Холодное дыхание зимы вторгалось в ее сердце. Как схваченная заморозками павлония один за другим теряет лепестки, так она лишилась друзей. С кольчуги, до сих пор надёжно хранившей ее и сына от вражеских стрел, падали кольца.
– А посему, дорогой мой любовник, не раскроете ли вы великой тайны бытия: чем вы занимаетесь в свободное от падения с мотоциклов время? – И, отыскав в недрах початую бутыль, радостно воскликнула: – О, а вот и он!
...
– И что же тебя в первую очередь интересует?
– Смотря какой ты любовник, – иронично ответила я, расставляя на столе три чашечки. Лицо Дениса озадачилось, и пришлось пояснить: – Ну ты у меня для тела, для дела, для души или так просто, мимо пробегавший и на меня упавший?
– Я даже растерялся. А что, в зависимости от функций и ответы у меня должны быть разные?
- Порой для предательства достаточно лишь молчания. -
Она по-прежнему чувствовала себя пятнадцатилетней девочкой, и ей по-прежнему хотелось, чтобы все были ею довольны.
Обменяться одним словом с умным человеком кудa лучше, нежели целый год уговaривaть дурaкa.
Стыдитесь! Пусть даже храбрость вам изменяет, но как же можно вот так, на глазах у всех труса праздновать?
...нет ничего лучше, чем родной дом и семья. Здесь тебя не унизят, не оскорбят, не предадут и не подставят. Здесь хорошо, уютно и комфортно, можно расслабиться и забыть обо всех неприятностях.
...человеку с чистой совестью бояться, собственно говоря, и нечего.
...и много раз содрогался он потом на веку своем, видя, как много в человеке бесчеловечья, как много скрыто свирепой грубости в утонченной, образованной светскости, и, боже! даже в том человеке, которого свет признает благородным и честным…
«Держаться за сердце, которое тебе уже не принадлежит… это не любовь. Это одержимость».
Если есть ад, пусть они после смерти вечно живут в 1991 году!
— Патрик не человек, — лорд Маринз ответил сам, прежде чем его успели спросить, — но при этом — мой новый секретарь, — и засмеялся. Кейре не понравился его смех, слишком в нем было много самодовольства. — На создание Патрика ушло около пятнадцати призраков, — продолжал рассказывать безумный изобретатель, — у одного я взял внешность, у другого темперамент, у третьего знание иностранных языков… — он замолчал и обвел взглядом зал. — Ну, вы поняли, о чем я, — ответом ему служила все та же гробовая тишина
Почему женщины всегда становятся такими дурами, когда речь заходит о мужчинах?
От разбитого сердца не умирают, это только кажется, что умираешь
Даже с археологом, наверное, легче найти общий язык, чем с мадам де Вальми. По крайней мере, он наверняка разделяет свойственную каждому нормальному мальчику страсть копаться в грязи.
— У вас очень ограниченный взгляд на женщин, — хмыкнула я.
— Да неужели?
— Именно. Видимо, вы считаете, что они рождены исключительно для того, чтобы оттенять такие бриллианты, как вы или мируар Шерро. А когда срок действия подходит к концу, рассыпаться алмазной крошкой у ваших ног.
«Братья знают, что мне некуда бежать, поэтому и играют со мной, как чёртовы коты с мышкой. Забавляются, сволочи!».
Видели глазки, что покупали, теперь ешьте, хоть повылазьте!
«Я знаю — мне не убежать от колдуна, которого ведёт месть и магия».
Вы такой скромный кролик, что никогда ничего не добьетесь, если время от времени не давать вам пинка.
«Когда уходит дорогой нам человек, мы чувствуем себя виноватыми в том, что пережили его, и расплачиваемся за это горем и щемящей тоской. Со смертью близкого постигаем его неповторимость. Он занимает собой весь мир, который для него уже не существует, но который с его уходом перестаёт существовать и для нас. Нас мучает сожаление, что мы уделяли ему слишком мало времени и сил, что он достоин был гораздо большего. Но проходит время, всё становится на свои места, и мы вновь понимаем, что он был лишь одним из многих. И всё же мало кто может сказать, что он сделал для другого всё возможное, хотя бы в тех скромных пределах, какие он для себя установил, и потому всегда найдётся повод для укоров и угрызений».
Но деревья принуждены и умирать там, где они родились;
"... нет ничего опаснее силы, не имеющей морального стержня."
куда приятнее, когда бояться тебя, нежели ты кого-то
- Сомневаюсь. - Весьма похвальное состояние ума. Если им не злоупотреблять.