— Меня интересует, так сказать, общая эволюция бранных выражений.
— Она происходит и в настоящее время, — вставила своё слово и я, осторожно подхватив щипчиками кусок сахара.
— В самом деле? — полюбопытствовал мистер Бейнбридж. — Вы зафиксировали какие-нибудь особенно интересные варианты за время вашей, м-м-м, военной службы?
— О да, — ответила я. — Особенно мне понравилось одно, я услышала его как раз от янки. Некто по фамилии Уильямсон, родом, кажется, из Нью-Йорка. Он произносил это выражение каждый раз, когда я делала ему перевязку.
— Какое же это выражение?
— Иисус твою Рузвельт Христос!
Парочка обменялась многозначительными взглядами, в которых бурлили боевой азарт и сексуальное напряжение. Как будто для них охота - что-то вроде прелюдии.
Худший совет – тот, о котором не просили.
На языке апачей слово «земля» и слово «разум» имеют один корень. Исследуя подземную «карту» корней, мы как в зеркале видим в ней отражение собственных мыслей.
Вероятность - это вообще опасная штука. Она всегда есть. Больше нуля, но меньше единицы. Так зачем думать о какой-то там туманной вероятности , когда здесь и сейчас мы можем наслаждаться лучшим, что тебе дано в этой жизни...
Неизвестность — она хуже всего остального. К знанию о плохом можно привыкнуть, подготовиться, пережить заранее; неизвестность пережить заранее нельзя.
— А я люблю тебя.
— Нет, — качаю головой и смеюсь, — нет, милый. Любимой женщине не изменяют, не унижают ее и не угрожают ей с улыбкой.
«Я не слушаюсь никого, кроме мудрого себя», — гавкнул на наину вейр,
Я откинулась на спинку стула, хмыкнула про себя. Вот же, миры разные, а основной массе существ в них подавай одно и то же: эмоции, чувства, лихо закрученную интригу. И только совсем немногие способны восхищаться языком автора.
О чем думал, пока не спал?
О том, что одной проблемой стало меньше, и его спокойствию ничего не угрожает? Или о том, что исчезло из души нечто непонятное, отдающееся неожиданно острой болью в сердце, а ему теперь искать это во всех женщинах до конца жизни?
Наконец мужчина пошевелился, лег ничком, спрятав лицо в подушку.
О чем бы он не думал, его наказание только начиналось.
Мысль была прервана резко остановившимся Даном и одновременным многоголосым жутким воем, от которого меня мгновенно прошиб холодный пот. Неужели волки? Или что похуже?
— Ч-что это? — взвизгнула я от страха фальцетом.
— Неприятности, — коротко раздалось в ответ.
- Она врёт так мастерски - уши расцветают, - сказал дед восхищенно. - Нам всем надо у неё учиться.
Огромную часть жизненных проблем можно решить, выслушивая и понимая человека, у которого что-
то пошло не так.
— Готова поставить сто баксов, — утвердительно кивнула обладательница того самого визгливого голоска, — что наш Андрей даже отворачивается от неё, когда заходит в приёмную. У него слишком хороший эстетический вкус. Интересно, на что она рассчитывала?
— Ну, девочки, — это говорила Ольга, её я легко узнала, — может быть, она пришла сюда просто для того, чтобы поработать по специальности?
– Вот интересный факт, – продолжил Хауленд. – Во второй половине девятнадцатого века практически на всех подземных выработках, в том числе и здесь, в Аппалачах, работали так называемые кули. Нет, не китайские крестьяне. Обычно это были молодые мужчины, иногда даже двенадцатилетние мальчишки, которых ставили рядом с теми механизмами, которые при работе перегревались. У кули под рукой была бочка воды или шланг, если неподалеку находился источник. От них требовалось поливать приводные ремни и поршни, охлаждая их. Потому их и называли кули (от англ. cool - охлаждать). И я хочу сказать, что женщины исторически выполняли ту же функцию, удерживали мужчин – во всяком случае, по возможности – от самых худших, самых ужасающих поступков. – Он оглядел слушателей. Улыбка исчезла с его лица. – Но теперь кули ушли или уходят. И сколько пройдет времени, прежде чем мужчины – которые вскоре останутся единственным полом – набросятся друг на друга с винтовками, бомбами, ядерным оружием? Сколько пройдет времени, прежде чем машина перегреется и взорвется?
Кто понял все, тот слушал не напрасно
Я прячусь за молчанием. Оно - моя защита.
Если хочешь спрятаться – держись поближе к тем, кто тебя ищет, и следи за их действиями.
Если мы не станем прощать друг друга, у нас не останется друзей, которые будут нас доводить до белого каления.
– Они… пара?! – У меня в голове не укладывалось. – Он же ее съесть может! – Кто бы говорил, – съязвил дроу, – на себя с Тьером посмотри, вот тут уж действительно съесть может, и съел бы, бедный мужик не знаю как держится.
Моя жизнь сейчас — одна большая странность. В странном месте. Со странными коллегами. Со странными постояльцами. В череде странных событий. В браке со странным мужчиной.
Все потрясающе странно, и это восхитительно прекрасно!
Иногда какой-то незначительный вроде бы поступок может сказать о человеке гораздо больше, чем многолетнее знакомство с ним.
... если мужчина не совершает никаких действий, а только стонет о превратностях судьбы, надо его бросать немедленно!
свидание с архимагом – серьезное испытание для юной невинной девушки (сам себя не похвалишь, вообще день зря прошел),
– Никак не могу понять, почему вы решили ввязаться в это дело – спасать детей? – вдруг сказал Мартин. – У вас же нет программ, вы свободны в своём выборе. Это опасное занятие, фрики могут ранить или убить. Зачем вам всё это?
– Потому что мы люди, железяка, – хмуро сказал Фёдор, – мы взрослые люди, и мы принимаем решения сами. Мы помогаем своим. И точка.