Цитаты
286139
"При наличии мегаглупости мегавозможности довольно быстро скатываются до мини-возможностей."
Софья Романовна Ромашкина, бизнес-леди и глава крупной компании, о своем диагнозе знала. И к шансу «обрести новую жизнь» и «переселиться в новое тело» отнеслась с нормальной для умного человека иронией. Поэтому первым шоком для нее стало пробуждение вообще, вторым – пробуждение в теле маленькой девочки и третьим – осознание, что девочка эта – царевна Софья. Та самая, сестра, с которой потом будет бороться за власть Петр I. Однако изумление – проходяще, а желание жить, и жить достойно, –...
- Готова?
- Нет.
- Ну и отлично, – Самоуверенность до добра не доводит. А сомнения помогают сконцентрироваться и не наделать глупостей.
Что делать если родная бабушка решила устроить твою личную жизнь?Перетерпеть. Ведьма пожилая, взбалмошная и немного чокнутая. У неё это пройдёт.Что делать, если в женихи выбран инквизитор?Не нервничать. Он же не дурак, чтобы заводить роман с ведьмой.Надо лишь немного подождать, пару недель и… не влюбиться?Ведь все помнят, что ведьма и инквизитор не пара? События истории происходят через 5 лет, после окончания «Ведьма по соседству»
только вера может полностью преобразить человека, изменить его внутренний мир, сделать из труса храбреца, из убийцы праведника. Потом, правда, добавлял, что еще страх, но не суть. Человеку необходим кто-то, кто может помочь, разрулить его беды, успокоить, убедить в том, что все наладится. Кто-то сильный, мудрый, милосердный, справедливый. Кто всегда рядом, в любой момент его услышит и поможет.
Дилогия. Книга первая До слепоты Ксюша жила беззаботной жизнью московской студентки. Училась, встречалась с парнями, развлекалась с подружками. Вечеринки, дискотеки, клубы, соцсети. Жизнь казалась простой, понятной и предсказуемой. Внезапная трагедия в один миг разрушила ее идеальный мирок. А операция не вернула его назад, наоборот, подкинула еще больше проблем. Теперь за ней охотятся, и в нашем мире, и в двух других, которые она не только начала видеть, но и нашла способ перемещаться между...
- Не начинай,
- Я вообще молчу.
- Ты так молчишь, что у меня уши закладывает.
Что делать если родная бабушка решила устроить твою личную жизнь?Перетерпеть. Ведьма пожилая, взбалмошная и немного чокнутая. У неё это пройдёт.Что делать, если в женихи выбран инквизитор?Не нервничать. Он же не дурак, чтобы заводить роман с ведьмой.Надо лишь немного подождать, пару недель и… не влюбиться?Ведь все помнят, что ведьма и инквизитор не пара? События истории происходят через 5 лет, после окончания «Ведьма по соседству»
LyuLyu
добавила цитату
из книги
«Учебник для родителей. Как зачать, родить и вырастить здорового ребенка»
2 года назад
Мы изучили только небольшую долю самих себя и пытаемся, схватившись за этот кончик познанного, как-то повлиять на всю великую непознанную вселенную человеческого тела. Это напоминает слесаря, который разводным ключом пытается починить телевизор.
Новая книга доктора Шишонина посвящена теме осознанного отношения к заведению детей, их здоровью и воспитанию. Автор рассказывает о том, что делать, если зачать никак не получается, как грамотно подготовиться к родам и не навредить собственному ребенку, когда тот уже появился на свет.
LyuLyu
добавила цитату
из книги
«Учебник для родителей. Как зачать, родить и вырастить здорового ребенка»
2 года назад
Живой орган – это в первую очередь клеточное движение в нем. И потому лечить нужно не орган, а движение. И лечить нужно движением.
Новая книга доктора Шишонина посвящена теме осознанного отношения к заведению детей, их здоровью и воспитанию. Автор рассказывает о том, что делать, если зачать никак не получается, как грамотно подготовиться к родам и не навредить собственному ребенку, когда тот уже появился на свет.
