Спросите любого патрульного, что может быть лучше бутылки водки? Он ответит: две. А лучше двух? Две, но на халяву.
Слезы бессилия совсем не похожи на слезы тревоги. Это не те слезы, что текут нескончаемым потоком или жгут глаза.
Аким трепал Розку по пушистому загривку, скреб ногтем за чуткими ушами. Розка, уткнувшись хозяину в колени сырой, чист ой мордой, притихнув, глядела снизу вверх с покорной ласковостью. "Ты только не бей меня, и все будет ладно", - говорил ее взгляд.
...и много раз содрогался он потом на веку своем, видя, как много в человеке бесчеловечья, как много скрыто свирепой грубости в утонченной, образованной светскости, и, боже! даже в том человеке, которого свет признает благородным и честным…
"Никакая мудрость в свете не может придать вкуса подогретому обеду." (с)
Пока человек не ощутит что-либо на своём опыте, убедить его в ином не представлялось возможным.
если дать слабым править миром, они его погубят – они ведь не могли обеспечить благополучие даже самим себе!
Сюрприз - это такая штука, которая падает на голову внезапно, когда её совсем не ждёшь. И вовсе не обязательно радует.
Вы любите находить ответы на вопросы, а вопросов я обещаю много! Вам до сих пор интересно учиться новому…
Люди всегда предпочтут говорить о себе, чем о ком-то.
Чего стоит наша счастливая звезда, если мы не можем ее испытать?
Оружие – что жена, одни руки признавать должно.
Когда один человек становится для тебя центром вселенной, твоей душой и сердцем, не существует никаких препятствий и сомнений. Сомневается только разум. А любовь знает, ведет, управляет. Любовь – главная созидательная сила. Творец. Благо. И Истина.
Судьба была недоброй, жизнь — капризной и жестокой, в природе не было ни доброты, ни разума. Но доброта и разум есть в нас, людях, которыми играет случай, и мы можем быть сильнее, чем природа и судьба, пусть даже всего-то на несколько часов. И мы можем быть друг подле друга, когда это необходимо, и смотреть друг другу в понимающие глаза, мы можем любить друг друга и жить в утешение друг другу.
«Надежда — продукт воображения. Отчаяние — тоже. Отчаянию слишком живо рисуются возможные беды; надежда — это энергия, и она побуждает ум испробовать все способы борьбы с ними».
— … я ж раньше вроде… не пророчил… вообще, а не только смерть?
— Ну… — Илья почесал щеку, оставляя на ней черные полосы. — Будем считать, что у тебя новые таланты открываются… развиваешься, стало быть.
Сначала выживание, потом мораль.
Убийство нельзя оправдать, кем бы ни был убитый.
Кто-то назвал совесть чудовищем с зелеными глазами, другой вопил, что она когтистый зверь, скребущий сердце. А я скажу, что она единственный чуткий индикатор на любое маленькое горе, оказавшееся вне всеобщих понятий добра и зла.
Человек создан так, что должен есть, какие бы чудеса его ни окружали.
Я не знаю, кто хуже: властная личность или ревностный политик. Я лично предпочитаю веселых бездельников.
Судьба смотрит только на то, что ты создаёшь своими руками. Кровью. Потом. Бессонными ночами.
Мир в пределах этого помещения как будто отключился. Мои системы не фиксировали сбоя. И всё же я обнаружил сбой в себе
— Франсиско, а кто среди людей является самым низменным? — Человек, не имеющий цели
И ходят люди, как им нравится, и никто не фыркает. А то ты на дракона фыркнешь, а он развернется – и тебе голову откусит. Его-то потом посадят, да тебе уже не поможет!