Цитаты
288486
Парижские полицейские, в общей своей массе, с трудом воспринимали необходимость поддерживать порядок среди вампиров, оборотней, фей, троллей, колдунов и других представителей сверхъестественной мета-человеческой фауны столицы, и уже давно было определено, что будет безопаснее держать их в таком же блаженном неведении, что и остальное население.
Рыжая красотка-лейтенант парижской полиции с дымящимся стволом в руке вышибает дверь в квартиру вервольфов (тоже парижских, естественно), и тут понемногу всё заверте... Впрочем, честное и каноничное детективно-городское (парижское, ясное дело) фэнтези. Рассказ из ежегодной антологии «TROLLS ET LICORNES» (Тролли и Единороги), Anthologie annuelle, des Imaginales d’Épinal, Saison 7 (2015)
Ни от чего оборотни так не бесились, как когда к ним обращались, словно к собакам. Тиа Морчезе про себя улыбнулась: ей нравилось злить оборотней. Такое у нее было одно из тайных удовольствий, где-то между мятным шоколадом, курением и растлением вампиров. Одна из ее многочисленных грязных слабостей, за которые она в конце концов поплатится шеей, если послушать мать.
Рыжая красотка-лейтенант парижской полиции с дымящимся стволом в руке вышибает дверь в квартиру вервольфов (тоже парижских, естественно), и тут понемногу всё заверте... Впрочем, честное и каноничное детективно-городское (парижское, ясное дело) фэнтези. Рассказ из ежегодной антологии «TROLLS ET LICORNES» (Тролли и Единороги), Anthologie annuelle, des Imaginales d’Épinal, Saison 7 (2015)
- Мы все умрём, - сворачивая к ближайшим воротам в Белый город, подвёл итог нашего диалога Михалыч. - Но это уже второй день моей заслуженной пенсии, поэтому не жалко.
Это произошло давным-давно. Ну или совсем недавно — ведь что такое время для Мироздания? Сопряжение миров раскололо реальность. Теперь за пределами полисов обитают кровожадные твари и разумные иномирцы, которым здесь не место. А внутри существует хрупкое равновесие, которое держится на кристаллах и крови. Когда-то я пытался спасти этот мир. Свой мир… Вот только, мой ли он на самом деле? Оглядываясь сейчас вокруг, я уже в этом не уверен. Люди проигрывают последнюю битву, забыв всё, чему я...
Моя бабуля говорит: "Когда не знаешь, что делать, — покупай красивое белье. Пригодится, если вдруг случится секс с красавцем, а если все пойдет не так — хотя бы перед патологоанатомом не будет совестно "
— Я тебя засужу, сволочь! — срываюсь, влетая в кабинет в разгар совещания. — Моей дочери восемнадцать! А тебе сколько? Сорок пять? Да она тебе в дочери годится! По комнате прокатывается волна шокированных вздохов. Но мужчина напротив даже бровью не ведет. — Тая — твоя дочь? — усмехается он. — Ты все не так поняла. Она встречается с моим сыном. Я замираю, вглядываясь в его лицо. В груди что-то болезненно сжимается. Знакомые черты, взгляд… — Прохор Семенович, что здесь происходит? — доносится...
Есть такие задачи, которые просто невозможно решить одному.
Посвящается лету, сказкам, Острову, разным хорошим людям и не только. Все случайные совпадения с реальными событиями и людьми считать неслучайными.
Преданность и верность тому, кого любишь, сексуальнее, чем сам секс, а ожидание делает его ещё более чувственным.
Алекс увозит Валерию с детьми в США, но в новой семье счастья тоже нет — слишком они разные, слишком сильны обиды и осколки их прошлого. Теперь Алекс и Лера женаты, но живут в разных комнатах и, если пересекаются, всегда ссорятся. Очень скоро Валерия обнаруживает свою главную угрозу — женщин. Их всегда было много вокруг Алекса, соперницы повсюду и твердят одно: «Ты в его жизни временно и ненадолго. Что может дать такая холодная и некрасивая женщина, как ты, такому яркому и горячему мужчине, как...
"Чему там нравиться? Это когда гормоны играют, чувства горят, хорошо, но оно ж ненадолго. А борщ и дети - навсегда."
Очнуться в магическом мире, в новом теле и сразу заняться отбором женихов – это же отличное развлечение для современной взрослой женщины с неудавшейся личной жизнью. Уж теперь-то у нее есть все, чтоб добиться счастья, она невеста опытная! Но начавшаяся, как добрая волшебная сказка, жизнь принцессы Вероники осложняется вдруг скандалом, разоблачением, побегом и предательством. Один жених, второй, третий, все на проверку оказываются далеко не благородными рыцарями на белых конях, и вместо...
