Я поудобнее перехватила корзину с ламелой и напомнила себе, что занимаюсь не благотворительностью, а совершаю выгодное капиталовложение. Взятка лучше штрафа, даже если она обходится дороже, потому что деньги — дело наживное, а моральное удовлетворение ведьмы бесценно.
– Каждому своё. Не все добьются успеха. Но ты должен помнить одно. Есть только два места. Первое, и все остальные.
Некоторые говорят, что жизнь - это способ упорядочить хаос, а я говорю - это упорядочение порядка, зарожденного в порядке!
Иногда достаточно одного слова человека, который верит в тебя, чтобы возвратить тебя миру.
— Это что, пиршественный зал? — спросил Крампус. — Или, быть может, таверна?
— Это бар, — сказал Чет. — Еще одна паршивая забегаловка.
— А что они празднуют?
Чет пожал плечами.
— Еще один день, прожитый на этой дерьмовой планете, так я думаю.
Крампус кивнул.
— Достойный повод для празднования.
"Аля писала письмо маме. Она очень старалась написать хорошо, но все шло шиворот-навыворот: буквы не слушались, падали, менялись местами и ни за что не хотели браться за руки, точно они все друг с другом перессорились. Ну, просто наказание!"
Любить – значит желать другому того, что считаешь за благо, и желать притом не ради себя, но ради того, кого любишь, и стараться по возможности доставить ему это благо.
... новая идея — это почти всегда только зернышко, отправной пункт. Может, она и хорошая, и ценная, но ее еще надо вынянчить. Надо ее развить. Обмозговать, повертеть и так и эдак, оглядеть со всех сторон, помучиться с нею, все сообразить и взвесить — и только тогда вылепишь из нее что-то полезное.
Любовь – она вроде леденца на палочке. Начнешь сосать – сладко, а потом – глядь, одна палочка осталась!
Отвести глаза - сдастся. смотреть - вызов.
Застой еще хуже регресса.
Нет, он отнюдь не был фашистом или монархистом, националистом или троцкистом, красным или белым, он в этом вообще ни черта не смыслил.
По происхождению он был из украинских крепостных, крестьянин-бедняк. По социальному положению – городской рабочий с долгим стажем. А по сути своей – самый простой,маленький, голодный,запуганный обыватель Страны Советов, которая ему – мачеха.
-Люди...-разочаровано вздохнула Тёмная Мать.-Мне никогда не понять вас. Ты отказываешься от власти и бессмертия ради возможности однажды состариться и умереть на руках у такой же ставшей немощной и некрасивой женщины. Что это?....Безумие? -Мы называем это любовью,-мягко улыбнулся одарин.
— Ладно, Илья. У меня есть пара трофейных раций и я сам выйду в открытый эфир...
Так советские интеллигентные люди не поступают между прочим. Они своим друзьям говорят о том, что доносить нехорошо, что это мерзко и ниже уровня достоинства. Поэтому и пишут доносы на тех же друзей тайком и анонимно, соблюдая деликатность. Они же не быдло из работяг и колхозного мужичья, чтобы прямо в лицо правду-матку громко говорить.
Если ты помог другу в беде, то он обязательно вспомнит о тебе, когда снова вляпается в неприятность.
Глупо желать того, с чем не сможешь справиться!
когда любят, то и женщина цветет.
— Верите в любовь, леди? – Дарий чуть иронично хмыкнул, явно переваривая сказанное.
— Не совсем. Сложно поверить в то, чего не испытывала. Я верю в привязанность и в физическое влечение, что неизбежно между помолвленной парой, - сейчас Кас лишь дразнила юношу
Невозможно бесконечно страдать. Или бояться. Или ненавидеть. Бесконечно можно только любить.
Вот в данный конкретный момент, наверное, если подумать, и взвесить все за и против, и потом посмотреть на ситуацию с другой стороны, то можно прийти к выводу, что в этих сложных обстоятельствах однозначного ответа нет.
Чтобы приохотить кошку к молоку, надо показать ей молоко. Чтобы научить собаку хватать дичь, надо показать ей дичь.
- Вы смеетесь надо мной? - мрачно вопросил снежный.
- Да бог с вами, - я старалась не улыбаться, - в конце концов, лорд Эйн, поверьте - гораздо лучше когда смеются над мужчиной, а не под ним.
И сугроб завис, размышляя над фразой.
– Не надо мешать Богу своими сомнениями и недоверием сотворять чудо. Просто принимай то, что дается, и не забывай благодарить.
— Вам сначала кровоостанавливающее заклятье или обезболивающее? — спросил Эрик, подцепляя смоченный в антисептике тампон.
— … … оба … …!!!!!
— Оба сразу не получится, я не Юлий Цезарь!
Хорошо здесь! В ссылке! Еще бы автобус какой до деревни пустили бы, вообще бы красота была!