Ужасы
Землю атакуют «плотские монстры», обитающие на внутренней стороне планеты, скрытой под земной корой. Изначально это и была Земля, а слой, на котором мы живем, появился позже в ходе планетезимальных сдвигов…
Кларк Эштон Смит – поэт, писатель, художник. Друг Лавкрафта и Говарда. Его мрачное и изысканное воображение создавало странные миры, одновременно исполненные ужаса и притягательности.
Истории рассказывают и о гостях из потустороннего мира, и конце света на иной планете, и о космических путешествиях в дальние уголки космоса…
Ранним утром, на окраине большого города, по колдобинам весенней раскисшей дороги медленно тащился старенький ПАЗовский служебный автобус. Все пассажиры его были давным-давно знакомы, так как трудились вместе на одном предприятии уже продолжительное время…
Она унаследовала свой дар от матери – дар говорить с призраками. Чего они хотят: помощи или мести?
Сможет ли хрупкая девушка противостоять древнему Злу и спасти свою любовь, ведь история из прошлой жизни неминуемо повторяется, требуя завершения?
И Зло уже близко.
Впрочем, как и любовь…
Рассказ, по иронии судьбы, был начат во Всемирный день предотвращения самоубийств.
"Иногда, когда я говорю со стенами,
То они отвечают мне матом."
Содержит нецензурную брань.
Трое незнакомцев решают ограбить одинокого профессора, который живет в лесу совершенно один. Но старик не просто так отделился от общества – он решил заняться незаконной торговлей товара, у которого есть некое побочное действие…
Книга о девочке, которая проживает одновременно две жизни – во сне и наяву. И все чаще ужасы из снов появляются в ее реальной жизни, как будто догоняя её.
Специально для «Сноба» — новый и очень страшный рассказ Владимира Сорокина, который лучше не откладывать на поздний вечер, а прочитать прямо сейчас. Первоклассная проза, заставляющая вспомнить классические образцы магического реализма Габриэля Маркеса, но при этом абсолютно оригинальная и похожая только на Сорокина.
Трэвис любит делать аборты голыми руками. Чвакающие приводят Дэниела в убийственную ярость. Эти два завидных холостяка вот-вот встретят свою пару в Луне и Ребе, двух сучках из другого города, которым нравятся их свободные члены. Выжившие выигрывают полностью оплаченную поездку в камеру изнасилований и пыток Мяса и Луноликого. До сих пор, все это было прелюдией...
Мишка никогда не верил ни в ведьм, ни в проклятия. Все это он считал выдумкой для маленьких детей, но однажды на Хэллоуин с ним случилась странная история…
Юмористический рассказ с мистической составляющей – то, что нужно, если вы прочитали слишком много хоррора на Хэллоуин.
Видеть, как твой любимый человек сходит с ума и не иметь возможности помочь ему — разве может быть что-нибудь страшнее этого?!
От автора: Рассказ занял третье место в литературном конкурсе рассказов в жанре хоррор «Тыквенные семечки».
У новоиспеченного сержанта Bиггинса нет времени на празднества.
Последнее задание отряда - отправиться на канадский Юкон, в самый разгар зимней бури, в город, захваченный древними врагами человека, которые теперь вернулись, чтобы сеять хаос среди снегa...
Рассказ в жанре космической фантастики с претензией на ужасы. В ужасах немного недотянут, но, в целом, неплох.
Новая клиентка агентства «ЭФ» почти уверена, что ее мать убила человека. Да еще и случилось это на сцене театра, перед полным зрительным залом. Феликс со своей командой берутся разобраться в ситуации, даже не подозревая, с какими тайнами театрального закулисья придется им столкнуться.
Это сборник из двух рассказов о двойственной стороне нашей жизни, о её важных аспектах и неверных приоритетах. Каждый рассказ не зависит от другого, но при этом связан едиными нитями. Роли, затронутые в работах, важны и часто не осознаются – это неправильно, так быть не должно.
Она росла на кладбище. Отец был с ней очень строг, особенно по ночам, и она убегала в маленький гранитный город, где чувствовала себя настоящей великаншей. У неё там был друг, Ванечка. Вместе они ели конфетки с надгробий и любовались луной. С Ванечкой никто не играл, а зря – он очень добрый и храбрый мальчик. Однажды он дал ей слово, что никому её в обиду не даст.
Днём я работаю в книжном, а ночью лазаю по заброшкам: в парках, на окраинах. Но как-то раз я нашёл одну, прямо в центре Москвы, которая оказалась не такой уж и заброшенной. Смогу ли я доказать её обитателям, что мне не место среди темноты и сырости бесконечных коридоров? Сумею ли выбраться оттуда, имея при себе лишь карманный фонарик?
Даже самая толстая подкожная броня и внушительные размеры не спасут тебя, если ты особенный ребёнок в мире, не терпящем отступления от стандарта.
Первая пьеса “Театр одной трагедии” разыгрывает сцены уродства и красоты, любви и ненависти, мистицизма и обыденности. “Синедрион” повествует о божественном милосердии посреди жестокости человеческого суда. “Чудовище” рисует мрачными тенями старинную легенду об обитателях готического замка.
Позади послышался треск. Эрика обернулась, но никого не увидела. Вокруг стояли одни лишь деревья. Они тянулись к ней чёрными ветвями, точно костлявыми ведьминскими пальцами, обугленными на костре. По спине пробежал неприятный холодок. Казалось, кто-то или что-то наблюдает из густой темноты…