Я девочка, я не хочу ничего решать. Я хочу платье.
Но он знал, что Долдон, ушедший умирать в одиночку, чтобы никого не заразить, - прекрасен. Люди становятся такими, когда у них в сердце загорается звезда. Когда же они умирают, звезда эта вспыхивает в небесах.
Когда видишь результат не только глазами, но и слышишь звон монет в кармане — работается бодрее и легче.
Заметной быть опасно, это все равно что красная тряпка для быков. Раздражает.
Урод — он везде урод, хоть дома, хоть на работе. Волшебной силой любви такое не лечится, что бы себе на этот счёт ни думали некоторые особо озабоченные идеей перевоспитания бабы.
"Приятно иметь доказательства того, что ты тоже не идеален."
Успех там, где сердце и ум работают лучше всего.
"Есть много способов разузнать о человеке. Задать вопрос - самый простой, но не самый верный. Вещи, которые мы выбираем, порой способны рассказать о нас больше, чем близкие друзья. Главное - уметь слушать."
я бы за тебя помолилась, но я атеистка
Метафизику Аристотеля, грубо говоря, можно описать, как разбавленные здравым смыслом взгляды Платона. Аристотеля трудно понять, потому что нелегко соединить взгляды Платона со здравым смыслом.
Ну вот, кажется, мы начинали мериться одним местом. У него оно физически присутствует, а у меня фактически.
<...> тот, кто живет размеренно и мыслит рационально, никогда не отчаивается.
Легко ли остаться без любви, когда без нее уже не можешь...
Все истории постоянно повторяются: войны, голод, финансовые кризисы, разбитые сердца, разведенные пары, смерть, горе... Счастливый конец встречается крайне редко.
Возможно, я слишком привередлива, но мне кажется, что поиск интимной близости исключительно ради самоудовлетворения – это то же самое, что страсть алкоголика или обжоры.
Можно сколь угодно оптимистично отнестись к идее, что мы уже надругались над природой, но совсем другое дело — предположить, что мы просто спровоцировали этот процесс; сначала в неведении, а потом в отрицании создав климатическую систему, которая будет воевать с нами на протяжении столетий, возможно, пока не уничтожит нас.
Однажды Марит вызвали к начальству. К руководителю руководителя руководителей.
«Теперь самое большое отвращение у него вызывали дети. Сопли, прыщи, чесотка, бородавки, вши, экзема… Этот список можно продолжать до бесконечности. Маленькие беззащитные источники инфекции без цели и смысла. К тому же злые.»
Несколько минут они стояли молча, любуясь кипящей серебром луной, ее бледным отражением в неподвижной воде и седыми языками тумана, что, неспешно клубясь, стлались над поверхностью озера. Казалось, будто весь мир был только что создан специально для них двоих.
Можно много рассуждать о достоинствах и недостатках данной книги, но если она, по прочтению, заставляет найти и побольше прочесть, а так же посмотреть произведения Св. Андрея Рублёва - это многого стоит!
Действительно, господа, зачем тратить лишние слова, если разговор превосходно ведется и без вашего участия?
Насколько я знаю, моя мать, как все несчастные люди, унижает тех, кто находится у нее в подчинении, потому что сама унижается перед вышестоящими.Она портит мне жизнь, но это не самое худшее. Она еще и стыдится меня, поскольку я слишком толстый. Моя полнота не так заметна в убогом пригороде, где мы живем, но здесь лишние килограммы – признак бедняка, а значит, неудачника, и это вредит профессиональному имиджу матери. Когда человек уверен в себе, он строен, и ему всегда сопутствует удача, – так написано в Конституции. Дети заучивают это в школе наизусть, а потом, став взрослыми, платят штрафы, если растолстеют.
Нахожу странным, что один человек любит меня за добро, которого я никогда не совершал, и столь многие ненавидят за лучший в моей жизни поступок
Музыка меняет кристаллическую решетку души, заставляя переходить из одного состояния в другое: из воды в лед, изо льда в пар, из пара в облако и лететь.
Сколько всего может расти внутри Дэниела, внутри каждого человека. Он носил в себе маму и Леона, Майкла и Вивиан, город. Образы, сжавшиеся до волосинки, обрезка ногтя и одного выросшего не на своем месте зуба. Коллекция тайных опухолей.