— Я постараюсь сделать так, чтобы ты больше никогда ею не пользовалась.
Это обещание было лучше любых извинений. Ведь можно каждый день обижать человека и каждый день извиняться, преданно глядя в глаза. А можно, ошибившись раз, сделать всё, чтобы подобное не повторилось.
слово «еврей» не произносилось вообще, а если произносилось, то лишь в убийственном словосочетании «лицо еврейской национальности» (что один остроумец определил как перевод с русского на советский выражения «жидовская морда»).
"Порой у меня возникало ощущение, что моя профессия - злобная живая тварь, которая проверяет меня, испытывает на прочность и все время увеличивает нагрузки, чтобы посмотреть, когда же я протяну ноги"
Он рассказал, что когда мои родители приехали к нему знакомиться, он не вышел к ним в гостиную, а грозно ожидал их в своем кабинете, сидя в кресле. И когда мы втроем вошли, дед был настроен очень негативно. Отец женился вопреки его воле и герцог был очень зол... Но я (мне в то время было около трех лет), как только мы зашли, нетвердыми шашками потопала к креслу. Молча забралась к нему на колени, удобно устроилась и дернув деда за воротник, серьезно произнесла "А когда меня будут кормить? Я хочу рыбки! И чтобы без косточек. Они кусаются". Дедушка сказал, что до сих пор помнит эти слова. Он тогда так опешил и растерялся, что произнес "Конечно, сейчас прикажу кухарке готовить"... Его броня растаяла как снег на солнце....
– Ты лжешь, – облекаю слова в мысли и отправляю магу. – Ты знаешь правду. Но она тебе не нужна…
Когда человек появляется на свет, он всеми силами борется за свою жизнь. И не менее отчаянно отстаивает ее, когда настает пора уходить.
Страшнее смерти только бессилие. Бессилие, пожалуй, самая страшная вещь на земле.
Но как бы мы повели себя, если бы все это из наших компьютеров переместилось на улицы? Если бы потребовало от нас быть людьми, а не юзерами, если бы происходило физически, а не виртуально?
Ведь кто, любезный Алкивиад, имеет власть делать, что хочет, а ума не имеет, тот — частное ли это лицо, или город — до чего должен дойти? До чего дойдет больной, которому дана власть делать, что угодно, а способность врачевания не дана, — больной, который так тиранствует, что никто не может и укорить его? Не разрушится ли, как и следует, его тело?
любовь, даже самая пылкая и чистая, при умелом насилии над ней сквашивается в мешанину из жалости и злости
- Выходит, мы грабим грабителей, которые работают на грабителя, грабящего всех остальных грабителей, - сказал Клоп.
- Да, мы и впрямь несколько портим эту благостную картину. - Локк ненадолго задумался, тихо прищелкивая языком. - Считай, что мы просто ... э-э... тайно взимаем налоги со знатных господ, у которых денег с избытком, а благоразумия не хватает.
Как и Новиград, Старый город – фальшивка, по кирпичику восстановленная после того, как во время Второй мировой войны его уничтожили люфтваффе. Впрочем, в отличие от Новиграда, по улочкам Старого города Варшавы можно пройти и не наткнуться на нищего, который заглючил и взлетел.
— Только скинь-ка поскорей мой ремешок! Я не хочу быть с тобой связанной, понял?
— Понял, но теперь я все равно с тобою связан. Даже без ремешка.
– Это только в фильмах в порыве страсти можно сорвать с девушки дорогое модное бельё, мама, - пробормотала Ира, прикрыв глаза. – В жизни пусть попробует кто-то так сделать – и уедет в травматологию с открытым переломом руки! Бельё нынче – дорогое удовольствие.
- Два плюс два… Ну, кто скажет правильный ответ?
- Два плюс два – это перепой, - заметил мистер Флетчер, сидя на задней парте. – Запомните дети, два плюс два, на утро болит голова! Один плюс один – ты сегодня спишь не один! Три плюс три – в канаве не умри!
— Тогда почему они ругаются?
— Потому что нравятся друг другу, но смелости не хватает признаться в этом самим себе
После того как все средства обороны человечества были исчерпаны, пришельцы были истреблены ничтожнейшими тварями, которыми премудрый господь населил Землю. Эти зародыши болезней уже взяли свою дань с человечества еще в доисторические времена, взяли дань с наших прародителей-животных еще тогда, когда жизнь на Земле только что начиналась. Благодаря естественному отбору мы развили в себе способность к сопротивлению; мы не уступаем ни одной бактерии без упорной борьбы.
– И все равно, не должен ребенок без отца расти.
– Но и принуждать отца не стоит, – справедливо заметила Алиса. – Дети чувствуют, когда они нужны, а когда из-под палки.
О силах и способностях Одержимых ходило много слухов, и большинство из них - довольно жуткие.
Кому нужна чокнутая на всю голову жена, даже если она истинная? Хотя… о чем это я? Ему свиноматка нужна, а не супруга.
– Яд, тебе не кажется, что история повторяется? – поинтересовался парень, подхватывая меня на руки. Я вцепилась ему в плечо и почувствовала под пальцами вздувшиеся бугры мышц и шелк. На парне была уже знакомая пижама. – Ты разбиваешься на своем доисторическом тарантасе, а мне приходится садиться пьяному за кристалл управления. Только в этот раз, прости, но поедем ко мне. До тебя слишком далеко.
– И пижамка та же, – едва слышно добавила я и снова начала уплывать в беспамятство.
– Я, конечно, безмерно рад, что тебе запомнилась моя пижамка, но сейчас ты выглядишь намного хуже, чем в прошлый раз. Тебя словно били!
– Почему словно? – горько усмехнулась я и все же отключилась.
— Итак, какого цвета твое платье?
— Я его еще не купила.
— Ну, дай мне знать, когда купишь. Мы же хотим сочетаться.
Мне потребовалось время, чтобы понять.
— Мы?
Легко любить того, кому много дано.
- Пошел! – все-таки ударила мечом по упругому крупу риора.
- Зараза, - совершенно непочтительно выругался Райверн.
Альвия не обиделась, ощутив вдруг умиротворение. И, должно быть, чтобы совсем уж отвести душу, ударила риора второй раз.
- Пошел! – повторила она.
Кейр фыркнул и, после хмыкнув, произнес:
- Ну, иго-го тогда.
Приобретенные вкусы всегда приятнее... и от них труднее избавиться.