Эта книга — не инструкция для тех, кто решил завести котенка, и не пособие для опытных кошатников, посчитавших, что одной, двух, трех… кошек в доме маловато. Но это и не сказки о милых пушистиках, сулящих своим хозяевам лишь счастье и уют. Автор, по сути, создает автобиографию с кошачьим акцентом. И вот этот реальный опыт — с настоящими бедами, ошибками, разочарованием, с огромной любовью и искренним, безоглядным доверием — является главным достоинством книги. Ставшая уже банальной великая...
Ами чуть за двадцать, и она отчаянно пытается найти место в мире, будучи «хорошей» девочкой, понимая, что большую часть жизни она убегала от самой себя.Психологическая, философская проза на грани трагикомедии расскажет о детской дружбе, попытке построить серьёзные (или не очень) отношения; о гонке за успехом и тотальной растерянности перед лицом взрослой жизни.
Современная проза, Биографии и Мемуары, Юмористическая проза, Писательское искусство, Ироническая проза
В книге описываются приключения начинающего писателя. От самого детства и до зрелого возраста. В первой главе автор делится своими воспоминаниями о детстве и неприязнью к учебе. С ранних лет его увлечение электричеством и радиотехникой становится основной темой его жизни, несмотря на настойчивые требования родителей заниматься учебными предметами. Он рассказывает о своем несчастье, когда его страсть к электронике сталкивается с ожиданиями окружающих, особенно с давлением, исходящим от матери,...
Ирвин Шоу (1913–1984) — видный американский писатель, один из самых популярных авторов нашего времени. Из-под его пера вышли такие известные романы как «Молодые львы» (1948), «Богач, бедняк» (1970), «Ночной портье» (1975) и множество других. Признанный мастер-романист, Ирвин Шоу создал также немало прекрасных образцов «малой прозы». Новеллы его отличаются изяществом стиля и точностью характеристик — психологических и социальных.
Второе по счету произведение автора создавалось на протяжении трех лет в полном литературном затворничестве. Совершенная свобода формы заключает в себе строгое и откровенное содержание, повествующее о пути человека к Богу. Античные мотивы в экспериментальной повести соприкасаются с провинциальным бытом, что в связке с лексикой всевозможных типов дискурса, работой с языком и желанием писателя ухватиться за мировой опыт создает особую самостоятельную литературную композицию.
Известная польская писательница, автор многих психологических романов в предлагаемой читателю книге обращается к важным морально-этическим проблемам, восстает против равнодушия в отношениях между людьми, особенно когда человеку одному в несчастье и горе трудно справиться со своими бедами и болью. Кроме того, книга Быстшицкой тонкое психологическое исследование состояния человека в сложные, переломные моменты жизни. Она пронизана любовью к людям.
«Девочка с Севера» – воспоминания Солёновой Лии Геннадьевны, рассказывающие историю её семьи, начиная с довоенных лет, и жизни с рождения и по сегодняшний день. В книге также собраны истории людей, встретившихся на жизненном пути автора, отражается картина жизни и быта прошедшего века в нашей стране: Заполярье, вологодская деревня, Украина, Белоруссия, Москва… Это повествование о нелёгком врастании провинциальной девочки в московскую жизнь, семью, в которой четверо детей, непростом пути...
Герман Павлович — новый психолог школы, которая носит звание «рассадника травматизаций». Уже четыре её ученика покончило с жизнью. Герман хочет узнать, что их к этому привело, ведь никакой информации нет, и поэтому все палки и камни летят в школу, кто ещё может быть виноват? Но повседневная рутина сближает его с шестью живыми учениками, и психолога, как окружающих, «рассадник травматизаций» пытается проглотить.
В некоем Городе N появляются лица, которые хотят Родину купить. Естественно, в таком щекотливом вопросе невозможно разобраться без участия юриста. Молодой помощник адвоката, получая новое задание от шефа, совершенно не в курсе, в какую пучину общественно-политических страстей его бросает судьба. А в это время Город N готовится принять Олимпиаду, оппозиционные политики смущают население рассказами о казнокрадстве власть предержащих, а в Соседнем государстве случается переворот, чьи акторы с...
