"У них не едят простую сметану, - подумал Штирлиц. - А у нас мечтают о простой корке хлеба. А здесь нейтралитет: восемь сортов сметаны, предпочитают взбитую. Как, наверно, хорошо, когда нейтралитет. И для человека, и для государства...
Все в этом мире имеет какой-то смысл. В нем нет ничего бесполезного или случайного.
— Ты и «Гордость и предубеждение» читал?
— Я думал, это что-то вроде сиквела.
— Никто никогда не читал ради меня книгу, а тем более две.
Поединок не обещал быть простым, но Дин-Шамис был слишком несдержан, слишком порывист и гневлив. А тот, кто позволяет злости управлять собой, то быстрее слепнет и глохнет, становясь легкой добычей.
Каждое хорошее рабочее утро начинается с втыка. Взгреет начальство — и ты сразу получаешь заряд бодрой злости, словно сел на шприц с адреналином.
"— А теперь что, в ней проснулась стыдливость и совесть? Если так, то нужно немедленно ее показать специалисту, потому что у нее их отродясь не было."
В графе достоинств получилось сто четырнадцать пунктов, и в принципе она могла бы продолжить. Яра погрызла кончик ручки. Развестись хотелось уже не так сильно. Определенно, такая корова нужна самому. И вообще, так можно решить, что ее муж просто-таки идеал…
Но Смерч был непревзойдённым мастером в искусстве так послать к демонам, что собеседник с радостью начнет паковать чемоданы, чувствуя себя при этом важным послом. А ещё был способен убедить, что круг – это квадрат, только без углов, и создать эффект хука, выбившего челюсть, даже не ударив.
«Как леди устроить счастливый брак?
Разумнее всего искать будущего супруга среди тех, с кем знакома с детства. По крайней мере его тараканы будут знакомы с вашими».
Не знала, то ли смеяться, то ли ругаться. За стеной, в крестьянском лагере, нас ожидал наш охранник с животинами. Грегор купил двух коров, небольшую телку и бычка, на телеге в коробе истерично визжали поросята, отдельно связанные, лежали несколько овечек, периодически оглашая округу испуганным блеянием. Вот куры, как обычно, молодцы, они спали.
" В молчании рождается либо скука, либо истина"
Спешащие за подарками люди толкали беззвучно стоявшую девушку.
«Это хорошо, что я чувствую, как меня толкают, – лихорадочно размышляла Надя, – это значит, я еще жива».
Толстый мужчина в меховом пальто чуть не сбил Надю с ног и обругал ее.
«Это хорошо, что я слышу, как мне говорят «уйди с дороги, прошмандовка, чего вылупилась», – думала Надя, – это значит, я существую среди людей, которые меня замечают».
— Наверное, надо было что-то сказать, как-то прояснить ситуацию, но я боялась. Нет, не слов, а того, что последует за ними.
Воображение может причинять такую же боль, как и реальность. Нет, даже большую, поскольку над воображением не властны ни время, ни расстояние.
Женщины всегда хотят большего. Все как одна.
Любовь можно найти всегда... Были бы деньги. Будут деньги, будет и любовь.
Кстати, зачем вы пришли? Правильный ответ "Чтобы видеть Вас!" С ударением на "Вас" и страстным пожиманием моей руки.
Действительно, прямые указания шаха выполнялись, казалось, беспрекословно. Но... Жизнь все-таки шла своей дорогой, часто помимо воли шаха.
У некоторых людей есть только книжный опыт.
Когда эльфы выходят на тропу войны – это красиво. Когда орки выходят на нее же – кроваво. Когда люди – от нелепого до ужасного. Когда гномы… Они редко до такого доводят. Но если доводят, то готовятся к любой неожиданности.
Языковеды установили, что водка настаивается на травке „Ерофей“ — hypericum perforatum, которая иначе именуется „зверобой“. Данные о том, что трава „Ерофей“ есть именно „хиперикум перфоратум“, можете получить у того же В. И. Даля, а вот что она есть одновременно и „зверобой“, это я вычитал в справочнике „Федченко и Флёров, Флора Европейской России, С. — Петербург, издание А. Ф. Девриена, 1910“. «Настойка „Ерофеич“ была известна уже в 18 веке, название она получила по отчеству своего составителя, некоего фельдшера, который был в большой моде в середине 18 века. Сей фельдшер внес свой вклад в русскую историю еще и тем, что светлейший князь Г. Потемкин, поставив на больной глаз припарку, составленную по рецепту Ерофеича, на оный глаз окривел, что привело к заметному падению популярности эскулапа.
И всё-то у нас так! Нужно государю стольный город строить – понятно. Поставили казенный кирпичный завод в Волхове, где глины хорошие. Ладно. Лепи, вези, строй. Так нет же, везти не везут, а своим людишкам на перепродажу отдают! На всём нужно уворовать! По десяти копеек кирпич, это сколько ж они на каждой телеге берут? Рубля по три, по четыре? Шутка ли? Я на честной торговле столько не выручу.
мертвецы как брёвна
— Это, блин, не парадокс какой-нибудь, пап! Не математика. Это моя жизнь. Я говорю о людях, которых люблю. Нет такой волшебной формулы или неизвестной, благодаря которой уравнение сойдётся.
— Ты прав, Финн. Но для таких, как мы с тобой, всё в жизни парадокс. Мы обречены по десять раз всё обдумывать. Это мы умеем лучше всего. Вот только иногда ответ очень прост. И в математике, и в жизни.
Каждый творец любит похвалу, даже если втайне знает, что ему льстят.