Я никогда не гуляю одна. Обычно я гуляю в обнимку с неприятностями!
- Господа, постель трясется, и у меня не выходит заснуть, - не выдержав, по-человечески посетовал Ирвин. - Вы не могли бы не толкаться?
- Нет! - в два голоса рявкнули нелюди.
Возраст – это всего лишь цифра, верно? Главное – состояние души.
Мало знать себе цену, надо ещё пользоваться спросом.
...в юности о проблемах будущего мало кто задумывается. Это ведь такое прекрасное время, когда ты уверен, что с тобой никогда ничего плохого не случится, и ты всегда поступаешь верно.
— Лекс…
— А-а-а, не угомонитесь никак, уродливые гады? Ползи-ползи, кто там на очереди?
— Лекс…
— А по морде не хочешь? Вот так!
— Лекс!
— Что?
— Мне страшно!
Я отвлекся от развлечения и уставился Одри в лицо.
— Я уже говорил, что с тобой можно сдохнуть от скуки?
— Зато с тобой от веселья! Мы висим над стаей монстров, что тут веселого? — возмутилась она.
— В них можно плюнуть, — предложил я.
— Чем займемся?
— А чем тут обычно занимаются? — лениво пожал он плечами. — Едят и спят.
— А через девять земных месяцев рожают детей, — насмешливо добавила Алиса.
Виктор напрягся, довольно неожиданно, на ее взгляд:
— Зачем нам дети?
— В смысле? — не поняла Алиса. — Зачем вообще появляются дети?
— Я детей не заказывал.
— А их обычно и не заказывают, — чувствуя, как испаряется хорошее настроение, просветила Витора Алиса. — Они обычно сами появляются, как дар богов.
Если мы хоть чему-то и научились в этой войне, так это жалости — жалости к тем лишенным разума душам, которые терпят лишения, находясь в нашей власти.
— А вы уже успели меня изучить? — я выгнула бровь.
— Не будьте столь наивной, — прилетело мне в лоб. — Вы не настолько сложны, как хотите казаться.
Иными словами он назвал меня простачкой.
Присев перед дочерью на колени, я заговорил заговорщицким тоном:
- Ты же знаешь, что я ухаживаю за мамой. Чтобы у взрослых наладились отношения, им иногда надо бывать наедине. Понимаешь?
- Чтобы целоваться? - смешно поморщилась Лера.
- Чтобы целоваться, - кивнул я, стараясь сохранить серьезное выражение лица.
- Ладно уж, - вздохнула дочь наконец. - Идите, но только чтобы недолго!
— И жили они недолго и несчастливо, пока не убили друг друга в один день
Да что это со мной? Эти люди достаточно долго живут вместе. Каждый выработал схему поведения. Моё какое дело?
Я боюсь, но не смерти. Я всего лишь человек, я боюсь боли, того, что меня могут… обидеть. Долго обижать и измываться.
Берегись женщин, которые прячут лицо под шляпой, тогда как бедра их словно обнажены. Эти женщины не так застенчивы, но и не так уж обнажены, как тебе может показаться.
Обычно ведь лишь плохое становится явным.
– Простите, госпожа Матисса, а можно вопрос? – неожиданно заинтересовалась девушка. – Скажите, как вы выпалываете сорняки, если так любите растения? Вам их не жалко?
– Жалко, – призналась травница. – Но мы же не принимаем в Академию тех, кто по стечению обстоятельств не владеет магией? Какого бы рода и из какой бы знатной семьи они ни были? И не подбираем по дорогам нищих, не отдаём свои дома бездомным бродягам... так ведь?
Айра вынужденно кивнула.
– Да. Но причём тут сорняки?
– А при том, милая моя, что сорняки – те же бродяги. Да, они живые. Да, им тоже хочется света и тепла. Да, все они – такие же творения Всевышнего, что и все остальные: невинные и лишённые с Его точки зрения недостатков. Однако это совершенно не значит, что я позволю им заполонить мой драгоценный сад и вытеснить отсюда то, что я собирала и с таким трудом выращивала много лет. И это не значит, что им позволено устанавливать в моём доме свои порядки.
Слухи расползлись потому, что слухи вообще имеют обыкновение расползаться. Слухи воюют с тайнами, выигрывают, порождают новые тайны, с которыми борются новые слухи, и так далее.
Постеснялся хоть посла б!..
Аль совсем башкой ослаб?..
Где бы что ни говорили —
Все одно сведет на баб!
Она посмотрела на меня чуть удивленно и брезгливо, как на кошку, которая в процессе обрезки когтей человеческим голосом заявила, что у нее есть конституционные права. И проигнорировала, продолжив вертеть меня в разные стороны и защипывать бока, словно пыталась их куда-то деть и соорудить на их месте недостающую талию.
Не существует невероятного. Есть – «мало думал» и «плохо трудился».
- Роберт вчера так быстро сматывался, что забыл в холодильнике непочатую бутылку Белуги.
- Какой удобный бывший!
- И не говори. Как знал, что мне нечем будет его помянуть.
Молчание не равнозначно нейтралитету; молчание - это поддержка существующего порядка вещей.
– Я не думала, что вы пожелаете разделить со мной постель, – сказала Джулия, подняв голову. – Я разделил с вами свой титул, дом и состояние.
Молитва приносит больше счастья, чем праздник.
Если мы допускаем эмоции, то они управляют нами , а не мы ими.