— Понимаю, — пробурчал его сын. — Но… хочется вернуть все, как было.
— Как было уже не будет! — раздражённо воскликнул Александр Борисович, а затем взял себя в руки и терпеливо проговорил: — Дима, ты мой наследник. Будущий Канцлер Империи и глава нашего рода. И потому лучше других должен понимать, что ветер и время глупо пытаться удержать голыми руками. Времена меняются, хочешь ты или нет. Наступает время, когда начинает дуть ветер перемен. И в этот момент твоя главная задача — поставить парус и ловить ветер. Во время затишья мы всегда действовали сами, усиливая себя и империю. Во время бури — подстраивались под эту бурю, чтобы на рывке выйти вперёд.
"Я-то наивно думала, что дело в моей внешней привлекательности, мнимой хрупкости, видимой беззащитности - мужчины ведь это обожают. Сразу кидаются защищать и оберегать. Ну, или хватать и покорять. Заодно и попользоваться. А от самостоятельных дам их воротит. Не всех, конечно, но многих."
"А все рассуждения "твой - не твой" пусты и бессмысленны. Биохимия может не сработать даже с самым подходящим человеком. И уж тем более глупо - искать и ждать африканских страстей. Они как раз быстрее всего и проходят. Нет, конечно, есть те, кому повезло сразу и надолго. Это как сесть на свой экспресс и спокойно ехать своим маршрутом. Судьба так распорядилась. Не вижу личной заслуги в том, что тебе повезло. Но вдруг "твой" автобус не приедет: сломался, заблудился или вообще нет такого маршрута? А ехать надо. Не тратить же всю жизнь на ожидание чуда? Выходит - с пересадками и на разных автобусах. И не всегда двигаться получается вперед, бывают ошибки, петли и круги. А жизнь идёт, автобусов все меньше тормозит. Стоит ли терять драгоценное время на ожидание?"
"Есть люди, с которыми жить легко и комфортно, есть те, с кем жить нельзя в принципе. Когда говорят, что все люди разные - лгут, не такие уж и разные. И психотипов не так уж много, и все хотят в принципе одинаковых вещей - чтоб их любили, ценили, уважали, восхищались. Доверяли и принимали таким, как есть."
"Если искать любовь, можно до старости в старых девах просидеть и все ждать принца."
Кипятка для гостя мне совсем не жалко. Желательно заливать его прямо в рот.
Читал где-то, что для нормального человека, не страдающего чрезмерно от жадности, богатство доставляет наибольшее удовольствие как раз из-за возможности другим людям щедрые подарки делать.
Если у тебя получилось обмануть человека, это не значит, что он дурак - это значит, что тебе доверяли больше, чем ты этого заслуживаешь.
"Они пылинки сдувают, только когда любят сами, а во всех остальных случаях поведение мужчины зависит только от его личной порядочности. Чаще - пользуются. Даже некрасивые при этом считают, что осчастливили тебя своим вниманием. Даже если ты сама - красавица-принцесса."
Рудольфа Нуреева боготворили, но его также и ненавидели. И было из‑за чего, ведь стиль его отношений с другими людьми был очень и очень непрост. Этот диковатый парень из Уфы так и не научился нормально вести себя в обществе. Он не хотел подчиняться правилам и даже получал своего рода кайф от того, чтобы нахально переступать через эти правила. Да и знал ли он эти правила, если ни у кого не нашлось времени, чтобы научить его политесу?
Быть на уроке каждое утро было для Нуреева обязательным правилом, быть на сцене каждый вечер — абсолютной потребностью.
Душевные мучения самого Нуреева выдают темы, которые он выбирал как хореограф. Зарождение желания, трагическая, подчас невозможная любовь, бремя власти, долг по отношению к кому‑либо, бегство в мечты или кошмары — вот что его привлекало. Пересматривая балеты Петипа в прочтении Нуреева трудно поверить, что они когда‑то были любимым развлечением императорской семьи. Опираясь на фрейдистские ориентиры, Нуреев открывал темные, мучительные грани произведений. «Балет есть метафора», — часто повторял он.
