Иногда чтобы победить приходится отступать...
Что ни говори, а женскую верность так просто не сбросишь со счетов; установлена ли она природой, или выработалась под давлением общества, но большая часть человечества высоко ее чтит.
... я была возмущена до всей свой черноведьминской души.
Никто не знает, что с тобой делать, девочка.
Месть не сладка, если обидчик не поймет, от чьей руки он умирает и за что несет кару.
Когда отчаялся, нужно принимать отчаянные меры!
/М/ф «Чип и Дейл спешат на помощь»/
— За тебя. — Опять? — Всегда.
Оказывается, враг может топить и нас. А мы-то думали, что сами останемся неуязвимы...
– … Я привык смотреть смерти в лицо и не…
– В какое лицо? – Смерть вдруг повысил голос и в нем отчетливо зазвучало отчаяние. Резким движением он сорвал с себя капюшон. Под ним была пустота. – Посмотри на меня, маленький рыжий зверек! В какое такое лицо?? Мне даже лица не оставили…
– Так ты невидимый! – удивился Кот. – А зачем тебе тогда балахон?
– Я под ним голый, – уже спокойно, но не без горечи заметил Смерть.
– Ты под ним невидимый, – уточнил Кот.
– И голый!
Женщины, эти странные существа , так похожие на человека, и в то же время бесконечно далекие от них.
Понимаешь, говорит он, люди не всегда берут то, что им дают. Не каждый шанс становится возможностью. Иной раз шанс – просто трата времени.
Никогда не говори: «Я ошибся», говори: «Надо же, как интересно получилось!»
Гарик медленно посмотрел на меня, потом на босса, потом опять на меня. Затем резко встал, сел на край стола, наклонился к начальнику и негромко спросил.
— Это что, какая то шутка? Мне не смешно.
— Мне тоже Гарик, сейчас слишком жарко для шуток, — тон начальника стал заметно жестче, — это твоя новая напарница. У нее отличные показатели, рекомендации…
— Я только не понял, — Гарик спрыгнул со стола, — я с кем работаю с человеком или с рекомендациями. Вам что, все неймется? Я же просил. Мне нужен. Нормальный. Человек. Для. Работы. А вы мне институтку подсовываете. Седьмую по счету, между прочим.
— Я не институтка, — вступилась я за себя.
— Никакое заклятие не может оживить покойника, — тяжело заметил Дамблдор.
Прелесть двенадцатилетнего возраста заключается в том, что при желании можно быть незаметной.
Коль сейчас ты не живешь, то уже не оживешь. Отвечай: а ты живешь?
Через час вы будете смеяться по-иному. А те из вас, кто останется в живых, позавидуют мертвым!
По натуре я человек не злорадный, я только люблю во всем справедливость.
На смерти все заканчивается. Поэтому нужно отдавать не мертвым, а живым.
– Профессионализм кроется в мелочах. Мало хорошо работу сделать, надо после себя лишних следов не оставить, – постоянно твердила наставница по профессии в колледже.
— Мне, ватрушки зеленые, не надо даже в интернет лазить, с тех пор как он к нам переехал, — говорит Лена. — Задаешь вопрос, нажимаешь на пупок — и готово.
Уже в коридоре услышала:
– Если бы между ними что-то было, то это было бы видно сразу. Но они даже не целовались. У нее помада на губах нетронутая. Скромная она уж очень.
Никогда бы не подумала, что наличие помады на губах – признак скромности. Помаду я использовала всегда, потому что бабушка считала, что с голыми губами ходить неприлично. Не знаю, откуда у нее это странное убеждение, но без помады у меня губы пересыхали, особенно на морозе, поэтому я про нее не забывала.
Я и помыслить не мог ,что величие и мерзость могут так мирно уживаться в одной комнате.
Как я смогу жить, зная, что ты с кем-то еще? Ты же часть меня!
Да и вообще, страшновато говорить с тем, кому обещала покров в одно место засунуть, вдруг… возможность предоставит, а я без латексных перчаток.