Знание опаснее, чем незнание.
Иногда приходится маскироваться с помощью того, что вам доступно. Например, рта, как в моем случае. Ну и, конечно же, мозгов
Я сделал, что мог, и пусть, кто может, сделает лучше.
Он читал где-то, что у среднего человека уходит всего семи минут на то, чтобы стереть все впечатления дня. Семь минут на обновление сознания и подсознания, как смена мишеней в тире. Во всём этом было что-то жуткое.
Если напакостил, то сначала надо за собой почистить, а потом уже говорить об уходе.
– Ненавижу войну.
– Я тоже.
– И не только за смерть и ужасы, – продолжала Мор. – За то, что она делает с нами. За эти решения.
Я была потеряна, лишь пока не нашла тебя.
— Вы всегда такой? — с обидой спрашивает девчонка.
— Да, — отмахиваюсь я. — Привыкай. Я всегда получаю, что хочу, и не особо спрашиваю на это позволение.
- Я заметила, — она серьёзно раздумывает над моими словами. — И что вы делаете потом? Когда получаете желаемое?
Теряю интерес, конечно. Но ей об этом знать совсем не обязательно.
Если не понимаешь врага – проиграешь войну.
– Во-первых, кто я такая, чтобы вас в чем-то осуждать? Судьей я не подрабатываю. Во-вторых, ваша личная жизнь и решения – это только ваше дело
— Ух ты! Оказывается, я обхожусь герцогству в триста золотых в месяц. И на что же их тратят? Что? Учителя, да?.. Новые сапоги, камзолы с золотым шитьем… Специальная укрепляющая крабово-устричная диета — вот новость!.. Книги… Ремонт покоев. Кто бы мог подумать! Да я как сыр в масле катаюсь! Мм-м… и как давно я питаюсь одними устрицами, запивая их коллекционным вином? Что, четвертый год? Интересно бы посмотреть на затейника, который всё это насочинял.
“Истина, сколь бы ни была она ужасна, неотразимо влечет к себе ум и воображение того, кто к ней стремится.”
Лицо чернокнижника неожиданно озарилось приветливой улыбкой, как у психотерапевта, наконец придумавшего способ надеть смирительную рубашку на буйнопомешанного.
— Если с ребенком легко — его надо вести к доктору, у него какие-то проблемы. Особенно, если речь о мальчике, который просто обязан быть шалопаем и неслухом. На то он и мальчишка. Главное, чтобы мы нашли с Ваней общий язык, тогда все будет хорошо.
Недаром же она всю ночь изучала «Криминалистику для чайников. В вопросах и ответах». Брошюра, видимо, была написана каким-то выходцем с Земли. Кому еще в голову придет такое дурацкое название!
«Ой-ой… Надо меньше пить, однозначно. Вот уже голоса мерещатся…» – была моя следующая мысль. А драконы наконец отмерли и пристроились с двух сторон. «Какая красивая… и одна… Уважаемая самочка, не имею чести быть представленным. Рафантер ди Траз. А это мой кузен Кирим ди Трас», – опять пророкотало у меня в голове. И огромный краснокожий дракон наклонил голову в мою сторону. Я выматерилась, мысленно сказала: «Адьес, парни!» – махнула на прощанье хвостом...
Вы хотели власти — так учитесь выполнять обязательства, налагаемые этой властью.
Уродки о красоте всё знают. Им иначе нельзя.
Хороший человек берет молоток, чтобы построить дом. Плохой убивает им своего соседа. И в том и в другом случае молоток один и тот же.
Есть деньги, которые хуже дерьма воняют
- Какая-то там история вышла. Вроде бы её шаман похитил.
На свою голову.
Все беды от баб. Вот точно. Похитишь такую в жёны, а она раз и воплощение могучей… и в рог согнёт под свои прихоти. А ещё говорят, женись, без жены жизни нет. В том и дело, что и с женой её не будет.
Прошлое — частичка нас. Оно, без преувеличения, влияет на наше нынешнее состояние, а еще оно неповторимо. Словно отпечатки пальцев — уникально, как и опыт, что мы из него извлекаем.
Лучше быть живым параноиком, чем мёртвым оптимистом.
Неужели не выбьется из ума моего эта негодная Оксана? – говорил кузнец, – не хочу думать о ней; а всё думается, и, как нарочно, о ней одной только. Отчего это так, что дума против воли лезет в голову?
– Люди говорят, это пройдет, время залечит раны. Но в такие минуты невозможно думать о том, что будет после. Ощущаешь только настоящее, только данное мгновение. И оно кажется непереносимым. Никакие слова не могут утешить.