Его герои много переживали, их внутренние монологи, выраженные долгими сольными вариациями, часто трагичны. У его героев почти не было друзей, не было и понимающих родителей, но матери всегда оказывались более мягкими, чем отцы. «В противоположность жизни, текущей снаружи, в закрытом мире театра могут и должны разыгрываться драмы», — говорил он по поводу своих постановок. Надо ли видеть в этом метафору звезды, страдающей от одиночества?
Главный его козырь — магнетическая харизма, и на сцене, и в жизни. Тут у него не было соперников. Когда другие танцевали телом, Нуреев танцевал нутром, и это меняло все. «Каждое па должно нести метку крови моего героя», — повторял он часто.
Нуреев не просто танцевал, он был одержим танцем. Надо было видеть его на сцене, чтобы влюбиться окончательно и бесповоротно. Он прыгал невероятно высоко, он вращался на огромной скорости, он выполнял лишние пируэты, которых не должно было быть, но при этом заканчивал свою партию с точностью до секунды, и его ноги безупречно вставали в пятую позицию, позицию победителя!
Следует ... учесть, что Нуреев начал танцевать позже и всегда страдал из‑за серьезных технических и физических недостатков: у него были короткая шея, короткие ноги, короткие руки и короткое туловище. Но свои недостатки Нуреев со временем превратил в достоинства. Гениальность артиста в том и состоит, чтобы уметь преподнести свои недостатки, и Нуреев это делал с блеском.
Критики и балетная публика в конце концов сошлись во мнении, чем‑то напомнившем трепетное отношение к Марии Каллас: существо, выходящее за рамки обычного, дразнящее, восхищающее, не оставляющее место для соперников.
Его величество посмотрел на часы, сверил их с теми, что стояли в гостиной, а также с церковными, что на площади, перед окнами; затем подкрутил завод и вторично на них взглянул.
— Весь вопрос в том, — сказал он, — спешат мои часы или отстают. Если отстают, мы меняем продолжать завтракать. А если спешат, тогда есть еще надежда спасти принца Обалду.
— О, прелестная служаночка, — заводит король ту же песню, — выкинь из головы всех принцев! Обрати взор свой на почтенного самодержца, который некогда был недурен собою.
— Ах, сэр, что скажет ее величество! — восклицает Бетсинда.
— Ее величество!.. — Король разражается смехом. — Да мы ее вздернем. Или я не властитель Пафлагонии? Разве нет у меня веревок, топоров, палачей и плах? Разве под стенами замка не бежит речка? Или у нас недостанет мешков, чтобы зашивать в них жен?
Она и всегда-то была доброй, веселой, обходительной и пригожей девицей, а в тот вечер была в ней, должно быть, особая прелесть, ибо все женщины в людской принялись всячески бранить ее и шпынять.
Если на сердце кручина,
Знай — бессильна медицина!
...счастье часто прячется в мелочах. Его не надо строить или искать, его надо просто замечать. У каждого оно свое, маленькое, но зато его много. Например, чашка ароматного кофе утром или крик «Папа!», когда ты уставший вернулся домой… Чем больше ты таких мелочей копишь, научившись их замечать и ценить, тем счастливее твоя жизнь.
Если мимо виселицы прямо
все идти к востоку — там Москва.
Хозяйка детей увела в закут.
Пахнет капустой, скребутся мыши.
— Мама, за что они ее бьют?
— За правду, доченька. Тише, тише.
...
— Мама, а если ее убьют,
стадо быть, правду убили тоже?
— Тише, доченька, тише… —
Нет!
Девочка, слушай меня без дрожи.
Слушай,
тебе одиннадцать лет.
Если ни разу она не заплачет,
что бы ни делали изверги с ней,
если умрет,
но не сдастся —
значит,
правда ее даже смерти сильней.
У тебя что-то случилось?
Да , - ответил старик,- вы приехали !
Слабый пол сильнее сильного в силу слабости сильного пола к слабому.
Однако, хотя в истории на всем ее протяжении неоднократно отмечалась взаимная неприязнь троллей и фей, современный мир все изменил: пыльца фей, мощный наркотик с галлюциногенными свойствами, продавался из-под полы в большинстве тролльих клубов, и ныне обе расы связывали мощные экономические интересы.