Трудно? Стисни зубы, иди дальше.
Выйти замуж по любви? Увы, это лишь детские мечты. После неудачного замужества Майя не доверяет мужчинам и держит их на расстоянии. Но сердцу не прикажешь, и внезапно она понимает, что увлечена двумя мужчинами сразу, причем один из них – аристократ, а другой – певец из оперного театра. Василиса не надеется выйти замуж. Она вынуждена дать согласие на ритуал подчинения и навсегда привязать себя к колдуну, который не умеет любить. Ярослава случайно попадает в чужой мир, где ради того, чтобы...
… если дорога, по которой ты идешь, петляет, а жизнь которой ты живешь, разочаровывает, сделай паузу и остановись, что бы осмотреться. А потом шагни вперед и иди дальше, пока стремление вновь не обретет форму, а сомнения не покинут голову.
Акреон – последний город на земле. Здесь люди, чревородки и синтетики живут в мире и согласии. В этом была убеждена Харди Кейн - агент службы безопасности Акреона - пока ее саму не приказали убить. Теперь она в тылу врага. И только куратору есть дело до того, выживет она или нет. Но куратор не человек, а синтетик, выполняющий чье-то задание. И верить ему нельзя. По крайней мере, в этом убеждена Харди Кейн – чревородка из Акреона, дочь гениального инженера, создавшего всех чревородок и...
На пути в ад не бывает случайных попутчиков. По дороге в рай не встретишь безгрешных. Тот, кто рожден побеждать, не всегда становиться победителем. Как и тот, кто рожден проиграть, не всегда заканчивает свой путь поражением....
Акреон – последний город на земле. Здесь люди, чревородки и синтетики живут в мире и согласии. В этом была убеждена Харди Кейн - агент службы безопасности Акреона - пока ее саму не приказали убить. Теперь она в тылу врага. И только куратору есть дело до того, выживет она или нет. Но куратор не человек, а синтетик, выполняющий чье-то задание. И верить ему нельзя. По крайней мере, в этом убеждена Харди Кейн – чревородка из Акреона, дочь гениального инженера, создавшего всех чревородок и...
Возложенные на кого-то надежды — тяжелый груз, который может сломать и того, на кого его водрузили, кому предстоит его удержать, и того, кто надеется.
Оборотни — сильные и смелые, но в то же время чуткие и ранимые… Они преданы своей семье и любимым, но беспощадны к врагам. Какая доля ожидает юную травницу, что принесла им дурную весть? А вдруг это — судьба, что так причудливо переплетает наши жизни? А вдруг это — любовь, что выдержит все испытания и препоны врагов? И разве различие культур и взглядов может встать на пути у настоящих чувств?
Странная штука – человеческая психика. Люди часто готовы игнорировать то, что творится у них под самым носом, но совершенно не хотят понимать реальность происходящего с ними.
Максим привык изобретать что-то новое для жителей Мая и Березкино. Иногда он создавал новые лекарства, иногда материалы, иногда крохотных пчел и шмелей, так похожих на настоящих. Он привык к такой своей жизни, привык, что не все его эксперименты понимают местные жители, привык бояться Хозяина. Но все это было лишь до того времени, пока в Мае не появилась одна женщина, которая смогла удивить его. Восьмая книга серии «Май-плюс»!
Меня, кроме бабушки, никто и не обнимал никогда. По сути все просто, тело прижимается к телу, но ведь это далеко не все. Обмен теплом, эмоциями и доверием, этот букет нужен, чтобы чувствовать себя по-человечески полноценным.
Оборотни — сильные и смелые, но в то же время чуткие и ранимые… Они преданы своей семье и любимым, но беспощадны к врагам. Какая доля ожидает юную травницу, что принесла им дурную весть? А вдруг это — судьба, что так причудливо переплетает наши жизни? А вдруг это — любовь, что выдержит все испытания и препоны врагов? И разве различие культур и взглядов может встать на пути у настоящих чувств?
Дел было по брови...
