Серпилин вдруг подумал, что есть глаза, которые дают, есть глаза, которые берут, и есть глаза, которые не пускают.
Душа мыслится как нечто неповрежденное, целостное. Расколоть ее — значит совершить противное природе насилие.
ДАМБЛДОР: Те, кого мы любим, никогда по-настоящему не покидают нас, Гарри. И даже смерть это не изменит. Краски… и память… и любовь.
Почему так бывает? Мы прислушиваемся к разуму, к советам друзей, но боимся прислушаться к своему сердцу, а ведь оно с самого начала чувствовало родную душу. Хотя, возможно, так и должно было случиться. Счастье не достается легко, ведь тогда оно не будет так ценно. И все испытания даются нам для того, чтобы мы могли еще сильнее любить и ценить друг друга.
сейчас, если в одиночку – зверем быть надо, чтоб выжить, а толпой если – так еще и самым зубастым.
- Лучше, если тебя ненавидят за то, каков ты есть, чем любят за то, чем ты не являешься.
— Знаете, — разозлилась она, — если бы меня забрали в посольство и допросили как следует, я бы призналась в чем угодно. А вообще назвала бы вас своим сообщником, что это вы меня подговорили и что вы мне угрожали, заставляя следить за добрым господином Рекнертом и сообщать о каждом его шаге. О, я такие подробности напридумывала бы…
Про наше поколение, миллениалов, про тех, кто моложе тридцати, сегодня много пишут. Пишут, что прогресс сделал нас инфантильными, что изменился быт, изменилось отношение ко времени как таковому. И главное — что мы боимся ответственности. Раньше я думал, что все это — такое преувеличение, что каждое новое поколение всегда подвергается подобной критике. Но пока я читал о Беслане и «Норд-Осте», я понял, что уже заканчиваются десятые годы, а мы еще даже не начали осваивать нулевые, ни я, ни мои сверстники, — мы ни черта не знаем о времени, в котором жили; оно не освоено, не осмыслено — у нас нет точек входа в это время.
И это, наверное, главный вывод, который я сделал, пока собирал данные для этого текста: взрослые — это мы, и кроме нас самих нам никто никогда ничего не объяснит.
Работа... как много в этом слове! Труд сделал из обезьяны человека, чтобы потом превратить его в лошадь.
Но кушать-то хочется!
Плодитесь, коровы, — жизнь коротка!
Излишняя гордость — одна из отличительных черт дураков…
Выдала девицам два пузырька с сильно действующим слабительным, заменив этикетки «Послабляющее» на «Привораживающее», и собственно дозу препарата увеличила втрое. А я чего? Я, между прочим, мужику пользу принесу, у него после такой дозировки не то что кишечник, но и мозги прочистятся, глядишь и узнает, что сестры Блошич не зря по вечерам в городском парке прогуливаются, ох не зря. Достали уже вечно зелье противозачаточное требовать.
И кто собой не в состоянье властвовать, Тот властвовать желает над соседями.
Если вы не пригласите Бога в лето ваше, то он не придёт в зиму вашу. Лахири Махасая.
Посмотрите на небо, Мод. Какая противная синева! Не подходит по цвету к моим перчаткам. Вот она, природа. Никакого чувства моды. Небо над Лондоном все же знает приличия: всегда тускло-серое, как стены в ателье.
Вечно было так, что глубина любви познаётся лишь в час разлуки.
Ёще один день в школе - это на один день ближе к выпуску .
Я не согласен с тем, что собака на сене обладает правом абсолютной собственности на сено, даже если она лежала там долгое время. Я не признаю за ней этого права. Я не признаю, например, того, что с краснокожими индейцами Америки или с темнокожим населением Австралии поступили ужасно несправедливо. Я не признаю, что несправедливость по отношению к этим народам заключалась в самом факте того, что более сильная раса, более качественная раса или, во всяком случае, более искушенная в мирских делах раса, если так можно выразиться, пришла и заняла их место.
Согласно древнему японскому этикету, подданые обязаны были обращаться к императору, испытывая при этом "страх и терепет". Меня всегда приводило в восторг это требование, которое с замечательной наглядностью выполняют актеры в самурайских фильмах, обращаясь к своему начальнику дрожащим от сверхчеловеческого почитания голосом.
Клятва на словах даëтся проще, ибо любой человеческий язык был создан во служение людским прихотям, в то время как кровь всегда будет иметь власть над волей и судьбой
Угадай полет твоей стрелы, если хочешь знать, что ждет тебя впереди.
Эх, мечты мои девичьи! Никогда еще мужики за меня морды друг другу не били , все сама да сама.
Так достал меня уже этот зверинец, сил нет! Куда ни пойдешь — везде зверье. И снизу, и сверху. И всё для счастливого детства единственного внучонка, чтобы он жил полноценной и радостной жизнью. А я, может, хочу, чтобы у меня счастливая старость была! — Отец, надувшись, рывком развернул газету, отгораживаясь от собеседника.
Что-то надвигается, Лиз. Что-то огромное и непоправимое. Так много самоубийц и пьяных... Люди стали злее. Ты тоже это чувствуешь?
Пустой желудок усугубляет любое сомнение.