I`m not joining the church. I hope that`s cool with you. It`s the same way I wouldn`t expect you to learn science and join our lab. We have different things. But we could do those different things side by side, in parallel, you know?
Ненормальное всегда становится нормой - главное, дать ему немножко времени
Говорят, что свидания по Интернету – новый способ знакомиться с людьми, что этого больше не стоит стыдиться, что так делают все. Но это неправда. Люди знакомятся на работе, в читальном зале, у друзей, в спортивных клубах, в кафе и барах, в самолетах, автобусах и поездах. Они встречаются так, как положено, – не напрягаясь, не испытывая давления, и эти встречи создают у них романтические иллюзии о невинности, чистоте и персте судьбы.
Я вовсе не считаю, что, становясь старше, мы делаемся мудрее. Но мы учимся
более успешно лавировать в адском пекле.
Умение лавировать - вот что нам здесь понадобиться более всего.
Те, кто зарабатывает себе на жизнь, играя с катастрофой, развивают в себе способность пессимистического воображения, что зачастую почти неотличимо от проницательности.
...— Работаешь с ними, работаешь, учишь. Стараешься сеять разумное, доброе, вечное. А выходит что?
— Я думаю, как раз разумное, доброе, вечное и выходит, — задумчиво подбодрила меня Мелюзина. И столь же задумчиво добавила: — Только не из того места.
Человек, чей дом горит, не обязан носить воду в костер соседа.
- Ты знаешь, зачем женщина раздевается догола перед мужчиной? - Это значит, что она ему доверяет.
- ...Копание в саду многому нас учит.
- Чему,например? - Я стараюсь сдержать улыбку.
- Ну, даже в саду растут сорняки, дорогая.Они вырастают в нем естественно, сами по себе. Они разрастаютсч и душат цветы, растущие в той же самой земле, что и они. У всех нас есть свои демоны, свои кнопки самоликвидации. И в садах тоже. Какими бы красивыми они не были. Если ты не копаешься в саду, то не замечаешь их.
Если мы не обидчивые, то Немезида - богиня прощения,
Трактирщик все более озлоблялся. Он начал рубить лопаточкой жарящиеся на сковородке яйца, кромсая и разбрасывая их до тех пор, пока они вообще не перестали походить на яичницу.
Прогресс может оказаться совершенно безразличным к понятиям доброты и честности, как он был безразличен к этим понятиям до сих пор. Управлению, например, для его правильного функционирования ни честность, ни доброта не нужны. Приятно, желательно, но отнюдь не обязательно. Как латынь для банщика. Как бицепсы для бухгалтера. Как уважение к женщине для Домарощинера… Но всё зависит от того, как понимать прогресс. Можно понимать его так, что появляются эти знаменитые «зато»: алкоголик, зато отличный специалист; распутник, зато отличный проповедник; вор ведь, выжига, но зато какой администратор! Убийца, зато как дисциплинирован, предан… А можно понимать прогресс как превращение всех в людей добрых и честных. И тогда мы доживём когда-нибудь до того времени, когда будут говорить: специалист он, конечно, знающий, но грязный тип, гнать его надо…
«Видимо, у меня очень холодно, поэтому он решил раздеться…»
...я знал, что корсары обычно не вступают в схватку с хорошо вооружённым кораблём. Пираты, несмотря на образы, созданные романами и балладами, ничем не отличаются от заурядных головорезов из подворотни.
Удивительное понимание жизни, принесенное на землю создателем христианства; дух самоотвержения; отвращение от разделения; страстное влечение к единству: вот что сохраняет христиан чистыми при любых обстоятельствах. Так сохраняется раскрытая свыше идея, а через нее совершается великое действие слияния душ и различных нравственных сил мира в одну душу, единую силу. Это слияние - все предназначение христианства. Истина едина: царство Божье, небо на земле, все евангельские обетования - все это не иное, что как прозрение и осуществление соединения всех мыслей человечества в единой мысли; и эта единая мысль есть мысль самого Бога, иначе говоря, - осуществленный нравственный закон. Вся работа сознательных поколений предназначена вызвать это окончательное действие, которое есть предел и цель всего, последняя фаза человеческой природы, разрешение мировой драмы, великий апокалипсический синтез.
Лучше пусть я буду дура, чем ты - дерьмо. Первое стыдно и неприятно, но второе - настоящая катастрофа.
В Уложенной комиссии 1767–1768 годов депутаты от городов добивались права носить шпагу, то есть дворянской привилегии. Грамота городам отказала в этом купечеству, но все же ввела градацию в средствах передвижения, дававшую возможность по этому признаку определить принадлежность купца к той или иной гильдии: купцу первой гильдии разрешалось ездить в карете, запряженной парой лошадей, купец второй гильдии тоже довольствовался парой, но запряженной в коляску; в коляске с одной лошадью восседал купец третьей гильдии.
- Чудесный день, не правда ли?
- В кои-то веки, - кивнула Лори.
- Советую сказаться больной и взять отгул.
- Вам тоже.
- А я уже, - улыбнулась та.
Вокруг нас светились слабые огни лагерных костров расположившихся повсюду отрядов. Он вызвал меня из палатки, чтобы я посмотрел на эту картину, очертил рукой в воздухе круг и с горечью проговорил: «Мы больше не племена, мы нация».
Худшее наказание — сожаление об упущенных возможностях...
Я сильнее, чем выпадающие мне трудности.
Многотрудная карьера политического деятеля требует от человека не просто склонности и энергичности — она требует такого склада ума, который готов сознательно принести в жертву удовольствия ради всеобщей пользы.
Ты бы удивился тому, насколько хорошо можно действовать, когда тебя припрут к стене.
Все происходит именно сейчас, в настоящем. В одном мгновении.
Нет, кажется, более несчастных супружеских пар, чем те, кому гордость мешает признать, что они несчастны.