Серия «Поттериана»
Альберт Лайт пьёт по утрам чай и работает в книжном магазине. И все бы хорошо, вот только он совершенно не помнит, а кто он, собственно, такой.
Набросив приватные чары на пространство вокруг себя, она выкашливает нежные лепестки и пытается не задохнуться. В груди разрастается агония, боль пронзает легкие и, кажется, само сердце и больше не отступает. А Гермиона морщится от ее хватки и обреченно смотрит на цветок нежно-молочной лилии, который лежит на старом пергаменте древней книги, на странице которой написан ее приговор.
История о том, как неожиданная встреча двух людей способна всколыхнуть спокойную послевоенную жизнь в целой стране. Или о том, что люди не меняются.
Она — глава отдела Регулирования и контроля за магическими существами, он — сотрудник отдела Международного магического сотрудничества. Большую часть времени они друг друга игнорируют, ограничиваясь в лучшем случае сухими приветствиями, и, пожалуй, все. Гермиона в целом за последние десять лет думала о Драко Малфое больше пары секунд только… сейчас. И ничто в их взаимоотношениях, никакие предстоящие или прошедшие события, — не объясняют наличие полсотни чертовых роз «Джульетты» в ее кабинете.
Остается ли что-то между двумя людьми, привыкшими быть безоговорочно правыми во всем, когда уходит ощущение первого восторга? И так ли важно интеллектуальное единение, когда на самом деле ищешь тепла и сердечности?
Поэма про попаданца в Гарри Поттера. Любофф с высшими сущностями, превозмогание и чуточка Марти Сью - в общем всё, что я так не люблю в фанфиках.
Примечания автора:
Во избежание участившихся несчастных случаев не употребляйте еду и напитки при прочтении данного произведения!
Хулиганская пародия в день рождения Гарри Поттера по поводу пресыщения фендома Марти Сью-попаданцами.
Гермиона Грейнджер второй год преподает в Хогвартсе Чароведение. И однажды ее урок прерывается неожиданным и совсем уж нежеланным посетителем...
Что бы это ни было — судьба, магия или высшие силы, — оно решило, что Персивалю Грейвсу нужно жить. Только вот его в известность не поставили, а нагло выбросили в 2000-й год. И все, что ему остается — разобраться в происходящем самому. Хочет он того или нет.
Старик Дамби ошибся, Гарри не был крестражем и ему не пришлось умирать. Он жив, но не доволен... тем... что Волди мертв...
Зеленые глаза преследовали ее повсюду, куда бы она ни пошла. То ли правда, то ли игра воображения. Дафна не могла отделаться от мыслей о Гарри, о его раскрасневшемся лице, алых, искусанных губах, о жилке на его шее, подрагивающей от напряжения... Поттер не подходил к ней, но искал встреч, может, даже неосознанно. Нарочно задерживался после занятия, чтобы проводить ее взглядом; спешил к теплицам, чтобы опередить ее и позволить пройти мимо. И сверлил, сверлил, сверлил глазами, словно надеялся...
Для кого-то Бельтейн — праздник, для кого-то работа, для кого-то просто название, созвучное с именем...
Андромеда - звонкий голос, недосягаемая мечта, путеводная звезда, к которой он, Рудольфус Лестрейндж, будет стремиться и миллион световых лет спустя.
Лиса нажимает на рычаг, и с золотым звоном «Поля Чудес» ссыпается «выигрыш». Надувается огромный малиновый пузырь жвачки, и триумфальный смех отдаётся в ушах. Всё это кажется Лисе волшебной сказкой. Словно она самолично раздобыла Золотой ключик. А потом розовый глянцевый пузырь жвачки с оглушительным треском лопается, и ошмётки его оседают на блестящей губной помаде.