Цитаты
283141
— …Правду искать зачастую действительно бессмысленно. Правду нужно создавать, гнуть под себя, крутить в бараний рог. Именно так и рождается справедливость, а не в слезах, соплях и надеждах.
Я наследница миллионных банковских счетов, ассигнаций, заводов и мануфактур. Я молода, у меня есть любящий заботливый муж, а самая большая проблема, с которой приходилось сталкиваться – это сумочка, не подходящая по цвету к платью. О такой жизни, как у меня, мечтают многие девушки в империи. А вот о такой смерти, как у меня– бредят лишь в кошмарах. Но именно с кончины и официальных похорон начинается моя история. Наказать предателя-мужа, найти убийцу собственного отца, если ты оказалась на самом...
«А день обещал быть приятным… Но, собака, слова своего не сдержал…», – обреченно подумал Тэд.
Я наследница миллионных банковских счетов, ассигнаций, заводов и мануфактур. Я молода, у меня есть любящий заботливый муж, а самая большая проблема, с которой приходилось сталкиваться – это сумочка, не подходящая по цвету к платью. О такой жизни, как у меня, мечтают многие девушки в империи. А вот о такой смерти, как у меня– бредят лишь в кошмарах. Но именно с кончины и официальных похорон начинается моя история. Наказать предателя-мужа, найти убийцу собственного отца, если ты оказалась на самом...
— Женщины – как мысли. Если растиражированы и доступны всем, как бульварные листки – не особо интересны. Их можно послушать лишь разок, когда очень хочется заняться чем – то другим.
Я наследница миллионных банковских счетов, ассигнаций, заводов и мануфактур. Я молода, у меня есть любящий заботливый муж, а самая большая проблема, с которой приходилось сталкиваться – это сумочка, не подходящая по цвету к платью. О такой жизни, как у меня, мечтают многие девушки в империи. А вот о такой смерти, как у меня– бредят лишь в кошмарах. Но именно с кончины и официальных похорон начинается моя история. Наказать предателя-мужа, найти убийцу собственного отца, если ты оказалась на самом...
«Трудно нам, упорным людям, всё в этой жизни дается. Трудно…Зато всё».
Я наследница миллионных банковских счетов, ассигнаций, заводов и мануфактур. Я молода, у меня есть любящий заботливый муж, а самая большая проблема, с которой приходилось сталкиваться – это сумочка, не подходящая по цвету к платью. О такой жизни, как у меня, мечтают многие девушки в империи. А вот о такой смерти, как у меня– бредят лишь в кошмарах. Но именно с кончины и официальных похорон начинается моя история. Наказать предателя-мужа, найти убийцу собственного отца, если ты оказалась на самом...
Как оказалось, лучше всего в вежливых уговорах помогает страх.
Я наследница миллионных банковских счетов, ассигнаций, заводов и мануфактур. Я молода, у меня есть любящий заботливый муж, а самая большая проблема, с которой приходилось сталкиваться – это сумочка, не подходящая по цвету к платью. О такой жизни, как у меня, мечтают многие девушки в империи. А вот о такой смерти, как у меня– бредят лишь в кошмарах. Но именно с кончины и официальных похорон начинается моя история. Наказать предателя-мужа, найти убийцу собственного отца, если ты оказалась на самом...
Незваному гостю здорово прилетело от щедрот моей испуганной души. Оная же сейчас так прочно укоренилась в пятках, что не желала выбираться из столь надежной и спасительной части тела ни за какие коврижки.
Я наследница миллионных банковских счетов, ассигнаций, заводов и мануфактур. Я молода, у меня есть любящий заботливый муж, а самая большая проблема, с которой приходилось сталкиваться – это сумочка, не подходящая по цвету к платью. О такой жизни, как у меня, мечтают многие девушки в империи. А вот о такой смерти, как у меня– бредят лишь в кошмарах. Но именно с кончины и официальных похорон начинается моя история. Наказать предателя-мужа, найти убийцу собственного отца, если ты оказалась на самом...
Стыковка прошла удачно. Не хуже встречи на самом высшем уровне. Обе стороны остались под впечатлением. Примус – погнул в радостном приветствии днище. Ловец обзавелся весьма солидным приобретением – шишкой.
