– О да, это было ужасно! Я до сих пор не могу прийти в себя, – произнесла я, содрогаясь от одного воспоминания и на всякий случай теряя аппетит, тем более что уже наелась.
— Если хочешь, — крикнула из комнаты Вероника, — я подарю тебе одну из своих картин!
— Спасибо, не надо! — быстро ответил Ося и, помолчав, добавил:
— Это слишком щедрый подарок.
Вероника вышла в коридор и увидела, что Рыськин стоит, завороженно уставившись на длинную стену, плотно увешанную обрамленными холстами.
— Скажи честно, что ты думаешь, когда смотришь на мои работы? — спросила она.
Ося открыл дверь на лестничную площадку и ответил:
— Что ты долго болела.
Быстро выскочил и захлопнул за собой дверь.
Моя бабушка, которой скоро исполнится уже девяносто пять, но которая ни на секунду не теряет оптимизма, заряжая своей энергией нас.
– Почему я живу так долго? Потому что люблю и любима. Люблю вас. Люблю детей. Внуков, правнуков, праправнуков. Жизнь. Поверьте, когда вы по-настоящему любите жизнь она отвечает вам тем же.
Кажется, всё так просто – быть женщиной.
Быть женщиной – не значит только о цацках, шмотках и макияже. Это не значит – у меня лапки. Это не томный, с придыханием голос. Не декольте и не шпильки, не шляпа с вуалью.
И не легкое дыхание.
Это…Это много. Очень много. Для некоторых – слишком много. Непосильно много.
Люблю…
Часто мы говорим это слово по инерции, не потому что чувствуем, а потому, что вроде бы надо сказать.
Люблю, люблю, люблю…Буднично, без посыла, без эмоций. Когда там, за этим словом ничего не стоит. Или стоит, но этого мало. Или когда-то стояло, но давно исчезло, истлело, истончилось, ушло, сбежало, испарилось. А мы всё говорим. Люблю, люблю, люблю… Слова, слова, слова… Как у Шекспира. Слова, за которыми часто не стоит дело.
А должно стоять!
И вот это – я люблю тебя, должно подкрепляться чем-то!
Большая грудь – это большая награда. Бог мог бы не давать нам мозги, достаточно было бы пары приличных сисек
главное в платье – женщина, которая его надевает.
Сегодня читателю или зрителю хочется плакать, завтра смеяться, после завтра задыхаться от любви, потом ненавидеть предателей и изменников, потом сокрушаться судьбой несчастных детей. Людям нужна не пища для мозга, им нужно дать этому мозгу отдохнуть. И ничего смешного в этом нет.
Мы, авторы любовных романов торгуем не литературой, мы торгуем эмоциями.
– Ладно, муж – это проходит.
– Я тоже так считаю.
Да, да… вы, девочки, считаете, что нам, мужикам проще. А с какого перепугу проще?
Сложнее нам.
Вы же, когда замуж хотите, вы же как себя ведёте? Вас словно из Красной книги вытащили, выпустили в свет таких, непуганых. Редкие экземпляры, мля. Идеальные во всем.
И внешность с иголочки, не подкопаешься. И поведение.
Да, да, строите из себя целок-невидимок.
А как вы в этот брачный период готовить умеете! Мама дорогая! Мишлен с его звёздами нервно курит в сторонке.
В дни мира флот стоит демонстрировать потенциальному неприятелю и союзникам даже чаще, чем в дни войны.
Даже если весь мир окажется на грани гибели, только любовь удержит его от падения в бездну.
Грешно молить Господа о том, что должна делать хорошая полиция.
Счастье не в несбыточных мечтах, а в мелочах, что вызывают улыбку.
В тишине можно услышать больше, чем в лживых словах.
Каждый день, просыпаясь, мы рискуем. Рискуем, когда идём на работу, рискуем, когда просто решаем изменить причёску или платье, рискуем, когда разговариваем с незнакомцем, рискуем, когда садясь за руль. И никогда не осознаём этого, предпочитая думать, что именно в нашей жизни нет риска, всё тихо и спокойно. Жизнь — это каждодневный риск, и если это признать, то становится легче идти на более отчаянные шаги. Если мы всё равно рискуем, то, может, следует поднять ставки?
... коты умеют двигаться так, чтобы их было и не слышно, и не видно, особенно, когда у них есть такая необходимость.
У каждого человека имеется темный аспект, который, как затаившийся хищник, ждет момента, чтобы вырваться наружу. Однако не каждый переступит грань дозволенного, держит внутренних монстров в узде. Ведь, если их выпустить на волу, от мира ничего не останется.
Выпейте счастье, чашечку счастья,
Против ненастья и прочей напасти,
Против усталости и раздражения,
Чашечку счастья и ложку варенья!
"...жить с мужем, с которым можно поболтать о ерунде при звёздах - это почти счастье."
"Бросить бабу" и "оставить ведьму в засаде" - это немножко разные вещи.
«До сих пор – это в его-то годы! – он полагает, что вся сила авторитета – в королевском венце, меж тем как самое главное не венец, а голова, на которую он возложен…»
Велико милосердие и мудрость того, кто препятствует человеку прозревать будущее, одновременно даруя ему сладость воспоминания и бодрящую силу надежды. Лишь у немногих людей хватило бы мужества заглянуть за эту завесу.
Он неспособен был управлять своим вниманием – порок, непростительный для носителя власти.