Вода лечит все. Нет такой болезни, от которой нельзя было бы поправиться, если у тебя есть лодка, а рядом есть вода. И при этом неважно, сколько тебе лет.
Джеффри узнает о том, что его мать попыталась покончить жизнь самоубийством, из газеты. В статье говорится, что на этот поступок женщина пошла после того, как увидела сына в тюремной робе.
Это подкашивает Джеффри. Оказывается, даже находясь в тюрьме, он может убить. Даже здесь он умудрился все испортить. То хрупкое равновесие, которое он так долго пытался обрести, разбивается вдребезги.
— Один политик в моем мире сказал: «дайте мне шесть строчек, написанных рукой самого честного человека, и я найду в них что-нибудь, за что его можно повесить».
Большинство людей так спокойно увязывает законы природы со свободой воли лишь потому, что мы не понимаем всех причинно-следственных связей и никогда не представляли себе, как трактуется поведение человека в свете новых знаний.
Однажды, когда отметины на спине были еще свежи, Эли сказал себе, что у него растут крылья.
Шли годы, а мы по ночам сидели в темной комнатке и в лучах лунного света говорили о нашей жизни. Так мы спасались от мира.
– Враги со всех сторон. – По крайней мере, в моей жизни есть хоть какая-то стабильность.
И со временем ребенок окажется в мире, где небо — из ненависти, а горизонты — из страха. И сколь бы способен он ни был, с каким терпением и удачей ни проходил бы испытания, он останется существом внутри ящика, который в другом ящике, и так далее, и наружу ему не выбраться. Потому что таков его мир, и вам никогда не убедить этого парня в том, что это лишь его субъективное восприятие.
Фрейд утверждал, что в бессознательном могут мирно сосуществовать любые, даже диаметрально противоположные убеждения.... Мы можем противоречить сами себе сознательно.
Тишина. Мертвая тишина. Гробовая.
Хотя нет… Тот звук, что Кирилл услышал еще в кровати, никуда не исчез. Наоборот, здесь, на кухне, стал даже громче. Вот только доносился он не от раковины — ровно из противоположного угла. Прямоугольник обеденного стола, одним торцом примыкавшего к окну, слабо виднелся. Но рядом, в углу, в промежутке между столом, окном и печкой, затаилась непроглядная тьма. Именно оттуда доносилось не то побулькивание, не то журчание…
В этот момент Кирилл понял, какую странность он отметил краем сознания — за несколько мгновений до того, как часы начали свою свистопляску. Запах! Нет, не запах… «Запах» — достаточно нейтральное слово…
Зловоние — так будет вернее.
Не слишком сильное, не бьющее наповал, не заставляющее зажимать нос и искать пути к отступлению. Однако вполне отчетливая вонь — какую случается порой вдохнуть над растревоженным болотом.
....
Идиот! Слепец! Мог бы сразу разглядеть… И сообразить.
В темном углу, помнил Кирилл, стоял стул — самодельный, деревянный — с высокой резной спинкой. Напротив, с другой стороны стола, — точно такой же! И ЕГО СПИНКУ КИРИЛЛ ВИДЕЛ! А у того, что в углу — нет! При той же степени освещенности…
На стуле кто-то сидел.
Нет, там могло лежать что-то темное на сиденье, могло что-то темное висеть, прикрывая спинку…
Но Кирилл не обольщался. ОН ЗНАЛ.
Все просто и ясно, стоит чуть напрячь извилины…
На стуле сидит Викентий. Мертвый хозяин дома. Пришел и сидит на своем любимом месте. Где еще сидеть ЖИВОМУ старику, как не рядом с окном и печкой… Мертвый не изменил привычек.
Мертвецы не возвращаются? Ха-ха, еще как возвращаются, когда время начинает бежать вспять…
Викентий… Это его зловоние наполняет кухню. Это слышнО его дыхание — воздух протискивается сквозь гнилостную слизь в разложившиеся легкие, и выходит обратно…
Темное бесформенное пятно изменило очертания, стало выше, больше — всё без малейшего звука, лишь прежнее натужное клокотание: вдох-выдох, вдох-выдох…
«Встал, идет сюда, — понял Кирилл с каким-то тупым равнодушием. — Надо бежать. Надо заорать, разбудить Марину…»
И не сделал ничего. Не заорал — рот открывался и закрывался беззвучно, словно в немом кино. Не побежал — ноги как будто приклеились к холодным доскам пола.
Бесформенное черное нечто надвигалось. Вдохи-выдохи забулькали прямо в лицо. Зловоние стало невыносимым.
Кирилл рванулся, в последний раз пытаясь разорвать невидимые путы, и…
Любой человек, который вам незнаком, представляет собой вещь. Вступая во взаимодействие вроде нашего с вами, разговаривая, начинаешь понимать, что находится внутри нее.
Лицей Джонни Холлидея – а почему не лицей Микки-Мауса? Тоже ведь идол молодежи.
* Джонни Холлидей (1943–2017) – французский рок-певец.
Взаимная любовь между людьми есть основной закон жизни человечества.
Овцу с золотым руном не нужно резать - её нужно осторожно стричь.
-Так вот зачем оружие!-Именно!-Но если его получают все?-Ничего. Каждый будет знать, что рискует головой, и двадцать раз подумает, прежде чем затевать насилие.
Послушай, просить о помощи не стыдно, Том
Надо же, какого странного цвета у неё глаза! И почему он раньше не замечал? Тёплого и... Вот как сказать? Какого цвета огонь свечи? Какого цвета горящее в ночи окно?
- Ларр Ниран, а вы головой не ударились, когда падали? - поинтересовалась целительница. Нахмурившись, мужчина задумался, а потом с облегчением ответил: - Нет, точно не ударялся.
Жизнь коротка, а боль длиться слишком долго, и мы все живём на этой земле, чтобы помогать друг другу. Философия Джима Полсона из комикса в сжатом виде.
У замужества есть свои преимущества, – возразила Альва. – Но какую цену за них приходится платить!
Нимб вокруг головы он отверг, отверг и традиционный длинный крест, который нес в руках Иоанн у Донателло, ибо Микеланджело не думал, что юный Иоанн носил с собой крест за много лет до того, как крест вошел в жизнь Иисуса.
И, всё же, удивительно, сколько за яркой внешностью может скрываться желчи и яда.
Он сводится к одному слову: оболванивание. Эти мыслители эпохи Просвещения, так же как их предшественники и как мы все сегодня, были жертвами опасного плана идеологической обработки нашего коллективного подсознания, начавшейся еще в эпоху появления письменности, приблизительно за 3 тысячи лет до Рождества Христова. Ибо до этого времени женщина занимала в обществе господствующее положение. И так продолжалось до момента, когда воинствующие приверженцы патриархата не решили, что больше не станут делить власть с женщинами, а захватят ее целиком, исключительно в свое пользование и до скончания времен.И если можно признать за этими узурпаторами гениальность, то они ее проявили, избрав наилучший способ достижения собственных целей: переписав коллективное бессознательное. Ту коллективную родовую память человечества, которая руководит нашими жизнями из поколения в поколение через мифы, традиции и религию.Таким образом, на протяжении почти 5 тысяч лет миллионы мужчин, женщин, детей питались подретушированными религиозными рассказами, переписанными мифами и Историей, в которой женское начало постоянно принижалось и демонизировалось, чтобы заставить нас признать недопустимое: подчинение женщины мужчине».
... хуже циников только идеалисты.
Определенно не мой день. Или год. Или жизнь.