Я наследница миллионных банковских счетов, ассигнаций, заводов и мануфактур. Я молода, у меня есть любящий заботливый муж, а самая большая проблема, с которой приходилось сталкиваться – это сумочка, не подходящая по цвету к платью. О такой жизни, как у меня, мечтают многие девушки в империи. А вот о такой смерти, как у меня– бредят лишь в кошмарах. Но именно с кончины и официальных похорон начинается моя история. Наказать предателя-мужа, найти убийцу собственного отца, если ты оказалась на самом...
Марлен скривилась, словно отхлебнула из бокала уксуса на светском приеме, когда прозвучал тост за здравие монарха. Такой глоток и выплюнуть нельзя, и проглотить сил нет.
Я наследница миллионных банковских счетов, ассигнаций, заводов и мануфактур. Я молода, у меня есть любящий заботливый муж, а самая большая проблема, с которой приходилось сталкиваться – это сумочка, не подходящая по цвету к платью. О такой жизни, как у меня, мечтают многие девушки в империи. А вот о такой смерти, как у меня– бредят лишь в кошмарах. Но именно с кончины и официальных похорон начинается моя история. Наказать предателя-мужа, найти убийцу собственного отца, если ты оказалась на самом...
…Лучшая приправа к любому блюду – это голод. Мой желудок согласился с сей умной мыслью…
Я наследница миллионных банковских счетов, ассигнаций, заводов и мануфактур. Я молода, у меня есть любящий заботливый муж, а самая большая проблема, с которой приходилось сталкиваться – это сумочка, не подходящая по цвету к платью. О такой жизни, как у меня, мечтают многие девушки в империи. А вот о такой смерти, как у меня– бредят лишь в кошмарах. Но именно с кончины и официальных похорон начинается моя история. Наказать предателя-мужа, найти убийцу собственного отца, если ты оказалась на самом...
— Ну, ба-а-а, опять чай? А нет чего покрепче?
— Могу дать орех.
Я наследница миллионных банковских счетов, ассигнаций, заводов и мануфактур. Я молода, у меня есть любящий заботливый муж, а самая большая проблема, с которой приходилось сталкиваться – это сумочка, не подходящая по цвету к платью. О такой жизни, как у меня, мечтают многие девушки в империи. А вот о такой смерти, как у меня– бредят лишь в кошмарах. Но именно с кончины и официальных похорон начинается моя история. Наказать предателя-мужа, найти убийцу собственного отца, если ты оказалась на самом...
— Господи, Ванилька, с тобой я точно раньше времени поседею, — тихо шепчет, оставляя короткие поцелуи на моём лице.
— Да это не страшно, волосы можно покрасить. Главное, не полысеть, тут уже сложнее.
Казалось, если у тебя есть цель и желание, то всё должно получиться. Да только мой парень оказался придурком, с работы уволили, а я не придумала ничего лучше, чем провести ночь с незнакомцем. Но и этого фортуне- дуре стало мало, когда я пришла устраиваться на работу няней для пятилетней девочки, а меня встретил тот самый незнакомец. *** — Девушка, вы насчёт работы? Няней? Тяжёлый взгляд, вес танка и крупногабаритный рельеф — этого нельзя забыть. Это он. — Нет. Я ошиблась адресом. — Точно?...
Была бы ведьма, а хворост для костра найдется.
Утро уже доброе, если ты проснулась сама, а не была поднята некромантом. А вот если после ночной смены ты узнаешь, что отныне некромант будет твоим коллегой, то утро определенно злое. И ты сама – тоже! А как иначе может быть у светлой чародейки. Ритуалистки. Офицера-дознавателя, который ловит темных магов, нарушивших закон. И тут один из сынов Мрака – и напарник? Ну уж нет! Но и сам присланный для помощи следствию сумеречный чародей, кажется, не в восторге от новых сослуживцев. Что из...
— Тебе не говорили, что ты невыносим?
— Невыносимых людей не бывает, — возразили мне сухим, скорбным тоном профессионального бурлака. — Бывают слабые плечи и заклинивающие колеса у грузовых тележек.
