Разумеется, дурные ожидания сбываются быстро - в моем случае это правило всегда срабатывало.
Напуганные люди часто делают глупости.
Иногда молчание куда красноречивее слов.
Ведь изводить себя мучительными вопросами по поводу того, «что было бы, если бы она осталась и выслушала его, поверила, что он именно для неё, а не для другой», это намного ужаснее, чем встретить свою судьбу лицом к лицу, не испугаться. Кто знает, как всё бы получилось?
Неожиданность состоит не в том, что мы умрем. А в том, как и когда это произойдет.
Никогда не играйте в загадки с тем, кто сам является загадкой.
Оказалось, что на нервах этот гад умеет играть еще лучше, чем продумывать диверсии.
А потом должен будет принудить по-настоящему понравившуюся девушку дать добровольное согласие пройти ритуал. А я смогу принять ее или не принять. Там уж как карта ляжет и смотря какое у меня будет настроение. И мальчик выполнил свое предназначение от начала и до конца. – Он знает? – затаила дыхание я, мне стало жаль того младенца, которому была уготована столь страшная судьба. – Конечно, – фыркнула Тьма. – Его же с младенчества за своего в семье не считали. Только благодаря моему дару он и выжил. Правда, с душой немного нелады, – усмехнулась богиня. – Ну с кем не бывает.
Судя по тому, как младший де Винсент смотрел на нее, у Джулии будет потрясающая, роскошная кухня.
– И где вы, ребята, поселитесь?
– В районе Гарден. Риелтор клянется, что призраки там не водятся, – с улыбкой добавила Джулия. – Но я уже смирилась с тем, что тут, вероятно, везде есть по паре-другой привидений.
Покачав головой, Гейб вздохнул.
– Всегда можно благословить дом.
– Можно? – Она посмотрела на Люциана. – Мы можем…
– Все, что пожелаешь, детка. Благословение дома. Очищение. Полный экзорцизм. Лишь бы ты была счастлива.
В Петре – задору нет, вот горе! Без задора – ни родить, ни убить.
«Это был двуручный меч!» — гордо возразила я.
— Не буду спорить по данному лишенному смысла поводу, но не могу не отметить твою странную тягу к ржавым украшениям и чрезмерному желанию носить их не на груди, а в ней! — откровенно зло сообщил Араэден.
«Он мне шел!» — еще более гордо заявила супругу.
— Он тебе «лежал»! — разъяренно поправил кесарь.
«... последнее слово он выделил особо, вложив в
него просто море уважения. С непривычки, я в нем чуть не захлебнулся.»
— Все говорят, что дети любят родителей, несмотря на все дерьмо, что те творят, и в конечном итоге любят их, даже если сами того не желают.
"– Я исправлюсь, – с жаром пообещал я, глядя на него честными-пречестными глазами. – Не обещаю, что к лучшему, но ведь это не главное, да?"
“Let all ye who search for justice draw night and get screwed”.
Голова — это посудина совсем особого рода: сколько в уши не напихивай, а если меж этими самыми ушами изначально была пустота, то полнее уж и не станет.
"Возможно все, во что ты поверишь"
Мы все безумны, вся наша проклятая раса! Мы опутаны иллюзиями и заблуждениями о проницаемости преград, мы все безумны и сидим по одиночным камерам.
«Жена бы непременно отыскала, – мысленно усмехнулся Норман. Под супругой он понимал абстрактную женщину, а не Тарью. – Жены вообще умнее и сообразительнее любовниц, деньги бы и в игольном ушке откопали».
...если б к петиной преданности прибавить соболевскую славу, да зуровскую бесшабашность,да таланты Шарля да фандоринский прищуренный взгляд...
Знаешь, милый, когда в кармане мужчины заводятся лишние деньги и ключи от пустой квартиры, он всегда становится глуповат...
- Но если ты не в курсе: когда леди скучает, в ней просыпается инстинкт гнездования, и леди начинает делать ремонт в доме.
Aлика, как истинная леди, даже подслушала разговор.
Моцарт создавал свой бессмертный Реквием, используя всего семь нот, подбирая то, что в любой другой раскладке окажется невозможным, играя на диссонансе человеческого восприятия. Но зато как!! Точно так же, как да Винчи умудрился передать тысячи миллионов смыслов в одной невротической улыбке.
Приказом Колчака мордобитие в армии было запрещено. Но, как слышал Коковцев еще в поезде: «Приказ приказом, адмирал адмиралом, а морда есть морда!»