...Вам следовало бы завести горничную.
- Вас я взяла бы с удовольствием, - предложила Королева. - Два пенса в неделю и варенье по прочим дням. Хотите?
Алиса невольно улыбнулась.
-Нет, не хочу. И варенья мне не надо.
- Варенье-то хорошее, - сказала Королева.
- Нынче я никакого не хочу.
- Нынче и не получите, даже если захотите, - сказала Королева. - По уговору варенье можно получать либо завтра, либо вчера, но только не нынче.
я не изменилась. Приспособилась — да. А внутри все та же — с радостью таскала бы тапки в зубах. Но уже не ему. А еще — виться вокруг, бежать, встречать, в рот заглядывать… не так это и плохо, если ценят, согласись? Если это желание — даже умереть вместо того, кого любишь, оно взаимно. Готова была на многое, но… в этой шкурке удобнее.
Страх, как гиря, придавливает к земле. Освободившись, ты можешь стать кем угодно!
— Что за дурацкий вопрос! Женщины притягательны своими прелестями, попы – отпущением грехов, старики – денежками… Ну а мы-то с тобой кому нужны без наших шпаг?
Мимо двери, неторопливо прошел уже довольно несвежий на вид, но еще вполне приличный на запах, зомби.
— Чем больше узнаю жизнь, тем она сильнее воняет, — мрачно произнес Алексей, который наивно посчитал, что там в XXI веке люди вели себя плохо из-за какой-то порчи. А здесь — на рубеже XVII и XVIII все обстояло если не иначе, то хотя бы заметно лучше.
Но нет. Раньше лучше не было. Люди-то те же. Разве что образования и кругозора им не хватало, отчего действовали они более открыто и нагло.
За тысячи лет цивилизации мы так и не научились жить в мире хотя бы сами с собой. Можно ли просто не делать больно близким? Просто ценить и любить друг друга?
Какая-то бессмысленная жестокость.
Словно дети в своей безответственности и жестокости.
В своём эгоизме.
Тычок от мужа был настолько неожиданным, что Маша не удержалась и зашипела почище иной гадюки. Подколодный впечатлился, посмотрел на супругу напустив в глаза восхищённой придурковатости.
Если койот - последнее выжившее животное, то ненависть - последнее чувство на земле.
Никогда не читайте и не тревожьте чужие мысли. Не зря они спрятаны так глубоко — в скрытых записях, обсуждениях, в самых дальних уголках нашего мозга. Открытия, которые они принесут, могут слишком сильно изменить не только вашу жизнь, но и жизни тех, о ком вы не догадываетесь.
И это может им совсем не понравиться.
- Я просто расскажу, как всё было. Рейчел меня сфоткала, и это взорвало инет.
- Лучше по возможности не упоминать Рейчел, - сказала Эмма. Тихо и почти...ласково.
Чего-чего, но такого тона я от неё не ожидал.
- Почему вдруг?
- Не...не знаю. - Я почти видел, как она смотрит в потолок, как делала всегда, пытаясь объяснить что-то сложное. - Просто люди бывают...жестокими. В инете. Да и вообще, видимо, тоже.
Я поняла, что популярность — самая сильная зависимость в мире.
Вызывает стопроцентное привыкание.
Это качество старосты все ценили: если Карине что-то непонятно, она не отстанет, пока не прояснит ситуацию. Мертвого из могилы поднимет, чтобы задать вопрос, чего бы он ни касался — расписания лекций, семинаров, дипломов. И если Карина чего-то не понимала, значит, дело точно серьезное.
Но расставания, Тим! Они самые трудные, их горько принять, особенно, если мы любим. Разлука означает, что так, как было, уже не будет. Что-то уходит из нашей жизни, какую-то часть самих себя мы теряем и уже не найдем, не сможем вернуть. Но расставания бывают нередко, Тим. Они такая же часть нашей жизни, как встречи. Тебе надо помнить, что ты знал Дони, а не горевать потому, что тебе пришлось расстаться с ней. Этого нельзя избежать. Если ты сохранишь память о ней, а горевать о ней не будешь, то тебе не будет так больно. И все это так длинно и так сложно, что ты не понял ни слова. Правда, любимый?
Но на деле националисты были непримиримо враждебны национальным интересам украинского народа. Единственным побуждением этих выродков являлась жажда обогащения, власти, единственная их «идея» — стремление «управлять» украинским народом при помощи иноземных штыков: немецких, английских, американских, все равно чьих, лишь бы больше платили за предательство.
— А что говорит одна стенка другой стенке? — нетерпеливо спросил он. — Это такая загадка.Я задумчиво поднял глаза к потолку и повторил вопрос вслух. Потом с растерянным видом взглянул на Чарлза и сказал, что сдаюсь.— Встретимся на углу! — выпалил он торжествующе.
Сам Квези жаловался разве что на недостаток медикаментов и неискоренимость африканских поверий («Моим пациентам кажется, что, если человек попал в больницу, значит, ему конец. Поэтому они никогда не обращаются за помощью вовремя, и в результате их дурацкая примета всегда сбывается…»).
Любовная фигня отвлекает людей от дела.
Это как в мультике про небезызвестного котенка по имени Гав. С одной стороны, понимаю, что туда идти не следует. Ничего хорошего не ждет. А с другой… Как же не пойти-то? Там ведь меня ждут.
Это было в тот самый год, когда...
"Святые шестерёнки"
"Кардан тебе в форсунку"
"Чтоб ему аварийный клапан сорвало"
Почему мы хотим нравиться другим людям, даже если мы к ним на самом деле равнодушны?
"... мы вот уже год как спим вместе и наше решение вступить в брак не следует считать капитуляцией перед светскими условностями..."
У красоты свои недостатки, особенно если к ней не приложены мозги.
Разум - это не существительное, а глагол Джон Дьюи