![Жукова (kikimorra) Юлия - В семье не без подвоха [О богах, шакалах и детях]](https://topliba.com/covers/490356_100x150.jpg?t=1784657822 "Жукова (kikimorra) Юлия - В семье не без подвоха [О богах, шакалах и детях]")
Вместе с любимым человеком, к счастью или к несчастью, неизбежно обретаешь его семью. Удачное это приобретение или нет, покажет время, а пока с ним надо считаться и выстраивать отношения. Даже если твой муж – Император, а в гости частенько наведываются боги и демоны, никто не отменял притирок и сложностей совместной жизни. Особенно когда оказываешься матерью не одному маленькому принцу…
Дел было по брови...
Жить в чужой стране и вообще-то непросто, а если это не страна, а целая планета и до родного дома десятки миллионов световых лет… И у тебя там никого нет, кроме любимого мужа, который, впрочем, страдает почти всеми местными заморочками, — тут уж приходится быть начеку и в полной боевой готовности круглосуточно.
«Я не знаю, сколько времени у нас осталось. Поэтому просто люблю тебя сейчас».
После подачи заявления на развод я правда надеялась, что имена нескольких нежелательных людей навсегда сотрутся из памяти и со страниц моей жизни. Теперь я разговариваю и думаю о них три раза в неделю в кабинете психотерапевта в надежде, что хотя бы он воспримет мою историю всерьез. Я не хотела становиться такой, но не видела другого выхода.
После самой темной ночи всегда наступает рассвет, после плохого дня точно придёт праздник.
После подачи заявления на развод я правда надеялась, что имена нескольких нежелательных людей навсегда сотрутся из памяти и со страниц моей жизни. Теперь я разговариваю и думаю о них три раза в неделю в кабинете психотерапевта в надежде, что хотя бы он воспримет мою историю всерьез. Я не хотела становиться такой, но не видела другого выхода.
...замалчивание не спасает, время не лечит, боль никуда не уходит, если её не признать и не высвободить.
После подачи заявления на развод я правда надеялась, что имена нескольких нежелательных людей навсегда сотрутся из памяти и со страниц моей жизни. Теперь я разговариваю и думаю о них три раза в неделю в кабинете психотерапевта в надежде, что хотя бы он воспримет мою историю всерьез. Я не хотела становиться такой, но не видела другого выхода.
«Наследственное слепое пятно нашей семьи — уход от правды в сторону личных фантазий и домыслов».
После подачи заявления на развод я правда надеялась, что имена нескольких нежелательных людей навсегда сотрутся из памяти и со страниц моей жизни. Теперь я разговариваю и думаю о них три раза в неделю в кабинете психотерапевта в надежде, что хотя бы он воспримет мою историю всерьез. Я не хотела становиться такой, но не видела другого выхода.
«Жизнь слишком хрупка, чтобы вечно сомневаться, откладывать неуместные мысли, замалчивать недосказанные фразы и сидеть в возведенных стенах мнимого комфорта. Они все равно не спасут, а потерять всё можно в один миг».
После подачи заявления на развод я правда надеялась, что имена нескольких нежелательных людей навсегда сотрутся из памяти и со страниц моей жизни. Теперь я разговариваю и думаю о них три раза в неделю в кабинете психотерапевта в надежде, что хотя бы он воспримет мою историю всерьез. Я не хотела становиться такой, но не видела другого выхода.
Я бы его сейчас поцеловала. Он такой злой, такой суровый и решительный, что хочется его объятий, но это сейчас лишнее.
Спугну. Приручать мужика — сложная наука. И вообще, это он должен хватать меня и целовать.
— Да! Черт возьми! — голос Матвея вибрирует гневом. — Я спал с ней! Но мы предохранялись! Закусываю губы и задерживаю дыхание, чтобы не сорваться в истерику. — И у нее бесплодие, — в черной злобе шипит Матвей. — Она лжет, Ада. — Даже если беременность под вопросом, — шепчу я, — то это не отменяет того, что ты мою подругу… Боже… — накрываю лицо рукой и отворачиваюсь. — Я не хочу ничего больше слышать. Вы оба омерзительны. — У нас с тобой, дочь, Ада, — делает шаг ко мне. — Подумай о ней. ...
