С неба сейчас большими редкими хлопьями падал мокрый снег, но Чарес не собирался прерывать обучение, заявляя, что — на войне погода не имеет значения. Драться нужно уметь при любой погоде.
Раз уж мечтать, так о несбыточном
– Ну вот, прошла любовь, завяли помидоры, ботинки жмут, и нам не по пути. Высказалась? Полегчало тебе? – ворчала я на себя, собирая сумку.
Бей, барабан, трубите горны -
Час наступает чёрный.
Мечется пламя, пылают травы
Под Алой Звездой кровавой.
— Вы что-то напутали, уважаемый! Я не собираюсь замуж за вас! — пискнула я, поражаясь, как по-другому звучит мой собственный голос.
У меня-то он тоненький, как у Настеньки из советского фильма «Морозко». По телефону меня часто принимают за школьницу.
Хрипловатый голос, которым я обзавелась теперь, скорее мог принадлежать какой-нибудь красотке из привата по телефону.
Кажется автор постоянно непоследователен.
Вспомнились слова древнего правителя: не стоит вытаскивать людей из клоаки, возможно это их естественная среда обитания.
Что за наивная и дурацкая идея, быть лучше мужика? Нет-нет-нет… Ты должна быть исчадием ада, тогда он будет вынужден быть ангелом в вашей паре. Так это устроено. Дай ему шанс быть ангелом!
Промедление иногда смерти подобно, но спешка бывает не лучше.
Нет, все ж политика – дурное дело.
От нее голова болит.
Нельзя верить на слово тому, кто однажды уже обманул ожидания...
- Каждый человек, дорогая – наш учитель. И пока ты не пройдешь определенный урок, ты будешь повторять его снова и снова, пока не исцелишь свой дух.
Последняя из магов, сидевших в тот день в камере, подняла голову на Быка и посмотрела с совершенно непередаваемым выражением на лице. Он мог прочесть раздражение, возмущение и нечто вроде какой-то странной обречённости человека, который окружён идиотами и точно это знает. Бык привык сам дарить окружающим этот взгляд, потому оказаться внезапно получающей стороной было как минимум странно.
Но хватит об этом, будем довольны тем, что было.
Почему, когда ты виноват, так трудно смотреть людям в глаза? Особенно тем людям, которые в тебя верят?
Порой сквозь туман было видно тёмное небо, покрытое тучами. Они шли совсем не в ту сторону, куда дул ветер, а к юго-западу.
— Худо, — говорил Дерсу, — скоро кончай нету.
По его словам, такой же тайфун был в 1895 году. Наводнение застало его на реке Даубихе, около урочища Анучино. Тогда на маленькой лодочке он спас заведующего почтово-телеграфной конторой, двух солдаток с детьми и четырёх китайцев. Два дня и две ночи он разъезжал на оморочке и снимал людей с крыш домов и с деревьев. Сделав это доброе дело, Дерсу ушёл из Анучина, не дожидаясь полного спада воды. Его потом хотели наградить, но никак не могли разыскать в тайге.
Презрение есть оружие слабого и защита от чувств, напоминаюших о фактах собственной биографии.
В два месяца он печатает "Панихиду", "Враги", "Агафью", "Кошмар", "Святою ночью" - вещи, принадлежащие к лучшим его рассказам. Он буквально обрушил на читателя накопленные за несколько лет образы, картины, размышления.
Ладно, ты кобель – это плохо. Но ты еще и трус, а это куда хуже! У тебя кишка тонка признать, что здесь есть часть и твоей вины. Я думала, могу спасти наши отношения, но теперь вижу, что спасать нечего. Оказывается, ты просто глупый сопляк!
Сначала я, такая большая девушка, шалила заодно с Сашей, и мы, бывало, по целым часам ломаем головы, как бы раздразнить и вывесть его из терпения. Он ужасно смешно сердился, а нам это было чрезвычайно забавно. (Мне даже и вспоминать это стыдно.) Раз мы раздразнили его чем-то чуть не до слез, и я слышала ясно, как он прошептал: «Злые дети». Я вдруг смутилась; мне стало и стыдно, и горько, и жалко его.
Настоящий дом – это не стены. Это люди, которых ты любишь.
Тяжелую работу нельзя сделать, постоянно отвлекаясь. Устал – отправился на короткую прогулку, проветрился.
Он был одним из тех сильных характеров, которые рождаются - на радость себе или чаще на горе, - чтобы быть магнитом, яркой звездой. Произведения литературы полны «роковых женщин», но ведь есть и «роковые мужчины» - хотя это куда более редкие птицы.
Подозрения — как наркотик, где первая доза станет последней. Ты откажешься верить в обычные предложения: «Обещают дождь».. Обязательно сунешься, чтобы проверить погоду сама.
Смех убивает славу не хуже меча.
Столетия действия системы соперничающих государственных суверенитетов научили их тому, что умение убеждать в переговорах зависит в большой степени от вариантов, реально имеющихся в загашнике у участников переговоров, или, как он или она полагают, имеющихся в их распоряжении. Европейцы исторически ассоциировали дипломатию с балансом выгод и издержек; они мало прибегали к абстрактной концепции всеобщей доброй воли как координатора дипломатии.