Дневной сон — это проклятье, после него просыпаешься разбитый и уничтоженный.
Если люди так злы, то, вероятно, потому, что страдают; но, перестав страдать, они еще долго не становятся хоть немного лучше.
— Феерично, — сказала вслух и попыталась встать с того, на чем покоилось с миром мое тело. Мое ложе оказалось кроватью, кстати такой же незнакомой, как и потолок.
— Привет! — решила я проблему и представилась: — Меня зовут Джул.
Просторная «пятизвездочная» кровать была предметом неодушевленным и, следовательно, невоспитанным. Она не поздоровалась.
— Буду звать тебя кровать...
Я должен сказать, как вы, вероятно, заметили и сами, что мои друзья не
часто ссылались на книги, - они не были очень начитанны, несмотря на
утонченность их манер и большой досуг, которым они, по-видимому,
располагали.
Действительно, когда Дик цитировал какую-нибудь книгу, он делал это с
видом человека, совершившего подвиг. Он словно говорил: "Вы видите, я
действительно это читал!"
Как быстро прошел вечер! Впервые в жизни мои глаза наслаждались красотой
без чувства несоответствия между ней и действительностью, без страха
разрушения этой красоты. А ведь такое чувство всегда наполняло меня
раньше, когда я любовался прекрасными произведениями прошлых времен среди
окружающей чудесной природы.
Лучшие из женщин – лицемерки. Мы и не знаем, как много они от нас скрывают; как они бдительны, когда кажутся нам простодушными и доверчивыми; как часто их ангельские улыбки , которые не стоят им никакого труда, оказываются просто-напросто ловушкой, чтобы подольститься к человеку, обойти его и обезоружить…
... как ребёнок может быть одновременно вундеркиндом, но при этом настолько наивно тупым.
нашла коса на камень, демон – на экзорциста, а воскресшая – на Смерть.
Мне хочется просто держать ее за руку, веришь? Пойми, держаться за руки… это ни с чем не сравнить. Держаться за руки так, чтоб было не различить, есть в них движение или нет. Такую ночь не забудешь никогда: все остальное, что бывает по ночам, может выветрится из головы, а это пронесешь через всю жизнь. Когда просто держишься за руки — этим все сказано.
Мне случалось в жизни пережить что-то похожее на любовь – по крайней мере, так я считал, хотя то, что у меня было, скорее всего можно назвать просто «человеческими отношениями». Я хорошо относился к кому-то – иногда недолго, иногда очень и очень долго, и тот человек тоже ко мне хорошо относился. Любовь тут была ни при чем.
— Ты пытаешься мне угрожать?
— Я пытаюсь сделать это утро хоть немного добрым, — выдохнул он, в очередном раздражении, проводя рукой по волосам. — Как показывает практика, добрым оно бывает редко.
— А практика у Вас большая господин Загорский, — не спрашивала, констатировала факт.
— Я слишком скромный, чтобы отвечать на твой вопрос, — хитро улыбнулся он.
Дети... Пока их не заведешь, нипочем не узнать, сколько с ними забот.
...делиться своими мечтами - это как делить один шприц на двоих: иногда вроде как и можно, но в итоге себе дороже.
И вся его натура человека просвещенного, повидавшего мир, учтивого, умеренного содрогается от страха, ибо он знает, на что способен остервеневшийся народ: клевета запятнает самую безупречную репутацию, жестокость напялит личину добродетели, месть вырвет у Правосудия весы, а слава, если на свою беду оказалась не в пору и не к месту, повлечет за собой самые прискорбные последствия.
Удивительное дело: если двое любят друг друга, то судьба то и дело переплетает и соединяет их пути, зачастую без всякой причины. Но когда они расстаются, та же сила, что когда-то толкала их друг к другу, начинает их загадочным образом разъединять.
Честь не в том, чтобы размахивая мечом забраться на стены крепости, и потом сдохнуть, проткнутым копьем имперского мягкотелого слизня. Честь в том, чтобы победить, чтобы как можно больше отправить на тот свет твоих врагов! И для этого любые средства хороши!
... я не хотела ничего слушать, предпочитая затеряться в сладкой лжи. Так легче.
— Просто не верится! — сказал он.- Ты слышишь?— Кого? Птичек? — переспросил Блэк, который, напротив, воздал должное содержимому стакана, порадовался осеннему теплу, с удовольствием рассмотрел внушительный особняк и пропустил мимо ушей пение птиц.
Никогда не знаешь, чего захочешь, пока не увидишь своими глазами.
Чтобы было о чём вспомнить в старости, в молодости не надо оглядываться.
Джош, если ты немедленно не принесешь Царство Божие, я свою мамочку точно укокошу.
Нельзя совать пальцы в нити судьбы, полагая, будто сможешь их расправить.
— А почему вы хотите получить эту должность? — Потому что вы будете платить мне больше, чем я заслуживаю.
«Какое расстояние нужно пройти от замысла до воплощения?»
После восьми лет совместной жизни бессонница - меньшее из зол.
– Помнишь, я тебе рассказывал, как прошел пешком через Хонсю, когда мне было восемнадцать лет? – спросил он. – Я заночевал в храме. Он весь разваливался на куски, в нем остался один-единственный монах. Он был старый, очень старый. И еще – слепой. На следующее утро, прежде чем уйти, я нарубил ему дров. Когда я уходил, он стоял в центре дворика и указывал куда-то вверх. На краю крыши трепыхался линялый и потрепанный молитвенный флаг.
«Юноша, – произнес старый монах, – скажи мне: ветер ли находится в движении или флаг заставляет двигаться ветер? Кто из них – зачинатель движения?»
– И что ты сказал? – спросила я.
– Я сказал: «Они оба в движении, святой отец».
Монах сокрушенно покачал головой, явно огорченный моим невежеством.
«Придет день, и ты поймешь, что нет никакого ветра и флаг не движется, – сказал он. – Только души и умы людей не ведают покоя».