— Рынок, — учил будущего герцога ушлый канцлер, — первый барометр состояния дел. Тут важно все: количество, качество, а также их соотношение. Количество продавцов и покупателей, разнообразие товаров, соотношение местных и привозных продуктов и изделий.
Долгое время Фернан наивно считал Стефана не только покровителем, но и другом. Дурак! Дружба возможна лишь меж равных... Став старше, Фернан понял, что благодетель и благодетельствуемый друзьями не являются по определению.
Император был неумолим. Он вообще любил поиграть со своими приближенными в отца родного и большого демократа. Все ему подыгрывали, но знали: горе тому, кто в это поверит и начнет высказывать собственное мнение, отличное от императорского.
Смешная: всерьез думает, будто женщины сильнее мужиков! Просто настоящие мужчины ей не попадались, видимо.
На Земле существует весьма распространенная порода хамов-чистоплюев, для которых очень важно общественное мнение и собственное реноме в глазах публики.
. Королева больше любила себя и придворные интриги, которые выходили у неё крайне плохо. Впрочем, чего ожидать от дворянки, которая чудом стала женой короля.
я давно заметила, что сестра умело манипулирует людьми, если действительно чего-то желает.
лучше знать, кто обитает рядом, чем гадать, чем может обернуться нежданное соседство.
Следующие пару часов мы спорили по поводу того, что же самое главное для народа.
— Но вы не невинны?
— Леди, простите мою прямолинейность, — усмехнулся он, глядя на неё с сожалением. — Но мне тридцать один год, вряд ли в таком возрасте еще остались невинные мужчины.
Жизнь странная штука! Забирая одно, она посылает тебе другое, и куда более лучшее, тем что было!
...любовь - это не только бабочки в животе, как её описывают многие, это и другие чувства, о которых я не подозревал ... Желание оберегать, заботится, отдать всё, что есть и больше, каждую секунду быть рядом.
- Не боятся те, кому нечего терять
- Что вы, как малое дитя! Просто возьмите и выпейте. Когда мужчина страдает от похмелья, женщина рядом страдает от его дурного настроения. Пейте, пока ваше похмелье не закончилось печально для нашей общей нервной системы.
- Вы поразительно тихо злитесь, - покосилась я на него. - И это страшно нервирует.
- На этом всё, - слегка приврала я. - Самое шокирующее вы уже услышали. Голова у вас если что, болит от вина, а не от того, что вы ей вчера два раза стукнулись о кофейный стол. Но шишке, в крайнем случае, не удивляйте.
От меня шарахались лыжники, падали и, кажется желали крепкого-крепкого здоровья, но почему- то ругательствами.
- Ты ревновала меня к старым леди?
- Нет! Я ревновала к бархатным юбкам и разноцветным помпонам. Какого демона они к тебе подвалили? Довели приличную женщину до лыж!
К костюму дядька очень хотел прихватить в поездку охотничье ружьё. Даже пару раз заикнулся Клементине, что в горах превосходная охота на горных козлов. Тётушка молча покрутила у виска, дескать, где ты собрался искать горных козлов среди приличной публики. Но - погляди же, один нашёлся!
...поверь моему опыту, херес помогает справиться с бессонницей.
- Я не страдаю бессонницей.
- Никогда не поздно начать, - кивнула Марджери и скомандовала :
- Идёмте леди.
- Пойду к ней, - вздохнула я.
- Удачи, - искренне пожелал Рендел. - Если что, возвращайся. Мы запрёмся в гостиной.
Жаль, что любовь двух сумасшедших не может изменить мир, но зато она может на время позволить им не видеть его несовершенство и отсрочить крушение надежд.
– Мне почему-то кажется, что я завязла в паутине дурного сна…
Влад посмотрел на меня.
– Все наше существование – сон. А дурной или хороший – выбирать тебе.
– Это только слова! – упрямо вскинулась я.
– Улыбнись. Не люблю видеть печаль в лицах людей. Люди должны быть… мм… счастливы.
– Обвинить можно кого угодно. Гораздо сложнее понять.