Джентльмены, у которых нет чувства юмора, заставляют принимать себя слишком всерьез, а это приводит к неприятностям.
-Ты сейчас меня успокоить хотел или обидеть?
-Успокоить, конечно,- хмыкнул демон, - разве я когда-то нарочно тебя обижал?
Я сложила руки на груди и поджала губы, всем своим видом демонстрируя положительный ответ.
- Каждая женщина хочет, чтобы ради нее мужчина совершал какие-нибудь безумства... к примеру, отказался от трона, - притворно вздохнула я. - Сделал что-то невозможное... единорога, там, добыл... шапку-невидимку наизнанку вывернул... а если выбор стоит: или она, или весь мир, то громко прокричал, что любовь важнее.
Ушам своим не верьте вовсе,а глазам-только наполовину.
Как все физики он уверен: на Земле есть лишь один вид науки, Физика. Остальные подделки под науку придумали тупицы, которые физику не осилили.
…единожды солгавшему дважды на слово не поверят.
Короче, если представить всех нас различными породами собак, то она что-то вроде крокодила.
Нейл совершал глупость за глупостью на протяжении всего года, и, наверное, именно поэтому этот год стал лучшим в его жизни.
Чудесное мы исключаем, потому что божественное начало не может нести в себе ничего тривиального и глупого.
Сказки, услышанные нами в детстве, запоминаются на всю жизнь.
Трое мужчин стояли за холмом, держа под уздцы коней, и слушали эту художественную брань. Потом Фрик еще раз обвел взглядом на четверть разрушенную деревню с несколькими догорающими сараями и со вздохом прокомментировал:
– Почерк нашего друга на редкость заметен.
– Ну да, – Ринвейл проводил глазами столб черного дыма. – Вместо тысячи слов «Тут был Олли».
Чувственное влечение обладает такой силой, что способно восторжествовать и над разумом и над волей.
Вкусив сладость роскоши, никогда больше по доброй воле не влезешь в привычные лохмотья.
Если ты пишешь о том, чего никто никогда не видел, описывай всё как можно подробнее. Краткость же допустима- а точнее, необходима - лишь в описании того, что читательуже встречал и без тебя.
Если существо машинально спасает чужую жизнь, оно не может быть злым.
«– Мы уже достаточно взрослые, но все еще достаточно молоды, – с улыбкой ответил Локвуд. – Самый лучший возраст.»
Легко обмануть одинокого человека красивыми словами.
Бедняки готовы великодушно простить человеку все - все, кроме неудачи в попытке вырваться из нищеты.
Пьер глубоко вздохнул и сел рядом.
– Оксана, послушай. Я ищу пути нам лучше заработать, ведь и тебе, и мне нужны позарез деньги… Будь благодарна что я все ещё держусь за тебя. С твоим нравом впору не в танцовщицы, а в монастырь. Ты сама себе противоречишь… На частные выступления, где платят больше всего, не ходишь. Мальчишники – тоже… А что остается.
Бой почти равен любви - сборы, сомнения, предвкушения и краткий полет, после которого тянет либо спать, либо убрать, либо выпить и поговорить.
Мама не любит телефоны. Она считает, что это слишком безличное средство общения.
– Ты, наверное, думаешь, что я считаю себя примадонной? – спросила Бет. Он позволил себе легкую усмешку: – Все мы немного примадонны. Шахматы к этому располагают.
Культурной? Ты меня дачу взламывать потащила! Можем повторить на бис под луной. Мы же еще ключи на место не вернули.
Может быть, мне заранее заказать белые тапочки и начать мелкими перебежками двигаться в сторону кладбища?
И каким бы холодным он ни хотел казаться сегодня, это не так. Ничего, я научу его показывать чувства! Как там… Не умеешь – научим, не хочешь – заставим!