- Почему? – резко спрашивает он, - Зачем ты говоришь мне это сейчас, если это против правил?
- Потому, что я люблю тебя.
На мгновение Ядгару захотелось, чтобы Эрика улыбнулась ему так же искренне и открыто, как она улыбалась доктору. Или так же смешно дулась и смущалась, как при Юрии. Неужели всё, что ему достанется - это только страх и лживая покорность? И не подкупить, ни обмануть её видящую душу, знающую, каков он на самом деле. Таким, как он, не улыбаются - таким подчиняются, иногда с верноподданническим трепетом, а иногда - с затаённой страхом и злобой внутри. Раньше ему хватало и этого. Но не сейчас. Всё изменилось раньше, чем Ядгар это понял.
Лютик вдруг обернулся.
— За нами кто-то едет. На телеге!
— Это ж надо! — не оглядываясь, усмехнулся ведьмак. — На телеге! А я-то думал, местные ездят на нетопырях.
— Знаешь, что я тебе скажу? — проворчал трубадур. — Чем ближе к краю света, тем тоньше становятся твои шуточки.
Не пытайся сразу играть против сильнейшего. Несколько маленьких проигрышей ничего не стоят перед лицом большой победы.
— Вы поссорились? — спросил Ридж, когда я приблизилась к нему.
— Мы и не мирились, — откликнулась я.
— Значит, снова поссорились, не мирясь? — догнал меня голос ловеласа.
Потом что мир за дверями всю ее жизнь был чем-то таким, от чего следует спрятаться, пока она читает.
...как в том анекдоте, где Иван Грозный объявлялся изобретателем рентгена на основании того, что он-де боярам говаривал: "Я вас, сук, насквозь вижу!"
— Я недостаточно верю в Иегову, — ответил Гаэтан, — чтобы верить в его ангелов.
— Тот, кого вы называете Иеговой, на самом деле всего-навсего невежественный и грубый демиург по имени Иалдаваоф.
— В таком случае, я готов в него уверовать. Раз он невежественен и ограничен, я легко могу допустить его существование. Как он поживает?
— Плохо! В будущем месяце мы его свергнем.
— Не обольщайтесь надеждой. Вы напоминаете мне моего шурина Кюиссара, который в течение тридцати лет каждое утро ожидает падения республики…
Не стал бы связываться с чужой женой. Объедки с чужой тарелки.
Я себе враг? Ты ж ворожишь как дышишь, пальцами щелкнешь, и отмерзнет у меня все, без чего жить скучно!
- ...В общем, Лина, ты будешь работать у нас.
- Библиотекарем? - уточнила я.
Джанг кивнул.
Я продолжала уточнять.
- А ты в курсе, кто такие библиотекари и что такое библиотека?
- Нет, - честно сознался капитан. - Но звучит красиво. Так ты согласна?
Выход есть всегда, пока человек не сдается, но не всегда он легкий.
Ладно, как говорила моя учительница, не стоит откладывать на завтра, то что можно не делать никогда!
война - жуткая штука. Но из Иды она сделала человека. Настоящего.
Людям всегда не хватает обзора. То, что так ясно просматривается издали и так понятно со стороны, вблизи, зачастую, мы замечаем в самую последнюю очередь.
- Ну чего, тля? Опять начали копать умники, тля, без спросу? - Борман выражался изысканно, но просто.
Мужчины порой ведут себя как дети. Они могут обижаться на глупости, нервничать по пустякам, быть суетливыми и нетерпеливыми, но есть одна неизлечимая болезнь – ревность. ... Суть в том, что в таком возрасте она не из-за недоверия. Это просто некое состояние душей, от которого не уйти.
Для того, кто счастлив, празднование – это еще один способ или инструмент для выражения счастья. Для того же, кто никакого счастья не испытывает, празднование есть утомительная пародия на существование, бессмысленная и фальшивая.
- А меня мама так не кормит, - пожаловалась моя дочь, глядя на тарелку Алексея.
- Почему, - спросил он.
- Не знаю, - печально вздохнула паразитка.
- Гм, значит, какие-то проблемы все таки есть? А я полагал, вы говорите, какой я чертовски хороший. - Ну, с этой проблемой приходится сталкиваться большинству людей. Она называется гордыней. Гордыня предвещает падение, как написано в одной древней книге.
Мастер Травник открыл ему немало секретов врачевания, и самым главным из них был следующий: умерь боль раненого тела, лечи его болезни, но, если умирает душа, отпусти ее.
У одного есть богатства, но он стыдится низкого происхождения; другой знатен от рождения, но, придавленный нуждою, предпочел бы принадлежать к незнатной семье; третий, обладая тем и другим, печалится из-за невозможности вступить в брак; четвертый, счастливый в браке, лишен детей и копит богатства чужому наследнику; пятый, осчастливленный потомством, печально оплакивает заблуждения сына или дочери. Прибавь к этому, что у счастливого человека чувства легко ранимы, и он, не привыкнув к перенесению малейших неприятностей, бывает повержен ими, поэтому ему очень мало нужно, чтобы утратить ощущение полноты счастливейшего блаженства.
Господи, я столько раз представляла себе эту нашу с тобой встречу. Столько слов всяких придумывала. А встретились - и сказать нечего.
У судьбы может быть несколько лишних нитей в ее пряже, но цель при этом останется неизменной.
Мы любим трагедию. Мы обожаем конфликты. Нам нужен Дьявол,а если Дьявола нет,мы создаем его сами.