Непросто было изучить сразу людей империи, понять их ценности и образ мыслей. Но храм нашел свой путь.
Прекрасные и нежные женщины Бактрии - вот то тайное оружие, с помощью которого завоевывались и укреплялись позиции. Именно они должны были привносить в империю свою религию. Ведь с помощью женщин легко можно влиять на мужчин.
Люси вдруг произнесла: «Мне пришла в голову ужасная мысль, Сью».
– Какая?
– Что будет, если когда-нибудь в нашем мире люди станут дикими, как звери, а выглядеть будут как люди, и невозможно будет разобрать, кто есть кто?
Любaя мысль, возникшaя в вaшем мозгу и укрепившaяся тaм, окaжет, воздействие нa вaшу жизнь.
родить ребенка вообще и родить ребенка от мужчины, о котором тоскует плоть, - далеко не одно и то же
Волей-неволей мисс Валевски видела отношение ее покровителя к Агнешке и признавала – это настоящие чувства. Она впитывала каждый жест, каждый взгляд и понимала: то, что заставило ее потерять голову, это не любовь. Влюбленность, страсть, запретный плод. А любовь – вот она. Совсем другая. Тихая, молчаливая, горящая ровным пламенем, словно очаг.
Добрый Пит Мелларк гораздо опаснее для меня,чем злой. Добрые люди норовят проникнуть тебе в самое сердце.
Это доверие, Пейдж. Оно либо есть, либо нет.
Пусть это смелое обобщение, но престарелые менее болезненно воспринимают смерть или крупные трагедии. Старики способны разволноваться от пустяков вроде дорожных пробок, очередей в аэропорту, плохого обслуживания, но драматические события от них просто отскакивают.
– Помните, что вы мне постоянно говорили? – Виктор повысил голос: – «Они не люди!», «Не очеловечивайте их!», «Все, что они хотят, это сожрать!». Вы хоть сами себе верили? И после всех этих разумных слов что вы сделали? В одиночку рванули сломя голову к дому Хмельницких, чтобы отдать жизнь за «не человека»! Никогда не поверю, что в этот момент вы думали о кучке пьяных анархистов! Нет, вы были готовы погибнуть, спасая своего дива!
... я всё чаще задумывалась о том, что есть добро, а что есть поступок. Я даже в википедию залезла и статьи на эту тему полистала. Но легче не стало, из-за чего мне казалось, что я упустила из виду что-то очень важное. Учителей в школе, что ли, лучше слушать надо было, когда сама была ребёнком. Я ведь помню, как нам ловко всё объясняли и в начальной школе, и потом, на уроках литературы, когда нужно было привести пример бескорыстия из того или иного произведения.
– Быть тенью – это значит не просто беречь кого-то от покушений, – едва заметно улыбнулся мастер Зен. Вернее, мне показалось,что он улыбнулся, потому в уголках его глаз пoявились крохотные морщинки. – Давая магическую клятву, тень становится физическим продолжением хозяина. Знает все его страсти. Все привычки. Слабости. Быть чьей-то тенью это значит забыть, кем ты был раньше и кем мог бы стать. И всю свою жизнь перестроить таким образом, чтобы она стала дополнением жизни хозяина. Тень всегда рядом с ним. На шаг позади. В его собственной тени. В дождь или в стужу. Дома или в изгнании. В свете или во тьме… у нас нет будущего, ученик. Мы живем лишь тем, что дает нам хозяин. Но тень – не слуга, запомни это. Быть тенью – это означает стать отражением того,кому ты поклялся в верности. Как только вас связали магические узы, вся ответственность за то, что делает тень, ложится на плечи ее владельца. Ее ошибки. Поражения. И даже эмоции.
Спонтанное освобождение кишечника при виде чего-то страшного, непонятного – атавизм, который сохранился с первобытных времен. Наши пращуры при виде врага, крупного зверя или непонятно кого спешили удрать, а бежать быстрее налегке.
Не шантажистка,... а лицо, располагающее всей полнотой информации!
Люди, сидящие на троне, обычно не видят, что написано внизу.
Только вот что я вам скажу, вы уж не обижайтесь на старика, но понятно, почему оман вас отселил. Кто ж такую умную бабу при себе потерпит? А вы ещё и дочь тому же учите.
– Тебе скучно со мной? – спросила я.
– Почему?
– Я говорю то, что ты хочешь слышать. Не надоело?
– Нет, ты же знаешь, мне это удобно.
— Марк, у тебя совесть вообще есть? — устало полюбопытствовал некромант.
— Со-о-овесть? — протянул эр следователь, задумчиво нахмурившись. — Мелкий астральный паразит из семейства душеглодов и нервососов? Нет! Я слежу за тем, чтоб ко мне не цеплялась подобная пакость. И тебе рекомендую.
Дак ведь он из диких мест,
Что увидит, то и ест!
Помнишь вазу из топазу?
Слопал, ирод, — вот те крест!
Кабы он просил, злодей,
Лососины да груздей —
Дак ведь жрет чаво попало,
От фарфору до гвоздей!
Всего этого в мире людей в избытке. Научись только пользоваться их слабостями, их бесконечной, неуемной алчностью - и ты властитель мира.
Дети не от жены могут быть только у того, кто не может содержать жену, понимаешь? У кого не хватает денег расплатиться за беременность, и он делает ребёнка на стороне, по дешёвке. Или просто не умеет держать штаны застёгнутыми. Это гнуснейшее оскорбление достоинству мужчины.
Чужие нас не предают, предают свои.
- Я не преодолевал ее. Я живу в этом мире уже несколько тысяч лет. - Ангел посмотрел на старика и произнес на колханском диалекте. - После того, как провел ритуал Миркары.
Зодчий нахмурился и, спустя мгновение, задал на том же языке высших светлых существ единственно правильный, с моей точки зрения, вопрос:
- Над кем ты провел его?
Я даже испытал что-то типа удовлетворения - старикан ударил в яблочко.
И я хотел бы поглядеть, как он отреагирует на ответ Энджи.
Мой друг помолчал. Потом, без особого желания, признался:
- Над Буллфером. Хозяином Срединных земель. В будущем. Пять тысяч лет вперед.
Но в любом случае ты молодец, ты дала нам цель. Просто идти и идти куда-то – это два разных дела.
Безделье дает начало творческим мыслям, одиночество и тишина заставляют сердце говорить.
- Я рада, что ты жив. - Я убийца, и ты рада, что я жив?