ГАРРИ: Правда — это прекраснейшая, но одновременно и опаснейшая вещь. А потому к ней надо подходить с превеликой осторожностью.
Вряд ли одному человеку под силу изменить мнение большинства.
Послушай совета старой женщины. Жизнь только тогда становится терпимой, когда рядом есть кто-то, кому можно поплакаться в жилетку.
Нет, если уж делать глупости, то делать их до конца.
Заслужить счастье — значит трудиться ради него и делать что-то хорошее, а не спекулировать и не бездельничать. Лень лишь кажется приятной, труд дает удовлетворение.
«Какой еще Госкомитет по чрезвычайному положению, да к тому же “идя навстречу требованиям широких слоев населения?!”» — почти похмельно покачал головой Ярчук, пытаясь понять, что там опять, в этой России, происходит; из какой «Авроры» там в очередной раз пальнули; кто именно и по какому случаю вновь захватывает телефонные и телеграфные станции? Угомонится когда-нибудь эта империя или нет; найдется ли наконец сила, которая угомонит ее?
Все погрузились в то глубокое молчание, которое было соприродно им гораздо больше, нежели слова, молчание, отторгнутое от времени, и на отлоге сначала возникло единство во многих мыслях, а потом, может быть, мыслей не стало вовсе.
Любовь - это готовность терять, разве нет? Это не значит - иметь, владеть. Это - ставить его счастье выше своего. Разве не так должно быть? И если этот человек выбирает другой путь, что тут сделаешь?
"Умная и красивая женщина вполне может завоевать сердца двух мужчин, но суметь сохранить между ними дружеские отношения - это уже настоящее искусство."
- Как у тебя получается, говоря «лорд» вложить больше презрения чем когда называла меня идиотом.
- Тренировалась – бросила я в ответ.
жизнь похожа на продажную девку, что заманивает путников в придорожной таверне. Обещает наслаждение и небеса, а на деле отдает лишь потасканное тело, да еще и спрашивает за это плату.
Да и продается всякому, кто сильнее или у кого кошель толще.
И нет никакой любви в этой шлюхе – жизни.
Наверное, это и есть одиночество. Когда не к кому пойти.
Покой ушедших лучше не тревожить.
-Какой прок от публичной казни, - сказал он, если публика даже не замечает смерти преступника?
Хочу на руках носить, жалеть, защитить от всех бед. Пить тебя, как воду, дышать тобой, точно воздухом. Раствориться, сгореть в любимых объятиях и восстать из пепла. Лишь бы с тобой.
“Съесть спелый плод — это значит дать войти в нас чему-то живому и прекрасному, пусть инородному, но, как и мы, вскормленному и взращенному землей; это значит принять жертвоприношение, которым мы ставим себя выше неодушевленных предметов. Надкусывая ломоть солдатского хлеба, я всякий раз с восхищением думал о том, что эта тяжелая и грубая пища способна претвориться в кровь, в теплоту и даже, может быть, в мужество.”
Это примитивная, но прекрасно работающая система защиты от дурака. Недостаток этой системы только в одном: она не способна защитить от решительно настроенного дурака.
Хорошие отношения с коллегами наше всё. Профессиональный мир всегда очень узок, куда бы не пошел — везде встретишь знакомых. Киваю, улыбаюсь. Не поприветствуешь — обида на всю жизнь. А обращаемся мы друг к другу постоянно.
Вершина литературы – поэзия. Это ее цель и завершение, это самое возвышенное занятие человеческого разума, это олицетворение прекрасного. Прозаик может лишь посторониться, когда мимо идет поэт: рядом с ним лучшие из нас превращаются в ничто.
Будь клинок способен чувствовать боль, ему бы вряд ли понравилось, что его точат. Но пожалеть оружие означает затупить и отдать ржавчине.
«..он хотя и не оратор, но зато крикун, а многим и этого достаточно»
«Она, конечно, говорит с чужих слов, но ведь ей скоро исполнится двадцать два года. Интересно, когда «порядочные» женщины начинают говорить сами за себя?»
Нелепые предрассудки, мэтр, - так же безэмоционально заметил я и, помолчав, всё-таки решил подлить масла в огонь: - Правда, именно они изживаются труднее всего - человеческой натуре свойственно цепляться за всякие глупости.
Жена банками всякими полный погреб набила. Только вот, куда она сама-то делась? Ума не приложу.
— Так это... может, тоже бродит по соседним дачам, завывает и кусает всех подряд?
— А-а, — на удивление спокойно отреагировал сосед, — ну, тогда точно ничего не изменилось.
Софья видела, с какой силой привязались к ней женщины, и не могла уяснить себе причину, поскольку сама она для них ничего не сделала, в то время как они делали для нее всё. Софья ещё не знала, что подобная привязанность рождается только из благодеяния, сделанного другому, а не оказанного другими.