Решил, что я его жалею? Да щас! Никаких сюси-пуси с ним. Он же мужик. Ему этого не надо. Ему подавай от жены мозгоклюйство тупыми скандалами и обидами.
— Да! Черт возьми! — голос Матвея вибрирует гневом. — Я спал с ней! Но мы предохранялись! Закусываю губы и задерживаю дыхание, чтобы не сорваться в истерику. — И у нее бесплодие, — в черной злобе шипит Матвей. — Она лжет, Ада. — Даже если беременность под вопросом, — шепчу я, — то это не отменяет того, что ты мою подругу… Боже… — накрываю лицо рукой и отворачиваюсь. — Я не хочу ничего больше слышать. Вы оба омерзительны. — У нас с тобой, дочь, Ада, — делает шаг ко мне. — Подумай о ней. ...
Сработало.
Вот оно женское оружие. Напасть, укусить, перевести тему и устроить скандал.
— Да! Черт возьми! — голос Матвея вибрирует гневом. — Я спал с ней! Но мы предохранялись! Закусываю губы и задерживаю дыхание, чтобы не сорваться в истерику. — И у нее бесплодие, — в черной злобе шипит Матвей. — Она лжет, Ада. — Даже если беременность под вопросом, — шепчу я, — то это не отменяет того, что ты мою подругу… Боже… — накрываю лицо рукой и отворачиваюсь. — Я не хочу ничего больше слышать. Вы оба омерзительны. — У нас с тобой, дочь, Ада, — делает шаг ко мне. — Подумай о ней. ...
— Женщина принимает решение, но мужчина считает, что это он такой крутой и сам до всего додумался.
— Да! Черт возьми! — голос Матвея вибрирует гневом. — Я спал с ней! Но мы предохранялись! Закусываю губы и задерживаю дыхание, чтобы не сорваться в истерику. — И у нее бесплодие, — в черной злобе шипит Матвей. — Она лжет, Ада. — Даже если беременность под вопросом, — шепчу я, — то это не отменяет того, что ты мою подругу… Боже… — накрываю лицо рукой и отворачиваюсь. — Я не хочу ничего больше слышать. Вы оба омерзительны. — У нас с тобой, дочь, Ада, — делает шаг ко мне. — Подумай о ней. ...
— Ну, что ты как мальчик маленький?
— Я ее не понимаю.
— Это мое обычное состояние с моей женой, — Юра беззлобно усмехается. — Мужики не понимают баб, бабы мужиков. Круговорот непонимания, короче.
— Да! Черт возьми! — голос Матвея вибрирует гневом. — Я спал с ней! Но мы предохранялись! Закусываю губы и задерживаю дыхание, чтобы не сорваться в истерику. — И у нее бесплодие, — в черной злобе шипит Матвей. — Она лжет, Ада. — Даже если беременность под вопросом, — шепчу я, — то это не отменяет того, что ты мою подругу… Боже… — накрываю лицо рукой и отворачиваюсь. — Я не хочу ничего больше слышать. Вы оба омерзительны. — У нас с тобой, дочь, Ада, — делает шаг ко мне. — Подумай о ней. ...
— С чего ты полезла в бутылку?
— Вот такая я загадочная женщина! — тоже повышаю голос. — Непостоянная! Эмоциональная! Придурочная!
— Да! Черт возьми! — голос Матвея вибрирует гневом. — Я спал с ней! Но мы предохранялись! Закусываю губы и задерживаю дыхание, чтобы не сорваться в истерику. — И у нее бесплодие, — в черной злобе шипит Матвей. — Она лжет, Ада. — Даже если беременность под вопросом, — шепчу я, — то это не отменяет того, что ты мою подругу… Боже… — накрываю лицо рукой и отворачиваюсь. — Я не хочу ничего больше слышать. Вы оба омерзительны. — У нас с тобой, дочь, Ада, — делает шаг ко мне. — Подумай о ней. ...