Оказавшись дома, я все чаще и чаще задумывался о смерти. Все задумываются о ней. А потом вдруг спросил себя: а что ты, собственно, паришься? Ты не в силах повлиять на это. И все мы ходим по земле между двумя датами – предначертанными свыше датами рождения и смерти. И ни на одну из них ты повлиять не в силах. Так какого черта мучить себя? Будь что будет. С некоторых пор эти нехитрые истины и стали для меня девизом. Я войну прошел – что худшего может со мной приключиться? И постепенно перестал задумываться об этом. Будь что будет.
Человечество действительно добреет со временем. Уже давно не жгут людей на площадях, не четвертуют и не рвут языки. И все-таки люди остаются прежними. У кого-то есть совесть, у кого-то её нет.
Когда Бальзак, Флобер или Пруст хотят описать поведение индивидуума в конкретной социальной среде, любое нарушение правдоподобия становится неуместным и эстетически неприемлемым; но когда автор фокусирует свой объектив на экзистенциальной тематике, обязанность создать для читателя правдоподобный мир не является более правилом и необходимостью
Нет, но это долгая история. Слишком долгая, чтобы быть интересной.
Бродяга есть необходимое дополнение к миллионеру.
Непоколебимое стремление рационального человека твердо придерживаться образа себя — это способ надежно застраховать свое дремучее невежество.
Меня не уставало поражать, как люди выкладывают то, что должно храниться запертым глубоко-глубоко внутри их жизни; их отчаянная потребность выпустить на волю чувства, которым тесно внутри них, и пусть начнут жизнь на воле.
Когда для кого-то из твоих любимых умолкает музыка, ты не прекращаешь танцевать. Ты танцуешь дальше и для них тоже.
Но факт остается фактом: смазанная формулировка правил игры приводит к отсутствию эстетического эффекта.
«Видишь ли, мама, один мой друг раскрыл мне глаза на жизнь: говнюки сбиваются в стаи, и на этот раз они выбрали целью меня.»
Если ничего не спрашивать, ничего и не узнаешь.
«Оплатив покупки, я тороплюсь на парковку. Побросав пакеты в багажник, сажусь за руль и позволяю себе минутную слабость. Или это просто гормоны после родов… Обещала же себе больше не плакать из‑за Тараса. Этого человека нет и не будет в моей жизни. Зло вытираю слёзы и включаю двигатель».
– В этом странном мире безумие – не худший выбор, как думаешь?
В мое время не было таких игрушек, вот тут-то я тебе их и понакуплю. А дальше мелким шрифтом - «чтобы самой поиграть».
Вечер в хату! Часик в радость, чифир в сладость, ногам ходу, голове приходу. Матушку удачу, сто тузов по сдаче.
...они ладили. В понимании Киры "ладить" означало не хотеть разорвать друг другу глотки.
Если вы говорите партнеру, что больше не можете стирать его вещи, а партнер выражает недовольство, поддаетесь ли вы этому давлению и соглашаетесь стирать? Или, может, реагируете так: «Тебе придется решать этот вопрос как-то по-другому, потому что у меня больше нет возможности справляться с этим»?
Нет ничего прекраснее магии.
Подруги вошли в комнату с видом двух партизанов-заговорщиков.
— Ну, ты вообще, — во взгляде и голосе Дарлы зашкаливало восхищение. — Я аж чуть не зааплодировала! Аниль, скажи же.
— У меня толком и слов нет, — пробормотала удивлённо целительница. — Честно, Кира, не ожидала, что у тебя такая железная выдержка.
— Нет, ну надо же! — Дарла села рядом со мной на кровать. — Зашла вся такая эффектная, и ни тени эмоций на лице! Скользнула взглядом по Рефу как по пустому месту, словно его и нет вообще! И дальше прошла! Ты прости, что я не удержалась, конечно, спросила, как твои занятия прошли. Но ты так совершенно обыденно ответила, мол, всё отлично. Я, правда, надеялась, что-нибудь про графа скажешь, ну да ладно, и так здорово получилось. Честно, я прямо тобой горжусь!
— Хельга, а чего это она надулась? Или ей картошка с рыбой не по душе?
— Ей не по душе, что вы парню глазки строите, — ответила я. Эльза фыркнула.
— Ну вот еще! Стоит парень ничейный, а мы должны глазами хлопать? Раньше ей надо было его хватать, теперь все — приехали прекрасные барышни.
То ли смеяться, то ли плакать... я, кажется, в сказку про Золушку попала! С вариациями. Надеюсь, принца здесь не будет. Никогда не любила эту инфантильную сказку!
- Слушай, а ты действительно дерхан?
- Ну да, - спокойно подтвердил боевик.
- И у тебя действительно в боевой форме на плечах и локтях вырастают шипы?
- Конечно, - нахмурился он. - А...
- Какая гадость! - с чувством выпалила я. - Бр-р! И так страшные-престрашные, а если ещё и с шипами...
- А ты-то откуда об этом знаешь? Про то, какие мы страшные? - ничуть не оскорбивился этот тип, поднял брови и смерил меня взглядом с ног до головы.
- Лола показывала. Мне ведь интересно было.
- И что же? Долго орала? - с насмешкой спросил парень
- Лола? Да вообще не орала. Так, зубами поклацала, и все.
- Ты! Ты долго вопила?
- А мне-то с чего вопить? - удивленно посмотрела я на него. - Это же не я страшная как смертный грех. Вы, конечно, те ещё страхолюдины, но в кино я и не таких монстров видела.
- Занятно.
Княжна Катерина, действительно, была очень довольна женихом своим: если бы он относился к ней иначе, если бы постоянно требовал ее нежности и ласк, она, может быть, и не выдержала бы. Теперь же ей предоставлена полная свобода. Но куда девать ее?! Больное, измученное злобой и тоскою сердце жадно просит какой‑нибудь жизни, хоть в буре, хоть в грозе страшной готова найти жизнь эту.
Истинное назначение поэзии - отделить чувство от мысли.
– А вас разве не смущает тот факт, что вы никогда не остаетесь наедине с собой и разделяете все увиденное, все сделанное вами с остальными членами вашей семьи?
– Таким способом мы экономим на телефонных разговорах.