- Руслан Андреевич, я бы хотела сказать вам пару слов, - произнесла я, когда мы отошли в сторону.
- Я слушаю, - буркнул он в ответ, всем своим видом показывая, что готов к новой перепалке, которые между нами случались чаще, чем выпадал снег зимой.
- Я хотела сказать вам «спасибо».
- Так говори, - губы Соколовского дрогнули, но он не улыбнулся.
- Спасибо. За то, что вынесли меня из пожара.
Прозвучало довольно героически, но в целом ведь так оно и было.
- Я обязательно разберусь с тем, кто запер тебя в этой каморке, - пообещал шеф смягчившимся тоном.
- Спасибо, - повторила я и вдруг неожиданно для самой себя прибавила: - И я по вам скучала. Но признаюсь в этом в первый и последний раз!
«— Сомневаешься в моих умственных способностях?»
«— Мне всё равно, потому что замуж за вас я не пойду, — упрямо произнесла я.
— Из принципа? Или из вредности?
— Из-за здравого смысла.»
Море — это все! Оно покрывает собою семь десятых земного шара. Дыхание его чисто, животворно. В его безбрежной пустыне человек не чувствует себя одиноким, ибо вокруг себя он ощущает биение жизни. В лоне морей обитают невиданные, диковинные существа. Море — это вечное движение и любовь, вечная жизнь, как сказал один из ваших поэтов. И в самом деле, водная среда представляет для развития жизни исключительные преимущества. Море — обширный резервуар природы. Если можно так выразиться, морем началась жизнь земного шара, морем и окончится! Тут высший покой! Море не подвластно деспотам. На поверхности морей они могут еще чинить беззакония, вести войны, убивать себе подобных. Но на глубине тридцати футов под водою они бессильны, тут их могущество кончается! Ах, сударь, оставайтесь тут, живите в лоне морей! Тут, единственно тут, настоящая независимость! Тут нет тиранов! Тут я свободен!
- У нас верят, что дорога выведет туда, куда нужно, а всё, что тебе попадётся по пути, обязательно пригодится. Дорога делает тебя собой, да так, что все повороты пути становятся важнее, чем место, куда ты идёшь. Ты можешь верить в другое. Не знаю, как у вас в Царстве принято и чем ценен ваш путь, а у нас так. И я бы не советовал тебе открыто говорить, что ты не согласен с выбором Господина Дорог.
Люди открывают секреты не потому,что кому-то их нужно знать,а потому,что хотят с кем-нибудь поделиться.
Я уже давно знала — хочешь выжить, не перечь сильному. Намного проще затаиться, сделать вид, что смирилась, послушалась, что согласна с политикой главаря и лишь тогда, когда появится «тот самый» шанс — сделать по своему.
Что-то по-настоящему ценишь, только когда знаешь: это скоро кончится.
Смерть плоха тем, что она как будто стирает человека с лица земли.
Французы устроили Софи тур, вытурили из страны.
Я смутился - секунд на десять. После чего у моего природного цинизма открылось второе дыхание. Когда-нибудь я симулирую собственную смерть и посмотрю, как все обернется.
Ты мне никто , я тебе ничего не должна , но мне хорошо известно , что внутри каждого из нас есть кнопка , запускающая механизм саморазрушения .И я не дам тебе его запустить. Не дам.
Может быть, время и есть та сила, которая отводит каждому моменту реальности свое место, но сны не подчиняются его правилам.
Я сел за машинку, открыл свой блокнот и отстучал письмо. Слова «Уважаемый господин Клайверс» вызвали у меня улыбку, но должен признаться: если бы Вульф предоставил мне право самому выбирать обращение, я бы немножко растерялся и, возможно, написал бы что-нибудь вроде: «Любезный маркиз!»
Боль, если в человеческом сердце ей отведено должное место, может стать проводником к ощущению единства со всей Вселенной. Это путь к более глубокому сопереживанию.
«Красивая, дерзкая, уверенная. Из неё может получиться чудесная соправительница», – рассуждал про себя Повелитель, вспоминая сцену знакомства Видящей с ближайшими соратниками. Даже Хартхан признал, что характер у девчонки есть.
И, главное, она была преданной. По крайней мере, за тех, кто ей дорог, девчонка была готова рисковать собой. А преданность Хаос ценить умел… как и использовать.
Она представляет собой кислород, углерод, водород, азот, кальций и фосфор – все те же шесть элементов, которые содержатся в каждом человеке. Но я не перестаю думать о том, что она гораздо больше, чем химические элементы, в ней есть и такие составные части, которых больше нет ни у кого на всем свете, именно поэтому она и отличается от остальных людей. Я даже ощущаю некий страх, когда задумываюсь о том, а что произойдет, если вдруг один из ее элементов или исчезнет совсем, или даже просто начнет действовать в недостаточной степени. Но я заставляю себя забыть об этом и сосредоточиться на аромате ее шампуня, на ее коже, и вот я уже не думаю о молекулах, а вижу перед собой только Вайолет.
Если я справлюсь с этим, — заявил мозг Гарри, — я хочу в награду печеньку, но если ты ещё хоть чуть-чуть усложнишь задачу, я выберусь из твоей черепушки и двину в сторону Таити.
Воздержавшимся от аплодисментов был мельник. Он почувствовал себя разжалованным в рядовые. Ему бы и в голову никогда не пришло объявить яблоко эмблемой. Он собирался, после того как яблоко разделят и съедят, приклеить его семечки ко лбу и назвать их именами знакомых дам. Одно семечко он хотел назвать миссис Макфарленд. Семечко, упавшее первым, было бы... но теперь уже поздно.
Чем чернее ночь - тем светлее утро.
Но по пути к тете, заглянув в аптеку, Жанна с ужасом убедилась, что нынче в России быть больным хуже, чем наркоманом.
Но одно оказалось для меня сюрпризом, и когда я с этим столкнулся, то чуть не сошел с ума — как выяснилось, ни один ваш поступок нельзя было предсказать заранее. Вы действовали, как Рак, под знаком которого вы родились.
“По-моему, это ненадолго”, – заявил он тоном знатока. Через несколько минут дождь хлынул с удвоенной силой. По ветровому стеклу и окнам струились потоки, скрывая их с Анитой от любопытных глаз. Сол погладил ее пальцы, она взяла его за руку, и они поцеловались. С того дня они целовались по крайней мере один раз в день на протяжении тридцати пяти лет.
Если мечтаешь - сможешь осуществить мечту.
Ни один человек не станет по-настоящему добрым, пока не поймет, сколько в нем зла, или сколько зла он может причинить
He laughed. “Not sure you can trade math for journalism.”
“I’ll be Lacey Barnes. Famous. They’ll let me do what I want, right?”
“Pretty sure most people already let you do what you want.”
“If that were true, you’d be doing my homework packets for me.” I turned and gave him my best pleading eyes. “It’s not too late for that to happen.”