Аня — фотограф. Она на своем опыте убедилась: отличное фото определяет не глубина резкости, а глубина чувств. Ник — ведущий инженер-программист. Он тот, кто знает: от его ошибки зависят жизни многих людей. И его собственная — тоже. Два профессионала, два совершенно противоположных характера, два совершенно разных мира. Они не должны были встретиться. Но их дороги пересеклись, когда на загородной трассе заглохла одна старенькая семерка. И это была только вторая за день крупная неприятность у...
— Да я была тебе настолько верной дурой, что, даже переходя дорогу, налево не смотрела.
Аня — фотограф. Она на своем опыте убедилась: отличное фото определяет не глубина резкости, а глубина чувств. Ник — ведущий инженер-программист. Он тот, кто знает: от его ошибки зависят жизни многих людей. И его собственная — тоже. Два профессионала, два совершенно противоположных характера, два совершенно разных мира. Они не должны были встретиться. Но их дороги пересеклись, когда на загородной трассе заглохла одна старенькая семерка. И это была только вторая за день крупная неприятность у...
…Хоть сегодня и был не рыбный день, но лещей надавать ой как захотелось.
Аня — фотограф. Она на своем опыте убедилась: отличное фото определяет не глубина резкости, а глубина чувств. Ник — ведущий инженер-программист. Он тот, кто знает: от его ошибки зависят жизни многих людей. И его собственная — тоже. Два профессионала, два совершенно противоположных характера, два совершенно разных мира. Они не должны были встретиться. Но их дороги пересеклись, когда на загородной трассе заглохла одна старенькая семерка. И это была только вторая за день крупная неприятность у...
— Стас, вот я смотрю на тебя и думаю, что… не олень на свитере, а свитер на олене… — Я выразительно опустила взгляд на грудь бывшего, где как раз и был изображен этот спутник Санты.
Аня — фотограф. Она на своем опыте убедилась: отличное фото определяет не глубина резкости, а глубина чувств. Ник — ведущий инженер-программист. Он тот, кто знает: от его ошибки зависят жизни многих людей. И его собственная — тоже. Два профессионала, два совершенно противоположных характера, два совершенно разных мира. Они не должны были встретиться. Но их дороги пересеклись, когда на загородной трассе заглохла одна старенькая семерка. И это была только вторая за день крупная неприятность у...
…Я психанула настолько, что в приступе ярости насмерть загрызла три сосиски, обнаружившиеся в холодильнике.
Аня — фотограф. Она на своем опыте убедилась: отличное фото определяет не глубина резкости, а глубина чувств. Ник — ведущий инженер-программист. Он тот, кто знает: от его ошибки зависят жизни многих людей. И его собственная — тоже. Два профессионала, два совершенно противоположных характера, два совершенно разных мира. Они не должны были встретиться. Но их дороги пересеклись, когда на загородной трассе заглохла одна старенькая семерка. И это была только вторая за день крупная неприятность у...
Летела я на запредельной для старенькой классики скорости — аж пятьдесят километров в час.
Аня — фотограф. Она на своем опыте убедилась: отличное фото определяет не глубина резкости, а глубина чувств. Ник — ведущий инженер-программист. Он тот, кто знает: от его ошибки зависят жизни многих людей. И его собственная — тоже. Два профессионала, два совершенно противоположных характера, два совершенно разных мира. Они не должны были встретиться. Но их дороги пересеклись, когда на загородной трассе заглохла одна старенькая семерка. И это была только вторая за день крупная неприятность у...
Дверь распахнулась, и жарко целующаяся парочка, не обращая ни на что внимания, вот-вот готова была прямо с порога приступить к процессу деторождения. Точнее, к первой его части — зачатию.
Аня — фотограф. Она на своем опыте убедилась: отличное фото определяет не глубина резкости, а глубина чувств. Ник — ведущий инженер-программист. Он тот, кто знает: от его ошибки зависят жизни многих людей. И его собственная — тоже. Два профессионала, два совершенно противоположных характера, два совершенно разных мира. Они не должны были встретиться. Но их дороги пересеклись, когда на загородной трассе заглохла одна старенькая семерка. И это была только вторая за день крупная неприятность у...
