Крысы – они живучие, почти как люди.
Странное дело, но каждый раз, когда я читаю рекламу патентованного лекарства, я всегда прихожу к заключению, что страдаю именно от той самой болезни, о которой говорится в рекламе, причем страдаю в наиболее опасной форме. В каждом случае симптомы в точности соответствуют всем ощущениям, которые я как раз имею.
— Мужчины не любят, когда им выносят мозг. Их надо гладить по шерсти, поддерживать, хвалить и лишь иногда встряхивать для поднятия тонуса.
Наступила та таинственная минута, когда одно событие переходит в другое, когда причина сменяется следствием, когда рождается случай. В обычной жизни человек никогда не замечает ее, но на войне, где нервы напряжены до предела, где на первый жизненный срез снова выходит первобытный смысл существования — уцелеть, — минута эта делается реальной, физически ощутимой и длинной до бесконечности.
До ужаса легко убедить ребенка, что он отвратителен.
Все пережитые мною автомобильные аварии вызывали похожее ощущение - словно застываешь в янтаре или меду. Миг разворачивается годами, время почти замирает.
— Мамочка, тебе плохо? — испуганно пропищала Тася, выпучив глаза сначала от возмущения, что её кто-то второй раз за утро опередил в борьбе за ванную, а потом уже от странности происходящего.
— Йогурт несвежий съела, — на ходу сочинила я, стараясь не смотреть на Женьку, которая прекрасно всё понимала.
— Ага, йогурт, — противным голосом поддакнула она. — Алёшенькой называется.
— Ну, почему ты такой? — сдается Машка.
— Самый лучший? — я смотрю ей в глаза невинным взглядом.
— Противный, — не соглашается Светлячок.
— Но любимый? — уточняю я.
— Да! — рявкает она
Когда, по мнению родителей, взрослеют дети?
Никогда.
Есть такая птица – нужда. И клюется она больно.
Кох мечтал стать исследователем-путешественником или военным хирургом и заслужить Железный крест, или сделаться судовым врачом и объездить весь свет. Но, увы, по окончании медицинского факультета в 1866 году он сделался всего лишь младшим врачом в малоинтересной психиатрической больнице в Гамбурге. Среди утомительной работы с буйными маньяками и безнадёжными идиотами до него едва доходили отзвуки пророчества Пастера о том, что вскоре будут открыты страшные, убийственные для человека микробы.
– Французы умеют получать удовольствие от жизни, и от секса в том числе. Просто наслаждаются и не переживают из-за несовершенств своего тела.
– Ха! – Петр от избытка чувств даже поднялся. – Лучше мнимая свобода, чем мнимая жизнь!
Всё самое прекрасное в жизни похоже на угрозу - угрозу банальности, скуке и повседневности.
Себя нужно поставить сразу, чтобы в будущем не было мучительно больно.
...за опыт, как говорится, сколько ни заплати – не переплатишь.
Он замолчал, стиснув зубы, закачался, баюкая руку.
- Болит?
- Здесь у меня болит. - Он ткнул в грудь: - Здесь свербит, Рита. Так свербит!... Положил ведь я вас, всех пятерых положил, а за что? За десяток фрицев?
- Ну зачем так... Все же понятно, война...
- Пока война, понятно. А потом, когда мир будет? Будет понятно, почему вам умирать приходилось? Почему я фрицев этих дальше не пустил, почему такое решение принял? Что ответить, когда спросят: что ж это вы, мужики, мам наших от пуль защитить не могли! Что ж это вы со смертью их оженили, а сами целенькие? Дорогу Кировскую берегли да Беломорский канал? Да там ведь тоже, поди, охрана, - там ведь людишек куда больше, чем пятеро девчат да старшина с наганом!
- Не надо, - тихо сказала она. - Родина ведь не сканала начинается. Совсем не оттуда. А мы ее защищали. Сначала ее, а уж потом канал.
- Да... - Васков тяжело вздохнул, помолчал...
Живущий в стеклянном доме , не должен бросать в других камни.
Некоторые относились к Бастеру Кейси, как он сам к змеям. То, что мам с папой запрещают. Маленькая ошибка, которая спасет тебя от более крупной. Поцелуй с Бастером – такая ошибка. Хуже будет, если ее не сделать. Когда симпатичный мальчик два-три раза заразит тебя бешенством, ты придешь в себя на всю жизнь и выберешь мужа поспокойнее.
... вот ты обычно такая умненькая,... а вот сейчас – дура-дурой!
— Пливет, я — гомик, — дергает меня за куртку еще один мелкий, на котором я замечаю весьма странный наряд.
— Гномик, Алеша! — густо краснея, одергивает его сестра, если судить по возрасту.
— Мам, — позвало меня моё восьмилетнее чудо.
— М?
— А ты йогурту-то своему позвони всё-таки, — как ни в чём не бывало посоветовал мне ребёнок и, не дожидаясь моей реакции, побежал на уроки.
Спасение жизни – удачное начало любых отношений.
Пастеру стало страшно открывать получаемые письма; ему хотелось заткнуть уши, чтобы не слышать доносившегося со всех углов язвительного хихиканья, и наконец – самое худшее, что могло случиться, - появился холодный, чудовищно точный научный доклад из лаборатории этого противного маленького немца Коха, доклад, разносивший в пух и прах практическое значение вакцины от сибирской язвы. Пастер отлично знал, что Кох – самый точный и аккуратный охотник за микробами в мире.
Вот что бывает, когда приходится разговаривать на другом языке. Ни на вежливость, ни на такт словарного запаса не хватает. Остаётся только блистать беспощадной прямотой.