... некоторые люди, получая даже минимальную власть - например - власть "не пущать!", становятся совершеннейшими монстрами, тиранами, злобными жабами, вымещающими свою несчастную жизнь на тех, кто, по их мнению, стоит ниже на ступени социальной лестнице.
Раньше старость действительно называли причиной смерти, но не теперь. Старость – это не болезнь, – напомнил я им. – И пока я не могу найти у нее никакой проблемы со здоровьем.
«Вот так живёшь себе в глуши, лишний раз не заморачиваешься насчёт безопасности, а потом узнаёшь, что отец – могущественный маг, чем-то не угодивший септу, которому благоволит Конклав. Да что там любимый родитель, ну маг и маг – что ужасного? Ничего, вроде бы… Так ещё оказывается, весь мир строится вокруг древнего кровавого ритуала Жатвы, где каждая смерть – что дрова в печи. Жутко? Ещё как! И из этой паутины не выпутаться, потому что на руке метка проклятия.»
«Не ведите себя так, будто у вас разбито сердце, и оно не будет разбито».
я уже успела усвоить одну простую истину: «Не твои дела? Не лезь!».
На каком языке говорит душа? Оторванная от тела, подавленная, загнанная в тень, она подает сигналы в виде болезненных ощущений и необычных симптомов, которые часто вводят в недоумение врачей.
Нас унизили, но мы не унижены.
Он вежливо — я вежливо, он драться — я драться.
У любящей женщины сердце всегда полно надежд; чтобы убить их, нужен не один удар кинжалом, она любит до последней капли крови. Оноре де Бальзак
Дети так упорно стремятся стать взрослыми, не понимая, какой груз положит на их плечи жизнь. И как же потом хочется вернуться в период беззаботности. Только это не возможно.
Какой милый старикашка! – саркастически подумала Пегги, когда Меканикус осматривал ее верхнюю губу. – Хоть бы Себастьян не вышел из себя и не заехал ему по физиономии!
Злость нашла свой выход в взбивании яиц с молоком, и на завтрак я сделала омлет с овощами и ветчиной.
- Ммм, божественно, - сказал Рихард, попробовав немного. - Если бы я уже не был на тебе женат, женился бы прямо сейчас.
- Теперь мне понятно, почему ты на мне женился, - ехидно сказала я. - Чтобы тебя кормили.
- Вот чем плохи князья в подчиненных, - произнес Николай Сергеевич будто в сторону. – Никакой в них ни робости, ни чинопочитания…
Не попробуешь – потом всю жизнь будешь жалеть.
Если в начале пьесы на стене висит ружьё, то к концу оно обязательно выстрелит.
… Если реальность, о которой вы мечтали, оказывается хуже, чем в ваших грезах, значит, вы как-то неправильно мечтали.
там остались несколько наших охранников, это на случай вашей безопасности.
я ведь тоже слабая и беззащитная. Иногда. Крайне редко.
Я считаю, каждый человек на этой земле имеет полное право петь и сплетничать с кем ему нравится. Или с чем. Ваша бабушка – прекрасная женщина, и на мой взгляд, она достойна обладать именно тем вариантом счастья, который выбрала сама, а не в соответствии с вашими или моими критериями. Вы не находите?
- И почему я до сих пор ничего не знал? - раздражённо вопросил Рэнульф. - Между прочим, человек работал на меня, знал многие мои личные тайны!
- А незачем делиться личными тайнами с кем попало
"Стремление быть лучше, не зависит от родословной"
Опыт заставлял ее настороженно относиться к комплиментам. С них разговор начинают в двух случаях: если дальше будет «но» или если хотят чего-то добиться от человека.
Ребенок - это не пустой сосуд, в который родители могут поместить все, что считают нужным. Дети рождаются с собственными сердцами и душами, и полностью переделать это уже не получится, какой только любовью и заботой из не окружай.
Когда тебе страшно, самое лучшее - повернуться лицом к опасности и чувствовать что-то тёплое и надёжное за спиной.
"Мне всегда кажется, что я работаю больше, чем следует. Это не значит, что я отлыниваю от работы, боже упаси! Работа мне нравится. Она меня зачаровывает. Я способен сидеть и смотреть на нее часами. Я люблю копить ее у себя: мысль о том, что с ней придется когда-нибудь разделаться, надрывает мне душу.Перегрузить меня работой невозможно: набирать ее стало моей страстью. Мой кабинет так набит работой, что в нем не осталось ни дюйма свободного места. Придется пристроить к дому новое крыло.К тому же я обращаюсь со своей работой очень бережно. В самом деле: иная работа лежит у меня годами, а я даже пальцем ее не тронул. И я горжусь своей работой; то и дело я перекладываю ее с места на место и стираю с нее пыль. Нет человека, у которого работа была бы в большей сохранности, чем у меня".