В голове у нее всего много – ветра, дури, странных желаний, но вот памяти там нету. Не живет она там, по неизвестным мне причинам...
Пока ты мужику интересна - он от тебя не отстанет. Есть занятия или нет, землетрясения или потоп, услали на край света - он всегда найдет способ быть с тобой. Всегда!
Так не бывает, чтобы всем хорошо и никому не плохо. Кому-то обязательно не повезет, такая несправедливая штука эта жизнь.
– Подвал – до сих пор самое защищённое место в доме. Изначально он задумывался как место, где можно укрыться от угрозы извне, но вполне подойдёт и для того, чтобы держать эту угрозу внутри, пока мы не готовы будем с ней разобраться.
– Вообще-то он был изначально задуман как место для хранения банок с вареньем, – заметила Дженни.
- Хитер ты али простодушен, а? - Не знаю... - Не знаешь? Ну, так я тебе скажу: будь хитер, это лучше, а простодушность - та же глупость, понял? Баран простодушен.
Если у вас есть цель, то вы должны ради неё делать всё, что только можете. Это происходит крайне редко. Люди стесняются, люди ленятся, но одновременно с этим продолжают жаловаться.
Теперь ей казалось, что все кругом больны. Каждый стоящий тут, затягивающийся сигаретой и мокрым воздухом осеннего утра, идущий, едущий, принесший справки на подпись – словом, любой из них нездоров. И не только здесь. Вообще все на Земле тащат на себе груз мучительной болезни, просто кто-то умеет скрывать его, а кто-то нет. В этом и есть наука жизни – прятать сумасшествие настолько глубоко, чтобы самому верить в свою нормальность.
Такая проблема всегда возникает при общении с эльфами. Они воспринимают все вокруг как часть собственной жизненной драмы. И если вы забудете об осторожности, они затащат вас в нее.
Не бывает деревьев без корней.
чудо нельзя получить силой или обманом, его должны тебе подарить, иначе ничего не будет.
Суета есть следствие беспокойного мышления.
Главное - не признаваться. Ни в чем, никогда, ни за что. Чистосердечное признание хоть и уменьшает вину, но увеличивает наказание. Однозначно.
Большинство людей даже не понимают, какая сила таится в словах. Мыслям нужны слова. Словам нужен голос.
Перемены - это просто синоним разочарования
Кошки для меня ничем не отличаются от солнца, океана и воздуха, которым мы дышим.
" - Цельных людей не бывает. Мы все- лишь части."
У равнодушия много масок - и любви, и уважения, и участия…
Коллектив у нас преимущественно женский, зал просторный, людей много, личного пространства почти никакого, только если пригнуться, спрятавшись за невысокой тонкой перегородкой стола. Ну и всем все надо знать. «Посрать», – чуть было не ляпнула я.
А когда долго хреново, ты либо ломаешься, либо начинаешь сиять, чтобы хоть кто-то куда-то выбрался.
До этого вашего управления не дозвонишься,будто там кто-то на телефонном проводе повесился!
— О чем призадумался? — спросила тётка, застав на лице Дениса отстраненное выражение.
— О том, что, наверное, Танька уже пожарила котлеты. Есть хочу.
Рая снова рассмеялась — ее пышная грудь всколыхнулась, светлые кудри на плечах подскочили.
— Вот все вы мужики такие. Мы о большом и светлом…
— …а мы о насущном, — закончил Денис, усмехнувшись. — Не могу я, Рая, о большом и светлом на голодный желудок думать.
– И что в каждом государстве силу имеет тот, кто у власти?
– Конечно.
– Устанавливает же законы всякая власть в свою пользу: демократия – демократические законы, тирания – тиранические, так же и в остальных случаях. Установив законы, объявляют их справедливыми для подвластных – это и есть как раз то, что полезно властям, а преступающего их карают как нарушителя законов и справедливости. Так вот я и говорю, почтеннейший Сократ: во всех государствах справедливостью считается одно и то же, а именно то, что пригодно существующей власти. А ведь она – сила, вот и выходит, если кто правильно рассуждает, что справедливость – везде одно и то же: то, что пригодно для сильнейшего.
Говорят, окружающие нас люди — это наше отражение, которое мы пытаемся спрятать, подавить, что бы не быть похожими на оригинал, из расчета ни в коем случае не потерять свою индивидуальность.
- Тебе нужно отмывать гешефты? Я до тебя имею предложение. Моня — мой первый муж таки понимает в колбасных обрезках. Это был единственный еврей в истории, которого выперли из Израиля за денежные аферы. И это среди евреев!
Как-то по Радио-4 какой-то остряк сказал, что если бы Бетховен жил сейчас, то он бы играл в рок-группе на соло-гитаре. Нет. Он бы сидел на железнодорожной платформе, дышал в бумажный пакет и молился бы, чтобы поскорее проехал поезд, с которым все кончится.