Роман «Собиратели тишины» Дмитрия Филиппова имеет все шансы стать эталонным текстом складывающегося корпуса новой русской военной литературы, рождённой СВО, которую по аналогии с «лейтенантской» можно назвать «прозой добровольцев». Филиппов уходил на войну сложившимся писателем, а вернётся – классиком. «Собиратели тишины» свидетельствуют о значительных потенциях художника: здесь и продуманная архитектура текста, и логически выстроенная композиция, и гремучая смесь эпоса и репортажа, яркий и...
По легендам есть лишь Рай и Ад, но место, о котором говорится здесь совсем не вписывается в ранее заложенные в нас представления. Героям предстоит пройти весь путь по Цитадели. Но смогут ли герои сохранить свою человечность? «Цитадель. Город Мертвых» – лишь одна из многих книг, что повествует о подобном направлении. Существуют сюжеты, что так же развивают и продолжают эту историю и не только. Вселенная «Запертые» имеет в себе не мало произведений, посвященных различным героям.
«Усмешка Авиценны» – сборник рассказов в новой авторской редакции с дополнениями. Все рассказы объединены общей темой – медицинской – и основаны на реальных событиях. Действительно, порой с людьми случаются самые удивительные истории. Когда говорят «нарочно не придумаешь», обычно имеют в виду именно такие ситуации. Особенно если в них задействованы обе стороны – врач и пациент. Между тем, такие необычные происшествия служат примером высокой морали, гуманности, чувства гражданственности и...
Сизая волчица в отместку за убийство самца жестоко расправляется с женой своего обидчика, но, в отличие от людей, не пощадивших ни ее щенков, ни сородичей, оставляет в живых беременную женщину. Волчица не страшится и не бежит от людей – ей неведомы страхи! – и гордо, будто бросая вызов жестокосердному человечеству, смотрит в лицо собственной смерти.
Собранные здесь пустяки являются ничем иным, как заплатками на рваной ленте памяти, изрядно побитой всякими вирусами. Я плохо в них разбираюсь, но слышал, что существуют, в частности, червячки, которые стригут себе важную и неважную информацию - то бишь "точат" (хороший глагол, относящийся к приему пищи). Собственно говоря, никакой изначальной цели во всех этих мелочных глупостях не было: пишется, ну и пишется - тем более, что я старательно заносил их в свой сетевой livejournal: о чем же в нем...
...Я не теряю надежды на то, что когда-нибудь этот сборник разойдется в бумаге. Поэтому я дал ему лаконичное название. Может быть, оно со временем сделается именем общим для подобного рода текстов и будет писаться с маленькой буквы. "Он раскрыл наугад свой колчан". "На прикроватном столике у нее лежал колчан, заложенный утомленной розой". "Устроившись в купе, он вынул карманный колчан в сафьяновом переплете". И так далее...
Броуновским движением заняты мои мысли-воспоминания. Заканчивая цикл "Мемуриалки", я твердо его закончил и решил, что вполне очистился. Не тут-то было. Этих воспоминаний и мыслей, веселых и не очень, не сосчитать. Поэтому я снова собрал все пусть не самое интересное для читателя, но ценное для меня, и предусмотрительно обозвал первой частью.
Про милицию, как и про армию, что ни напишешь - все хорошо. Про медицину труднее, потому что примешивается абстрактный гуманизм, который побуждает приукрасить действительность. Зато в историях про милицию любой гуманизм приобретает юмористический привкус. Все, что последует за этим предисловием, соорудилось благодаря оригинальным идеям моего брата Романа Мельникова, бывшего московского мента, земельного опера, а ныне - респектабельного адвоката. Почти все имена и фамилии подлинные, но вот...
Собранные здесь пустяки являются ничем иным, как заплатками на рваной ленте памяти, изрядно побитой всякими вирусами. Я плохо в них разбираюсь, но слышал, что существуют, в частности, червячки, которые стригут себе важную и неважную информацию - то бишь "точат" (хороший глагол, относящийся к приему пищи). Собственно говоря, никакой изначальной цели во всех этих мелочных глупостях не было: пишется, ну и пишется - тем более, что я старательно заносил их в свой сетевой livejournal: о чем же в нем...