Мне вообще-то не нравится хамить людям, но для некоторых индивидуумов вежливость является всего лишь признаком слабости. Подобное заблуждение очень часто поселяется в головах мелких чиновников – людей лишь номинально прилипших к власти, словно жвачка к подошве.
В человеческом жилище вам места нет.
Огонь горяч и яростен, Вода текуча и непостоянна, Земля тверда и непоколебима, а Воздух игрив и крайне переменчив.
– Я его вообще не сужу. Просто поясняю на будущее: влюблённая женщина, подозревающая кого-либо в желании разлучить её с избранником, – это совершенно непредсказуемое существо, способное на самые невероятные поступки. Пусть сделает себе зарубку на память. А теперь о Лиарене… Я занимался с ней всего несколько раз, но главное она усвоила очень хорошо и всегда сначала ставила защиту, а потом выполняла задание, не забывая постоянно держать под присмотром всё вокруг. И потому я никогда не поверю, будто она могла не следить за Таем и не поставила щит прежде, чем ей скомандовал Барент. Как я думаю, специально создала самый незаметный, чтобы путник не увёл её обманом. Вот ему она не верила и считала способным на любую подлость.
Даже кривое зеркало остаётся всего лишь зеркалом.
— Вы до сих пор хотите эту женщину, не смотря на то, что она стала замужней?
— На удивление, она не потеряла своей привлекательности для меня, — губы короля превратились в тонкую полосу, а брови сошлись на переносице. — Скажу больше — я жажду ее еще сильнее. Воистину, чужое всегда слаще…
И все-таки секс без эмоций — деньги на ветер. Это не то. Быстрое, торопливое, завязанное на одной лишь технике и инстинктах.
Ж-животное, как любит говорить моя приятельница.
Только надо пользы для
Завлекать его не зля —
Делать тонкие намеки
Невсурьез и издаля.
– Лайфхак: если первый сообщишь про свое уязвимое место, никто не сможет его найти и тебя этим задеть. Короче, если порвал штаны на очке, лучше ходи и всем рассказывай, как будто это прикол. Это лучше, чем ждать, пока кто-то заметит и посмеется.
«Я люблю одиночество.
Но… или я убедил себя, что мне так лучше».
Сериал «Доктор Хаус»
Из всех ритуалов самый сильнодействующий – жертвоприношение, потому что самое сильное чувство в мире – это страдание.
– Но я хотела прогуляться верхом... Уилл откинул одеяло. – Идите сюда, и я научу вас кататься верхом.
«Свои чаще всего промеж глаз и стреляют.»
Женщины – странные создания. Как правило, именно в те моменты, когда у нас в жизни все не просто хорошо, а замечательно, из-за угла, откуда ни возьмись, выскакивает коварная мысль, и женщина, с готовностью за нее схватившись, начинает ее думать.
– Прямо Сид и Нэнси, – говорит Верена, указывая на ту же парочку.
– Кто это? – спрашиваю я.
– Сид Вишес играл в модной в 1970-х группе «Секс Пистолс». У них с Нэнси был роман. Оба были наркоманами. Сид очень любил Нэнси, но в наркотическом бреду убил ее. Когда его привезли в участок, он без конца повторял: «Я убил ее. Я не могу жить без нее. Она просто упала на нож». А потом он и сам с собой покончил.
– Круто. А в чем прикол?
– Они стали символом безумно влюбленных.
– Он под наркотиками ее зарезал, и они стали символом вечной любви? И меня еще называют психопатом?
...неразвитый ум порождает стремление унизить и уничтожить то, чего он не понимает.
Встреча двух пар губ – это подлинное чудо.
Она горестно думала, что в молодости тщетно старалась внушить к себе любовь, а в зрелом возрасте – почтение. А между тем она ощущала, что и прежде, и теперь заслуживала того, к чему стремилась.
Я научу вас, каким образом, если вы увидели прекраснейших сирен и совокупились с ними, уберечься от галльской болезни.
Челлини писал и об этом.
Я был заключен в мрачную подземную темницу, располагавшуюся ниже уровня сада, которая периодически затоплялась водой и была полна пауков и ядовитых гадин. Швырнув на пол драный тюфяк из грубой пеньки и лишив меня ужина, тюремщики заперли за мной четыре двери… Всего лишь полтора часа в день мог я видеть крохотный лучик света, который пробивался в эту злосчастную камеру через крохотное оконце. Всю остальную часть дня и ночи я был обречен на пребывание в кромешном мраке. И это узилище было, как говорят, наименее ужасным в этих катакомбах. От моих товарищей по невзгодам я узнал о несчастных душах, которые провели свои последние дни в несравненно худших условиях – в омерзительно грязных казематах, устроенных глубоко под землей, у самого дна вентиляционного колодца, внутри которого висел печально известный колокол жестокого и порочного папы Борджа. По Риму и провинциям ходили слухи, что этот колокол был отлит из нечестивого металла, неправедно освящен по еретическому обряду и до сих пор пребывает на том же месте как знак тайного сговора между бывшим папой и самим Сатаной. Каждый из нас, корчившихся на покрытых зловонной водой камнях и питавшихся гнилыми отбросами, знал, что звон колокола Борджа будет означать пришествие конца света. Признаюсь, были времена, когда я жаждал услышать голос этого предвестника смерти.
В своем тревожном забытьи он словно пытался собрать пазл из кусочков, которые отказывались совпадать.
Ты открываешь книгу в надежде найти в ней друга. В надежде увидеть себя.
...когда придет время. Время никогда не приходит, оно только исчезает.
Никто из них не мог противиться зову родного дома.
Многие пережили ужасное детство, не вылезая из исправительных заведений. Или же в собственной семье встречали только скандалы и насилие. И все-таки, даже если эти места были им ненавистны, что-то их тянуло туда. Некий ритуал примирения: словно они боялись забыть, кто они такие на самом деле и откуда пришли.
Живя в крошечном городишке, ты передаешь общественности авторские права на всю свою личную жизнь. Никто ничего не может сделать по секрету от остальных. И если по какой-то причине - или же случайно - в прошлом ты накуролесил, так до конца жизни и тащишь за собой мешок с ошибками и неудачами. Люди не забывают - и не хотят забывать - дерьмо, в которое однажды наступили другие