- Начинаешь учиться предусмотрительности, — похвалил Даор, когда женщина вышла. — Глядишь, действительно толк выйдет.
— Толк выйдет, бестолочь останется, — проворчал я в ответ...
Невестою его была ворона — каждый ведь ищет жену себе под стать.
Русалочка откинула со лба принца волосы и поцеловала его в высокий, красивый лоб; ей показалось, что принц похож на мраморного мальчика, что стоит у неё в саду; она поцеловала его ещё раз и пожелала, чтобы он остался жив.
Все любят хеппи-энды. Жаль, не всегда они случаются в жизни. И только заядлые мечтатели и неисправимые оптимисты верят в такие сказки. Им постоянно слышится мажорный аккорд.
Чудес, увы, не бывает, а те, что случаются иногда - либо мошенничество, либо дело чьих-то умелых рук…
Иногда мы уверены, что отлично знаем человека, а потом вдруг выясняется: не знаем его вообще.
Начинаешь ради удовольствия, но в конце центром твоей жизни становится твой порок.
"Делай великое, пока оно еще мало, потому что все великое начинается с малого."
Тьма важна. Никто не оценит звезды при дневном свете.
В конце концов какое значение имеет имя автора? Важно, чтобы идея вошла в мир и сделала свое дело.
Мне кажется, поступок не так важен, как намерение.
То, что для тебя ничего не значит, для кого-то — все. Почему ты не можешь в это поверить?
На одном фото он стоял в очень смешной позе и со странным выражением лица.
- Это что такое было? - спросил эльф, очевидно, не удивляясь магическим штучкам в стиле мобильника.
- Вспомнила! Это мы играли в "Крокодила". Игра такая. Один загадывает слово, а другой должен его показать! - сообщила я.
- И что я такое показывал? - с сомнением произнес эльф.
- Рефрижератор! - гордо заявила я.
- А что это такое? - поинтересовался Андоримэль - Я даже представить себе такое не могу!
- Но вчера ты, судя по всему, знал, поэтому показывал полчаса, пока Джио не угадал! - сглотнула я. - Хотя он тоже не знает такого слова...
...мстительность — черта, которую карма не поощряет...
«англичане в отношении дорогостоящих капризов опережают все прочие нации на земле и являются более жалкими рабами общественного мнения и привычки поддерживать общепринятую форму, чем итальянцы являются рабами римской церкви, французы — тщеславия, русские — своего царя, а немцы — темного пива.»
«Потому что мучиться, рожать, потом тратить годы и мегаватты нервных импульсов на воспитание ради того, чтобы дети эти убились, оставшись в двадцать лет без присмотра, — на мой вкус, бессмысленная трата времени».
— Сейчас Катерина приходила. — Как бы невзначай сказала она.
— Какая Катерина? — Михаил нахмурился. — Соседка-колобок, что ли?
— Сам ты Буратино. — Огрызнулась Бабуля.
— Урсула, тебе не в дипломаты надо было идти, а сценарии для межгалактических сериалов писать. Например: «Космос мольбам не верит». Придумала тоже — боевые бабочки мстят за хозяйку.
(Пес)
– Ты где был?
– У мамы…
– Чего? – Впервые в жизни я видел его таким ошеломленным. – У кого?
Я смущенно тявкнул.
– Слушай, Нос, – сказал Вожак, – ты мне нравишься. Но ты какой-то странный. Наверное, поэтому ты мне и нравишься. Никто из нас не то что не навещает маму… даже не помнит о ней.
Король превосходит своих подданных только на высоту своей короны, а когда у тебя голова не покрыта, поверь мне, Генрих, ты такого же роста, как и все остальные люди, и даже пониже кое-кого из них.
Не надо надевать розовые очки, как не надо и замазывать глаза черной краской. Жизнь, она разнообразна в своих проявлениях, нет ничего абсолютно белого, или абсолютно черного.
Свернуться калачиком, в позе зародыша. Отдаться тяжелой волне. Остро прочувствовать одиночество.
Все мы — продукт воспитания предков, и все мы родом из детства. В большинстве своем, мы несём в себе семейные традиции или, как любят говорить психологи и психотерапевты, «семейные паттерны [1]».
Так вот, наследие разрушительных войн, а также жёсткого общественного режима Советского Союза диктует женщинам определённый стиль поведения, до сих пор активно поддерживаемый в патриархальном обществе.
Этот стиль, в принципе, отвергает мысль, что женщина должна быть в первую очередь счастлива сама.
Люди должны любить. Им свойственно это чувство. Они должны пылать и поддаваться страстям. Должны мечтать и витать в облаках. Просто обязаны постоянно испытывать какие-то эмоции. Они должны... это – естественно и совершенно нормально. А для молодых это ещё и настоятельная потребность, лишив их которой можно получить гораздо больше проблем, чем пользы. Так что пусть любят.
Пусть творят безумства. Хотя бы в эту ночь, когда они точно разрешены. Пускай... пускай хотя бы они сегодня живут.
Правда в памяти. У кого нет памяти, у того нет жизни.