Вот и пришёл конец твоему одиночеству.
Едешь в вагоне экспресса «Нодзоми» и всякий раз думаешь: какую же черту Японии прежде всего оставляет теперь в памяти путешествие по новой Токайдо? Чуткость к новому? Пожалуй, точнее было бы сказать – гибкость и стойкость. Конечно, Япония сейчас не та, что во времена художника Хиросигэ. Но ее восприимчивость к новому не означает готовности отказаться от своеобычных черт. Япония меняется по-своему, по-японски: меняется ради того, чтобы в условиях современности оставаться самой собой.
Мне никогда не дарили ожерелий. Да что там ожерелий, колечек и тех… и не колечек. Разве что цветы на восьмое марта и то, потому что принято.
Если ТОЛКОВАТЬ - это искусство и функция мазов, то СЛУШАТЬ - искусство и функция йозов. По мнению большей части аканцев, ни те, ни другие друг без друга ничего не значат.
...вливалась в мою душу весенняя грусть, сладкая и нежная, исполненная беспокойных ожиданий и смутных предчувствий, – поэтическая грусть, делающая в ваших глазах всех женщин хорошенькими и всегда приправленная неопределенными сожалениями о прошлых вёснах.
Но, невзирая на все свои выводы, сейчас Ник впервые начал сомневаться, что наперед знает их с сестрой будущее. Теперь оно стало казаться совершенно непредсказуемым, прикрытым толстым слоем плотного тумана. И он вдруг понял, что, несмотря на обстоятельства… несмотря на последствия проклятия их матери, на мнение венценосных родителей, на его обязанности как наследного принца… их с сестрой будущее – в их руках. И значит, только от них зависит, каким оно станет. Только они имеют право решать – идти своим путем или склонить голову перед судьбой.
— А где Ирга? — спросил лучший друг. — В могиле. — Скорблю вместе с тобой, — со слезой в голосе сказал Отто. — Подожди скорбеть-то, может, еще живой. — А что он делает в могиле? — Изучает жизнь подопечных, так сказать, изнутри. — Странные люди эти некроманты.
Вот люблю деловых мужиков, одно удовольствие с ними общаться — быстро, жестко и по делу.
Разве идеалы существуют для того чтобы их достигнули? Разве мы, люди, живем для того чтобы отменить смерть? Нет, мы живем чтобы бояться ее, а потом снова любить, и как раз благодаря ей жизнь так чудесно пылает в иные часы.
Где грань между добром и злом? Где та тонкая полоса между правильно и не правильно?
Нет её.
Каждый выбирает сам как поступить и у каждого своя дорога.
«Лето как выходные. Такое же прекрасное, и так же быстро проходит. Июнь — это пятница, июль — суббота, август — воскресенье»
Жена без мужа, как корова без привязи - где лучше пастбище, туда и подастся.
Как не крути, а союзники и поддержка нужны всем!
Сесть на два стула сразу невозможно, на них можно только лечь...
Много достоинств вырабатывают шахматы. – Способность смотреть вперед и видеть дальше, чем ваш противник; огромная собранность – по-видимому, ни одно из человеческих занятий не требует ее в такой степени, как шахматы; воображение, настойчивость, бдительность.
Нет ни моральных, ни аморальных книг. Книги бывают плохо или хорошо написанные. Ни больше, ни меньше.
За счастье держаться надо, а не отпускать от себя. Ты свою жизнь не теряла. Ты ее каждый раз сама выбрасываешь…
Почему в природе все так несправедливо?!
Мужчина просто получает удовольствие, а женщина девять месяцев расхлебывает последствия!
Я у него что-то типа мультиварки с ногами.
С него достаточно воспоминаний. В старости это самая вкусная и здоровая пища. Особенно аппетитными казались дни, когда он не жалея сил, добывал вавилонский трон. Ну, просто объедение, совсем как жаренная в собственном соку саранча.
она особенно и не рассуждала, она кидалась в пучину страсти потому, что ум ее был развращен прочитанными романами, а плоть возбуждена жестокой бессонницей, которая терзала ее уже несколько недель.
Отбил он [Сталин] и попытку выставить себя в качестве освободителя Европы от фашизма. Когда после Победы решено было поставить в Берлине соответствующий памятник, Ворошилов ненавязчиво посоветовал скульптору Вучетичу, получившему этот почетный заказ, сделать памятник Сталину. Тот, естественно, выполнил совет. Однако был у него и еще один проект — «Воин-освободитель», на сюжет о советском солдате, спасшем немецкую девочку во время штурма Берлина. И вот оба эскиза выставили в Кремле. Вокруг первого монумента собралась толпа. Вскоре появился Сталин. Подошел к скульптуре, посмотрел. Повернулся к автору, сделал жест рукой с трубкой.
— Слушайте, Вучетич, вам не надоел этот… с усами?
Рад, что прочитав вторую книгу Александра Лысёва вторично не ошибся в авторе и остался доволен произведением.
- ... Тебе никогда не приходилось сталкиваться с настоящей нуждой и настоящим одиночеством. - Это неправда, дорогая. Быть человеком само по себе означает сталкиваться с подобными проблемами.
Один раз прогнёшься, потом всю жизнь не разогнёшься.