Метод работы инспекторов в корне отличается от тактики, применяемой большинством ресторанных критиков. Те, за немногим исключением, преимущественно озабочены саморекламой, а не кулинарией. Уверен, каждый ресторанный критик в глубине души мечтает о том, чтобы его узнавали, окружали вниманием и одно только произнесение его имени повергало бы любого шеф-повара в трепет. Мерилом его известности служит число суетящихся вокруг официантов, и критик жаждет, чтобы их было много. И чтобы ему на стол присылались для пробы новые блюда, еще не включенные в меню. А в конце обеда к нему должен подойти дрожащий от волнения шеф и поделиться своими секретами, которые впоследствии будут выданы критиком за собственное озарение. «К моему удивлению, в галантине из свинины я почувствовал неожиданную, но изысканную нотку абрикосов, обжаренных с трюфелем». Или что-нибудь в этом роде.
Оказывается, в Джейке просыпалась одаренность — после коктейля-другого.
С этим типом вообще стоило тщательно подбирать слова и выстраивать линию поведения, оценивая все риски.
“People don’t change,” Nina said bitterly. “They just get more punctilious about hiding their true selves.”
Хотя бывает, что злой отец наказывает детей своих за своеволие, но соблазнами своими учит ему. Юные учатся более от дел, чем от слов и наказания.
Чувства не бывают правильными или неправильными. Это просто чувства.
Измазанное лицо её пылало, глаза метали зелёные молнии, кулачки были сжаты так, что побелели косточки. Она была уже не в мастерской, она была уже не с друзьями, она мчалась на лихом коне через зловещую поляну, размахивая кривой саблей, и врубалась в ряды коварных космических преступников.
Он надеялся, что эта посудина крепкая, ведь они направляются в морское никуда.
Если хочешь помириться с женщиной, нужно перед ней извиниться. Даже если если ни в чем не виноват. И уж тем более - если виновата она.
... меня не покидало ощущение, будто я только что случайно сел в радугу.
Сделать я больше ничего не могла, оставалось ждать и молиться. Вот зачем нужны боги – чтобы было кого попросить о помощи тогда, когда от тебя уже ничего не зависит.
Видишь ли, в том, что люди на тебя полагаются, есть свои преимущества. Например, ты тоже можешь положиться на них. Взять и сказать: «Не справляюсь, нужна ваша помощь».
Уметь убеждать все равно что обладать волшебной палочкой.
Подражание - самая искренняя форма лести.
– Хватит играть в игры с моим братом. Ты только распалила его, и теперь ему придется как-то справиться с этим.
Я бледнею.
– Что ты имеешь в виду? – боясь услышать ответ, спрашиваю я. Он побежит к Эбби? От мысли об этом мне хочется очистить желудок прямо на кроссовки Истона.
– Забей. – Он отмахивается от меня. – Вам обоим нужно либо переспать, либо держаться подальше друг от друга. Я голосую за последний вариант.
– Приняла к сведению. – Я начинаю открывать дверь в свою комнату, но Истон хватает меня за руку.
– Я серьезно. Если тебе кто-то нужен, просто приди ко мне. Я ничего не имею против тебя.
Уф. Как же мне надоели эти Ройалы!
– О боже, Истон, какая щедрость с твоей стороны! Твое предложение секса из жалости имеет срок годности? Или я могу воспользоваться им в любой момент, когда захочу?
Мысль возникла, посмотрела на пустоту, и позорно сбежала. Потому что нечего осквернять cвященное место.
Мы храним два вида воспоминаний: эксплицитные или имплицитные.
Это хороший способ начать день-превратить нечто обычное в нечто особенное.
Она шла по улице, и ей казалось, что вокруг снимают какое-то кино, в котором для нее нет роли. Рядом с ней кипела жизнь, но она оставалась ее безучастной зрительницей. В отличие от других людей ей некуда и незачем было идти.Она продолжала пить, и в бокале, из которого она не спеша потягивала вино, тонули и растворялись ее жизненные неурядицы, ее болезненная застенчивость, все ее горести.Дети – это вечная метаморфоза. Мы сами не замечаем, в какой момент их круглые мордашки вытягиваются и обретают серьезность.
Если с самого начала не знаешь, кто есть кто, как же тогда отличить добро от зла?
Слава Богу, не перевелись мародёры в нашем народе! Скажу тебе прямо: я всегда предпочту мародёра идейному товарищу. Ибо, при прочих равных, есть надежда, что в его руках, ну, в крайнем случае, в нужнике на задах огорода, может сохраниться культурное наследие нации.
– Да уж, как такая эффектная, многоступенчатая, я бы выразился, женщина, как Солоха, могла запустить в свой дом чёрта?
– Та хиба ж я её розумию?! Мамо, вона… вона… у ей свои закидоны…
– Понятно. Но, ей-богу, чёрт в доме – это уже перебор.
Кто не интересуется прошлым, у того нет будущего.
Мы умудряемся держать в голове две прямо противоположные установки, если это работает в нашу пользу
Наказание человека — в нем самом.