"Про такие штучки в фэнтези часто пишут. Сидит толстая тётенька пенсионного возраста в очках, дома перед компьютером, и сочиняет, как бы она, будучи юной и прелестной нимфой, всех безжалостно динамила. А мускулистые самцы так и падали к ее ногам, и помирали от вожделения. И вот ни грамма я не осуждаю! Сказки все девочки любят, даже если им не пять, а пятьдесят пять лет."
Очнуться в магическом мире, в новом теле и сразу заняться отбором женихов – это же отличное развлечение для современной взрослой женщины с неудавшейся личной жизнью. Уж теперь-то у нее есть все, чтоб добиться счастья, она невеста опытная! Но начавшаяся, как добрая волшебная сказка, жизнь принцессы Вероники осложняется вдруг скандалом, разоблачением, побегом и предательством. Один жених, второй, третий, все на проверку оказываются далеко не благородными рыцарями на белых конях, и вместо...
"Впрочем, как известно, мужчины -это чудом выживших мальчики..."
Жизнь определённо налаживается, что приятно. Я сумела возвратить главную реликвию рода, обзавелась друзьями и покровителями, щёлкнула по носу бывшего жениха. Всё хорошо! Если не считать один маленький момент – сильнейший маг, который, по совместительству, является самым завидным женихом империи, плотно дышит в затылок. Он что-то подозревает, не желает выпускать меня из поля зрения и каждое утро присылает два стакана кофе. Кофе вкусный! А от внимания рыжеволосого Дрэйка необходимо избавиться....
Если тебя обвиняют в краже, обвини их в отсутствии сердца. Репутация — это не то, что ты делаешь, а то, что о тебе успели прочитать за завтраком.
Я не собиралась прощаться со своей привычной жизнью, где была Первой, но судьба закинула туда, где мне пришлось доказывать свое предназначение. А умела я очень важное: любую, даже совсем убитую репутацию, я восстанавливала и отбеливала до такой белизны, что глаза слепило! Теперь я должна побороться не только за чужую репутацию, но и за свою! Как всегда: с высоко поднятой головой, с юмором и улыбкой на лице! Отец - добрый человек, но слишком уж плохой бизнесмен. И если я не докажу, что сама...
Мужчины в этом времени совершают одну и ту же ошибку: они недооценивают женщину, которая знает, чего хочет.
Я не собиралась прощаться со своей привычной жизнью, где была Первой, но судьба закинула туда, где мне пришлось доказывать свое предназначение. А умела я очень важное: любую, даже совсем убитую репутацию, я восстанавливала и отбеливала до такой белизны, что глаза слепило! Теперь я должна побороться не только за чужую репутацию, но и за свою! Как всегда: с высоко поднятой головой, с юмором и улыбкой на лице! Отец - добрый человек, но слишком уж плохой бизнесмен. И если я не докажу, что сама...
Привязанность былую не вдохнуть
В холодную к тебе отныне грудь;
Как странники на небе, облака,
Свободно сердце и любовь легка.
Ранняя романтическая поэма (или повесть в стихах) Михаила Юрьевича Лермонтова, написанная в 1830 году и пронизанная сильным влиянием творчества Джорджа Байрона.
В центре истории — исповедь итальянского аристократа Джюлио. В молодости он соблазнил и бросил простую девушку, заявив, что брак ему чужд, а его путь — это вечные путешествия и развлечения. Отвергнутая девушка прокляла его.
— Бедный мужик, — папа шаркает мимо нас в коридор, останавливается, прищуривается. — Он уже, как и я, выпрашивает поцелуи.
— Ромашкина, поработаешь, пока я ищу нормальную секретаршу, — Коршунов Руслан Александрович тяжело и недовольно вздыхает, оглядывая меня с головы до ног. — Я вас поняла, — сдержанно отвечаю я. — Поиски, правда, уже затянулись, — он закидывает руки за голову и медленно покачивается в кресле, — понимаешь, Ромашкина, мне сложно угодить. — Понимаю, — спорить и ничего доказывать этому стареющему козлу не буду. — И вот тебе первое задание, Ромашкина, — Руслан Александрович расплывается в улыбке. —...
Есть сумерки души во цвете лет,
Меж радостью и горем полусвет;
Жмет сердце безотчетная тоска;
Жизнь ненавистна, но и смерть тяжка.
Ранняя романтическая поэма (или повесть в стихах) Михаила Юрьевича Лермонтова, написанная в 1830 году и пронизанная сильным влиянием творчества Джорджа Байрона.
