нездоровых фантазий писателя Джорджа Мартина с его «Красной свадьбой», лютоволками, Старками и прочим заснеженным ужасом, для нашего семейства прекрасный повод вспомнить славные денечки.
Правда – осколок льда.
Безумие и отчаяние нередко похожи друг на друга...
Истинно великие люди должны ощущать на свете великую грусть.
Непобедимость заключена в себе самом, возможность победы заключена в противнике.
Поэтому тот, кто хорошо сражается, может сделать себя непобедимым, но не может заставить противника обязательно дать себя победить.
Поэтому и сказано: "Победу знать можно, сделать же ее нельзя".
Всё это были лишь химеры и иллюзии, но разве для истинной любви, для подлинной ревности существует иная действительность, кроме иллюзий и химер!
Я стал вспоминать друзей, на помощь которых мог бы рассчитывать, но - так происходит всякий раз, когда я решаю провести подобную социальную ревизию, - пришёл к выводу, что друзья либо за границей, либо на том свете, либо женаты на дамах, не одобряющих мою персону, либо, если хорошенько подумать, вовсе никакие и не друзья.
Аминь. И всякий прочий kal.
... Но не без дела погибну, во прах я паду не без славы; Нечто великое сделаю, что и потомки услышат!
Отступающему врагу должно быть предложено сохранить столько лица, сколько он может унести. Только не давай ему унести что-либо еще.
Дипломатия - странное искусство, которое может сыграть на руку и тебе, и твоему противнику.
электронная почта - современный след помады на воротничке.
...бесполезность существования будет томить его всю жизнь. Тупое ожидание, несбывшиеся мечты, паника при мысли, что уже слишком поздно.
Подчас мне кажется, что мы так никогда и не научились жить на этой земле и что жизнь — это просто огромная, постоянная, непонятная ошибка
Если Бог всемогущ и всеведущ, почему Он не сделал так, чтобы все было как надо? Почему Он все постоянно чинит, исправляет да еще жалуется? Нет-нет, из Библии ясно одно – библейский Бог был скверным умельцем, негодным проектировщиком и технологом. Он бы не выдержал конкуренции, если бы таковая была.
Экстерьер его служил примером элегантной быдловатости; интерьер представлял собой успешную попытку не впускать деревенщину внутрь.
... множество горьких обид - фантомны. То есть человек сам себе что-то такое насочиняет и вот ходит и дуется, а фантом тем временем разрастается, пожирая нутро.
...ты добрая женщина, представительница вымирающей расы.
Нет, не под землей, в
преисподней, пребывают ад и демоны, но в груди у человека, даже самого
добродетельного и праведного. Бог есть бездна, бездна есть и человек, и
почтенный раввин не дерзнул распахнуть сердце свое, чтобы взглянуть, что там
внутри.
-- Боже, пусть поскорее наступит конец света, только бы войти в Ковчег
вместе с ним, -- продолжала Марфа. -- Я буду прислуживать ему, и вовсе не
важно, что ты будешь рядом с ним. Ковчег будет вечно плыть по водам, я буду
вечно прислуживать ему, а ты будешь вечно рядом с ним, сидя у его ног. Так я
представляю себе Рай. А ты, Мария?-- Здравствуйте, братья! Я ухожу. Иду к Богу. Может быть, передать ему
что от вас?
Я слышал,
будто Ноев Ковчег знаете что такое? Сердце человеческое! Там внутри
пребывает Бог со своими созданиям. Все якобы захлебывается в воде и идет ко
дну и только Ковчег плывет вместе со своим грузом. Ему все известно -- да
уж, не смейтесь! -- ему все известно, сердцу человеческому!
-- Ты веришь в загробную жизнь, Симон Киренянин? -- спросил Петр.
-- Верю.
-- Так вот, даю тебе слово, -- а если хочешь, дам его тебе и в
письменном виде, -- там я тебе и заплачу. Хозяин таверны почесал свою
огромную голову.
-- Как?! Разве ты не веришь в загробную жизнь?! -- строго спросил Петр.
-- Верю, Петр, верю. Но не настолько... -- Не кручинься, Андрей. Умирает только тот, кто не успел стать
бессмертным. А он успел: Бог дал ему время.
Слова — это одиночество.
Рано или поздно придется расплачиваться по счетам, так что лучше их не копить.