...мы никогда не притворялись, что можем придерживаться принципа стопроцентной справедливости при построении общества, основанного на разумных началах. Еще в вашей христианской Библии приведены слова некоего римлянина о том, что смерть одного человека можно считать оправданной, если он умирает ради спасения многих, так ведь?
в самой
середине ада и находится Рай.- Вот и я говорю: не только в госте, но и в каждом человеке следует
видеть ангела. Да!
-- Все-таки вечер не пропал зря, -- довольно сказал слепой. -- С утра,
когда мы проснулись, и до этого часа, когда мы отправляемся на покой,
все-таки произошло кое-что, приведшее мир в движение. Давайте присядем на
скамьи и послушаем. Люблю новости, даже если они и недобрые.
опять станет на свое место, вот увидите. Мир
крепок и прочны основы его. Сколько выдержит Бог, столько выдержит и мир. Не
слушайте зрячих, послушайте меня: я слеп и потому вижу намного лучше всех
вас.
Это я согрешил, что ли? Это я
пялился на чужих жен, когда они совершают омовение? Бог дал нам глаза, чтобы
мы ничего не видели, -- разве ты этого до сих пор не понял? Он чувствовал внутри себя еще слишком много грязи, чувствовал себя еще
слишком человеком
Никогда я не боялся смерти так, как этого воскрешенияСердце изнывало под тяжестью шестисот тринадцати писанных заповедей
еврейского Закона и тысяч неписаных и не могло сдвинуться с места: оно
изнывало под тяжестью "Бытия", "Левитов", "Чисел", "Судей", "Царств" и не
могло сдвинуться с места.
Содрогались основы мира, ибо содрогалось сердце человеческое.
если
несколько человек собрались за трапезой и не говорят о Боге, это все равно,
что поминки.
Мы получаем наслаждение от чего угодно, только не от жизни.
Люди не любят, когда им напоминают о тех язвах, которые они не могут или не желают излечить сами. Такое напоминание заставляет людей чувствовать свою беспомощность или, что еще хуже, принуждает их делать какие-то неприятные усилия, нарушает их покой и раздражает их.
Не зря, говорят, люди не прощают тому, кто не умеет заставить уважать себя.
За десятилетия в этом бизнесе я одну вещь усвоил. Людям нужна предсказуемость и стабильность как в Макдональдсе. Заплатил сто рублей, сожрал то, к чему привык и ушел, чтобы в следующий раз вернуться.
Мы никогда не бываем довольны. Мы даже не знаем, что значит это слово.
Убивать время не так трудно, как кажется.
Я могу застрелить сотню чисел в грудь навылет и смотреть, как они истекают десятыми долями у меня на ладони. Я могу сорвать цифры с циферблата и смотреть, как часовая стрелка тикает, тикает, тикает последний раз перед тем, как я засну. Я умею душить секунды, задержав дыхание Я убивала минуты часами, и никто не возражал против этого.
- Где это, черт возьми?
- У канадской границы, - ответил атташе. - Место безопасное. На выборы ходят одни олени.
Большинство мужчин ведут жизнь, наполненную тихим отчаянием
- И поэтому ты предлагаешь мне стоять в стороне и радоваться? Они использовали мое имя, чтобы совершить преступление, которое запрещают новые боги! Это варварство! Это оскверняет воздух, которым мы дышим!
Для меня писать рассказы - все равно что дышать. Я смотрю вокруг, нахожу идею, проникаюсь к ней любовью и стараюсь долго не рассуждать. Потом записываю: просто даю ей возможность поскорее выплеснуться на бумагу.
Идеальный шпион – это проницательный невежа, способный все воспринять и не способный ничего выдать.
Утром я вставала рано и шла в лицей. Часто в метро я с тревогой отсчитывала время, отделявшее меня от ближайшей ночи: "Ещё шестнадцать часов до того, как лечь спать!" Я отдала бы что угодно, только бы заснуть немедленно и надолго. Дожидаясь Сартра в кафе возле Северного вокзала, мне случалось закрыть глаза и отключиться на несколько минут.
Лучший вид тишины постигаешь в себе самом. Там не может быть хрустального позвякивания мороза или электрического жужжания насекомых. Мозг отрешается от внешних звуков, и начинаешь слышать, как кровь пульсирует в висках.
Всё всегда не зря,...у всего есть своя цена, но и награда тоже непременно наступит. Бывает даже тогда, когда совсем того не ждёшь.
- Тебя никогда не было. Тебя никогда не было. Ты никогда не был… живой.
- Я был… живой. Живой?
- Нет, не был. Ты знаешь, о чем я.
- Какой же я тогда был?
- Ты был просто… - замолкаю, - …не мертвый.
Но это вовсе не означает, что я умный. Я просто замечаю, как происходят всякие вещи, и с умом это никак не связано. Это просто наблюдательность. А быть умным - это когда ты смотришь, как происходят события, и делаешь выводы. Или понимаешь что-то новое.
Оказавшись на воле, Мария переехала в Лондон и поселилась у Сары, и в ее жизни начался один из лучших периодов. Боюсь, для читателя это чревато скукой. Такие периоды интереснее проживать, а не рассказывать о них, что обнаружила и сама Мария — позже она ни разу не вспомнила об этом отрезке жизни без зевка.
- Какой же нефилим откажется преследовать падшего ангела? - Голодный - буркнула она.
— Ну, князю я не за грибы глянулась, а душу он мою разглядел широкую, — княгиня поправила вырез на декольте.
Я заметил, как он неспешно обшаривал взглядом каждую пядь тела животного. Можно было лишь восхищаться его скрупулезностью и памятью, ведь этот самонадеянный коротышка и плут держал в голове характерные приметы нескольких сотен собак: и разных, и похожих — но что-то в этом вызывало и страх. Ему никогда не требовалось более одной маленькой наметки: небольшой шрам, плоский палец на лапе, впадинка под коленом чуть темнее по цвету… Мистер Фиси ничего не забывал.
Меланхолия для души то же самое, что зима для полей. Она иссушает, поглощает, убивает, но лишь для того, чтобы дать подняться новым росткам. Она - вспашка и зарождение.
В основе любого плана лежит продуманная стратегия поведения. ...
Её стратегия основывалась на двух незыблемых столпах: выявление целей и наблюдение за окружением.
Все в мире бесконечно меняется, судьба странным образом связывает людей, часто обстоятельства складываются и неудачно, а порой причудливо, так сразу и не скажешь.