В центре истории — исповедь итальянского аристократа Джюлио. В молодости он соблазнил и бросил простую девушку, заявив, что брак ему чужд, а его путь — это вечные путешествия и развлечения. Отвергнутая девушка прокляла его.
Можешь сказать, что я звонил, интересовался? Сам понимаешь, у меня скоро турнирные бои, а к тому времени мне нужно быть в форме. Откладывать же мероприятие на потом… Тут уже сами Андорины могут на вас напасть.
— Все я понимаю, — сухо проговорил он. — Кроме одного, тебе действительно настолько сильно нужно их лесодобывающее предприятие, что ты готов сейчас воевать против дворянского рода?
— Мне будет приятнее, если ты будешь думать, что я просто хочу помочь вашему роду. Просто потому что я хороший парень, который узнал, что роду его нового друга грозит беда. Однако помочь бесплатно не могу, а то вдруг оскорбитесь.
Это четвертый том.
Продолжение приключений его Высочества простолюдина Аскольда Сидорова. В этом томе вас ждет обострение конфликта…
Мужики - козлы, а борщ вечный.
— Поздравляю, — говорю я. — У вас будет ребёнок? Она светится. — Да. Мы так счастливы. Он, правда, немного в шоке, но это от неожиданности. Говорит, что всегда мечтал о сыне. С первой женой у него не получилось, а тут... Судьба, наверное. — А жена знает? — спрашиваю тихо. — Ну, что он уходит? Девушка пожимает плечами. Легко, беззаботно. — Мне какая разница? Он говорит, она старая. Тридцать три года, детей нет, карьера какая-то непонятная. Зачем ему такое? Он мужчина видный, успешный, ему...
Такие мужчины — редкость. Она поняла это раньше и сейчас лишь получала подтверждения этому. Не предаёт. Борется до конца. Защищает. Не даёт пустых обещаний.
Тайны прошлого раскроются во всей своей неприглядности. Предательства и самоотверженность, обретение собственного я, балансирование на грани между кодексом крови и желаниями высших сил. Кем он станет, когда узнает о своих корнях? Войны с орденами не избежать, но чего она будет стоить Михаилу?
Женщины, им всегда нужно было время на подумать, хоть и принимали они решения за первые пару секунд.
Тайны прошлого раскроются во всей своей неприглядности. Предательства и самоотверженность, обретение собственного я, балансирование на грани между кодексом крови и желаниями высших сил. Кем он станет, когда узнает о своих корнях? Войны с орденами не избежать, но чего она будет стоить Михаилу?
— Должен, говоришь? А не боишься заикаться про долг перед своим противником? Я ведь могу и прямо сейчас попросить вернуть долг.
На несколько секунд повисла звенящая тишина. Я смотрел в голубые, как небо, глаза Алисы. При этом боковым зрением видел, как одновременно дернулись две другие великие княжны.
— Не боюсь, – быстро ответил я, пока меня не опередили. А затем усмехнулся: – Во-первых, ты так не поступишь, Алиса. А во-вторых, я сам сказал, что должен. И сам решу, когда и чем этот долг отдать.
И вновь эта тишина. Три секунды… пять…
— Ха-ха-ха! – кокетливо прикрыв рот ладошкой, рассмеялась старшая из сестер. А затем добродушно улыбнулась. – Ты себе не изменяешь, Аскольд. Все такой же наглый.
Семнадцатилетний простолюдин Аскольд Сидоров, в прошлой жизни наследник великого имперского дома Александритов, обзавелся первыми соратниками в новом мире и поступил в престижный лицей «Алая Мудрость». Недавно он получил письмо от неизвестного доброжелателя. Кто в этом мире мог знать, что с ним произошло в прошлой жизни? Кто использует старый код? Предстоит срочно разобраться, а ведь на носу первый этап всеимперского боевого турнира. А еще школьный бал, на который нужно выбрать партнершу. И… как...
... если бы люди умели измерять свое счастье не безмерной ненасытностью собственных желаний, а теми благами, которыми они обладают на деле...
Впервые напечатано в «Revue des Deux Mondes» от 1 марта 1837 года. В 1839 году Стендаль перепечатал эту хронику без изменений в отдельном издании вместе с «Аббатисой из Кастро», «Герцогиней ди Паллиано» и «Семьей Ченчи».
Можно сказать одно: чтобы ей не поклоняться, надо было никогда ее не видеть.
Впервые напечатано в «Revue des Deux Mondes» от 1 марта 1837 года. В 1839 году Стендаль перепечатал эту хронику без изменений в отдельном издании вместе с «Аббатисой из Кастро», «Герцогиней ди Паллиано» и «Семьей Ченчи».