Какой смысл убивать противника? Ведь тогда он никогда не узнает, что проиграл, а стать настоящим победителем можно только при наличии противника, который побит тобой и сознает это.
Представьте, вы идете себе, никого не трогаете, и вдруг вам на голову падает фермерский домик, который принес неведомо откуда взявшийся ураган. Или вы — честный волк, промышляющий поросятами да серыми козлами, но внезапно вам в голову приходит абсолютно сумасшедшая идея — отправиться за тридевять земель и сожрать какую-то жилистую, невкусную старуху. Причем подспудно вы чувствуете, что за это с вас сдерут шкуру, но все равно следуете этому странному, словно навязанному вам желанию. Вот что...
Грехи — это смертоносный груз, но добродетели также верно ведут к смерти.
Представьте, вы идете себе, никого не трогаете, и вдруг вам на голову падает фермерский домик, который принес неведомо откуда взявшийся ураган. Или вы — честный волк, промышляющий поросятами да серыми козлами, но внезапно вам в голову приходит абсолютно сумасшедшая идея — отправиться за тридевять земель и сожрать какую-то жилистую, невкусную старуху. Причем подспудно вы чувствуете, что за это с вас сдерут шкуру, но все равно следуете этому странному, словно навязанному вам желанию. Вот что...
Нянюшка широко, во все зубы, улыбнулась. Госпожа Гоголь тоже улыбнулась, по зубам превзойдя ее штук на тридцать.
Представьте, вы идете себе, никого не трогаете, и вдруг вам на голову падает фермерский домик, который принес неведомо откуда взявшийся ураган. Или вы — честный волк, промышляющий поросятами да серыми козлами, но внезапно вам в голову приходит абсолютно сумасшедшая идея — отправиться за тридевять земель и сожрать какую-то жилистую, невкусную старуху. Причем подспудно вы чувствуете, что за это с вас сдерут шкуру, но все равно следуете этому странному, словно навязанному вам желанию. Вот что...
В принципе, нянюшка Ягг любила готовку — разумеется, если при этом кто-нибудь другой шинковал овощи, а потом мыл посуду.
Представьте, вы идете себе, никого не трогаете, и вдруг вам на голову падает фермерский домик, который принес неведомо откуда взявшийся ураган. Или вы — честный волк, промышляющий поросятами да серыми козлами, но внезапно вам в голову приходит абсолютно сумасшедшая идея — отправиться за тридевять земель и сожрать какую-то жилистую, невкусную старуху. Причем подспудно вы чувствуете, что за это с вас сдерут шкуру, но все равно следуете этому странному, словно навязанному вам желанию. Вот что...
Матушке доводилось слышать, что в заграничных краях есть страны, где ворам рубят руки, чтобы нечем было воровать. Такой подход она никогда не одобряла.
В Орлее этого не делали. Тут сразу отрубали головы, чтобы о воровстве нельзя было даже помыслить.
Представьте, вы идете себе, никого не трогаете, и вдруг вам на голову падает фермерский домик, который принес неведомо откуда взявшийся ураган. Или вы — честный волк, промышляющий поросятами да серыми козлами, но внезапно вам в голову приходит абсолютно сумасшедшая идея — отправиться за тридевять земель и сожрать какую-то жилистую, невкусную старуху. Причем подспудно вы чувствуете, что за это с вас сдерут шкуру, но все равно следуете этому странному, словно навязанному вам желанию. Вот что...
— …Я на критику не обижаюсь. Никто не может сказать, будто я обижаюсь на критику…
— И правда не может, — подтвердила нянюшка. — Если не хочет потом пузыри пускать.
Представьте, вы идете себе, никого не трогаете, и вдруг вам на голову падает фермерский домик, который принес неведомо откуда взявшийся ураган. Или вы — честный волк, промышляющий поросятами да серыми козлами, но внезапно вам в голову приходит абсолютно сумасшедшая идея — отправиться за тридевять земель и сожрать какую-то жилистую, невкусную старуху. Причем подспудно вы чувствуете, что за это с вас сдерут шкуру, но все равно следуете этому странному, словно навязанному вам желанию. Вот что...