В 1585 году никто, за исключением придворных шутов или поэтов, не помышлял о том, чтобы пленять искусством речи. Тогда не восклицали еще: «Я умру у ног вашего величества», — предварительно послав за почтовыми лошадьми и собираясь бежать... Говорили мало, и каждый относился к словам, обращенным к нему, с чрезвычайным вниманием.
Впервые напечатано в «Revue des Deux Mondes» от 1 марта 1837 года. В 1839 году Стендаль перепечатал эту хронику без изменений в отдельном издании вместе с «Аббатисой из Кастро», «Герцогиней ди Паллиано» и «Семьей Ченчи».
— За то, чтобы все страшные ситуации разрешались наилучшим образом, – произнес я тост.
Боярыня грустно улыбнулась, зазвенел хрусталь, мы выпили и одновременно потянулись к закускам. Она случайно заделала мою ладонь, но руку, как смущающаяся школьница, не отдернула. Напротив, продлила этот момент на пару секунд.
— Хороший тост, – проговорила она, наконец положив закуску в рот. – Хороший, но наивный.
— Отчаяться легко, – парировал я. – Сложно не сдаваться, несмотря на трудности. Сложно продолжать бороться, находясь в безвыходной ситуации. Сложно верить в лучшее, когда вокруг тебя мрак.
— Хм… – Она склонила голову набок. – От многих подобные слова звучали бы как пустой пафос. Но вам почему-то удается говорить это так, что мне хочется верить. Что ж, за то, чтобы слова не расходились с делом.
Семнадцатилетний простолюдин Аскольд Сидоров, в прошлой жизни наследник великого имперского дома Александритов, обзавелся первыми соратниками в новом мире и поступил в престижный лицей «Алая Мудрость». Недавно он получил письмо от неизвестного доброжелателя. Кто в этом мире мог знать, что с ним произошло в прошлой жизни? Кто использует старый код? Предстоит срочно разобраться, а ведь на носу первый этап всеимперского боевого турнира. А еще школьный бал, на который нужно выбрать партнершу. И… как...
— Вы необычный человек, Аскольд. Сложно поверить, что вы семнадцатилетний простолюдин.
— Почему же? – усмехнулся я.
— Например, потому, что сегодня вы убили двух человек. Отъявленных мерзавцев и преступников! – злобно прошипела она и тут же спокойнее продолжила: – Но тем не менее двух человек. Не похоже, что вы переживаете об этом. Как и о том, что сейчас пьете вино с регентом боярского рода.
— А зачем мне переживать об уже случившемся? – спросил я, снова потянувшись к бокалу. – Ситуация требовала действовать наверняка, чтобы ни одна случайная техника или пуля не задела беззащитного ребенка.
Семнадцатилетний простолюдин Аскольд Сидоров, в прошлой жизни наследник великого имперского дома Александритов, обзавелся первыми соратниками в новом мире и поступил в престижный лицей «Алая Мудрость». Недавно он получил письмо от неизвестного доброжелателя. Кто в этом мире мог знать, что с ним произошло в прошлой жизни? Кто использует старый код? Предстоит срочно разобраться, а ведь на носу первый этап всеимперского боевого турнира. А еще школьный бал, на который нужно выбрать партнершу. И… как...
Мальчик вскочил с места и уткнулся носом в мою грудь.
— Спасибо, что пришел! Спасибо, что пришел! Спасибо, что пришел! – как заведенный повторял он, а его мать, изумленно распахнув глаза и рот, смотрела на эту картину. – А-а-а!!! Как было страшно!!!
— Тише-тише, малыш. – Теперь уже я гладил его по волосам, прижимая к себе. – Бояться – это нормально. Только идиоты ничего не боятся. Запомни этот страх, но не дай ему подчинить себя, – ласково приговаривал я, повторяя слова своего наставника с родины, старика Бронкса, – используй его. Используй свои страхи, малыш, чтобы стать сильнее. Чтобы управлять ими. И тогда тебе не придется больше бояться.
— Д-да… – тихо пробормотал он.
— Все будет хорошо. Ты жив, и это главное. Впереди у тебя долгая и прекрасная жизнь.
Семнадцатилетний простолюдин Аскольд Сидоров, в прошлой жизни наследник великого имперского дома Александритов, обзавелся первыми соратниками в новом мире и поступил в престижный лицей «Алая Мудрость». Недавно он получил письмо от неизвестного доброжелателя. Кто в этом мире мог знать, что с ним произошло в прошлой жизни? Кто использует старый код? Предстоит срочно разобраться, а ведь на носу первый этап всеимперского боевого турнира. А еще школьный бал, на который нужно выбрать партнершу. И… как...